Час волка

Глава 26

Скайвеи I, октябрь 2016 года

Олав Хансон тяжело дышал. Он бежал всю дорогу от места, где припарковал машину возле «Трэк-Плаза». Он старался не обращать внимания на боль в колене, пока эскалатор медленно поднимал его на второй этаж. Оказавшись наверху, он увидел в ста ярдах впереди пиццерию. Она была открытой и выходила прямо в общую зону, напоминая ресторан в аэропорту. К его уху был подключён наушник, и всю дорогу от «Саутдейла» он получал оперативные сводки из центра видеонаблюдения MPD: его уверяли, что Гомес всё ещё в ресторане. Центр видеонаблюдения получал изображения с более чем трёхсот камер, установленных внутри зданий и на улицах в центре города, и представлял собой совместное предприятие правоохранительных органов и местного бизнеса. Эта система либо радикально снизила уровень преступности, либо — как утверждали некоторые критики — просто вытеснила её в другие районы города. Чтобы снять вопросы о скрытом наблюдении, проект сделали открытым для всех: операторы сидели за стеклянной стеной, и любой желающий мог прийти, сесть рядом и видеть те же трансляции, что и полиция. Словом, у Олава были зрители. А это означало, что то, что должно произойти, должно случиться там, где его не засечёт ни одна камера. Его рубашка взмокла от пота, он чувствовал, как край кобуры натирает подмышку. План был простым, но надёжным. Провести задержание перед камерами, на глазах у свидетелей — всё строго по правилам: личный досмотр, зачитывание прав, как полагается. За одним исключением: он не собирался надевать на Гомеса наручники. Он намеренно оставил их в машине, чтобы потом заявить отделу внутренних расследований, что просто забыл их в спешке. Он поведёт Гомеса к лифтам и прикажет всем выйти из первой же подошедшей кабины. Потому что в лифтах камер не было — он проверял. Он застрелит Гомеса до того, как они спустятся в вестибюль, сотрёт свои следы, оставит отпечатки пальцев Гомеса на стволе и заявит, что тот пытался выхватить у него оружие.

Олав положил руку на рукоять пистолета под курткой, скользя взглядом по спинам людей, сидевших у стойки перед печами для пиццы. Ни на ком не было куртки с капюшоном, которую он видел на записи с парковки. Ни у кого не было тех иссиня-чёрных волос, какими он помнил шевелюру Лобо. Но если Лобо уже ушёл, почему центр видеонаблюдения не сообщил об этом? Ответ пришёл, когда его телефон завибрировал. Он ответил на звонок, услышал голос Кей Майерс и понял, что его двадцать минут истекли.

«Форд» Кей застрял в пробке. Боб, сидевший на пассажирском сиденье, заметил, что будь у неё мигалка, они были бы у «Трэк-Плаза» уже через пятнадцать минут. Это не улучшило её настроения.

— Хансон?

— Да? — раздался из динамика голос Олава Хансона.

— Я связалась с центром видеонаблюдения и сказала им передавать всю информацию только через меня. Ты где?

— У меня всё под контролем, Майерс. Я планирую взять Гомеса с минуты на минуту. Дам знать, если потребуется подкрепление.

— Повторяю: ты где? — спросила Кей.

— Майерс, я же сказал...

— Это моё дело, Хансон, и прошу тебя предоставить мне исчерпывающую информацию.

— Я первый прибыл на место преступления, Майерс, это...

— Чушь собачья! По инструкциям дело ведёт дежурный детектив, пока не поступит иных распоряжений. Хочешь пожаловаться — звони Уокеру. Так что в последний раз, пока ситуация не зашла слишком далеко: где тебя черти носят и что там происходит?

Последовала долгая пауза.

— Я в пиццерии, — наконец ответил Хансон. — Гомеса здесь больше нет. Что говорит центр видеонаблюдения о его местонахождении?

— Только то, что он ушёл из ресторана, но на скайвеях его не видели — значит, он, скорее всего, всё ещё в здании «Трэк-Плаза». Я вызвала SWAT, так что если найдёшь Гомеса, веди скрытое наблюдение, но не пытайся задержать его в одиночку. Понял?

— Но...

— Никаких «но». Дай знать, если увидишь его, и я направлю туда SWAT.

Снова пауза.

— Ладно, — буркнул Хансон.

Они завершили разговор.

— Я всё равно не понимаю, что он творит, — сказала Кей.

— Возможно, он видит в этом шанс получить своего «Сент-Клауда», — предположил Боб.

Кей пожала плечами. Боб имел в виду внештатного офицера, который застрелил безумца, бросавшегося с двумя ножами на людей в торговом центре города Сент-Клауд[31]. Тот офицер, который держал тир и всегда носил при себе оружие, даже будучи не на службе, стал местным героем и лицом рекламной кампании НРА, присудившей ему сомнительный титул «Офицер года НРА».

— Хансон, конечно, туповат, но он не сумасшедший, — сказала Кей. — То, чем всё закончится, теперь зависит только от Гомеса.

Пробка стояла намертво. Впереди на дороге она разглядела полицейскую машину, спасательный автомобиль и две повреждённые легковушки.

— Ладно, — сказал Боб. — Может, Хансон никого и не застрелит, но я гарантирую тебе: если он увидит Гомеса, он не станет ждать ни нас, ни SWAT. Если мы продолжим торчать в этой пробке, он наденет на Гомеса наручники и будет позировать перед прессой задолго до нашего приезда. Так что я предлагаю тебе вырулить на тротуар и объехать затор.

— Вечно вы, мужики, меряетесь пиписьками, — фыркнула Кей. — Важно, чтобы его арестовали, а не то, кто именно это сделает.

Секунд восемь они сидели в молчании.

Затем Майерс резко вдавила педаль газа, вырулила на тротуар и пронеслась мимо застрявших в пробке машин под непрерывный рёв клаксона.