Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 2 из 67

Сон пришёл смазанный, как старая голограмма после множественных попыток перезаписи. Цветные фигуры прыгали вокруг, не успевая обрести форму. Одни — слишком яркие, били по глазам, заставляли щуриться. Они оставляли после себя фиолетовые пятна на закрытых веках и вызывали волнение. После наступали другие более тёмные и мягкие. Эти скользили по краям сознания, и от них наоборот становилось спокойнее. Как будто кто-то большой и добрый сел поблизости.

Лира проснулась, потому что стало тихо.

Именно от отсутствия звуков. Кубышка всегда гудела. Даже в режиме ожидания, когда все системы спали, она издавала ровный, утробный звук корабля, который Холт научилась не замечать много лет назад. Но сейчас пульс пропал.

Девушка открыла глаза. Экраны светились, системы работали усиленно, но датчики молчали.

— Кубышка? — голос после пробуждения прозвучал глухо.

Ничего.

— Джан?

— Я здесь, — отозвался АН-МКР-08. Голос ровный, но Лира услышала то, что называла «напряжением». — Не могу определить наше местоположение.

— Как это — не можешь?

— Так это — не могу. Данные не сходятся. Координаты есть, но они не соответствуют ни одному известному сектору в 139 известных нам вселенных. Звёзды те же, но на карте между ними ничего не должно быть. Ни одной орбиты рядом. Даже Кубышка… — он замолчал.

— Что Кубышка?

— Она считает, что мы там, где нас быть не может. Должны находится в пустоте, хотя вокруг очевидно есть твёрдые тела. Она не знает, что делать дальше. Ты ограничила её протокол для случаев «вне» системы.

Лира медленно села, вглядываясь в экран. Пальцы забегали по обширной, старой клавиатуре с механическим и глубоким ходом клавиш. Она принципиально не меняла эту малышку на модернизированную лёгкую версию. Тактильный отклик, привычный с детства, помогал думать. Эксперт вызвала голографическую картинку космоса, разворачивая её на весь периметр экрана.

Звёзды висели неподвижно. Узнавание пришло сразу — Вселенная 17, сектор 48, 20877 градусов по Млечному пути. Здесь они бывали несколько раз, но сейчас что-то не так.

— Мы не успели покинуть пределы системы, чтобы вернуться в Улей? — спросила девушка, не отрывая взгляда от карты, хотя уже знала ответ. Но диалог надо с чего-то начать.

— Да, — с ней продолжал общаться Джан, хотя хотелось бы услышать версию корабля. Ведь именно она вела их домой на автопилоте. — По нашим расчётам, должны были выйти к вратам Улья четырнадцать часов назад.

— А по факту?

— По факту… — наконец-то отозвалась Кубышка. В её голосе появилось то, что Лира обозвала в отношении неэмоциональной системы — «неуверенностью». — Мы парим над неопознанным строение в пределах неизвестной планеты. Координаты тела не соответствуют ни одному официальному объекту в данной вселенной.

Холт провела рукой по голограмме, разворачивая сектор за сектором. Звёзды на месте. Спектральный анализ совпадал с картами. Но между ними — там, где должна была быть пустота сейчас висела серая планета. Немного неровная, с ржавыми пятнами, а в промежутках совсем редкие зеленые и тёмно-синие всплески

— Кубышка, — Лира пригляделась к цифрам повторно, — ты сверила координаты с последним зафиксированным положением?

— Последние зафиксированные координаты: вселенная семнадцать, сектор 46, градус 44 по эклиптике. Текущие координаты: вселенная семнадцать, сектор 47, градус… — пауза. — Данные отсутствуют.

— Как это — отсутствуют?

— Датчики фиксируют пространство, но не могут сопоставить его с известными картами. Объекты на поверхности соответствуют промышленным сооружениям типа «фабрика». Происхождение… неизвестно. Возраст… Провожу радиоизотопный анализ, — ответил корабль. Пауза затянулась. — Данные… неполны.

— Что значит «неполны»?

— Материалы соответствуют промышленным сплавам, используемым в строительстве объектов класса «фабрика». Но степень деградации… — Кубышка снова замолчала. Ей было сложнее, чем модулю подыскивать формулировки вне встроенных задач. — По расчётам, объекту примерно тысяча двести сорок четыре года. По меркам текущей вселенной.

Лира переглянулась с голограммой, на которой висела планета.

— А по меркам чего?

— По меркам материалов, из которых он построен, — Джан пришёл по помощь своей коллеге. Голос его был ровным, но Лира услышала в нём, так хорошо известную по нескольким сложным делам, настороженность. — Спектральный анализ показывает примеси, которых нет в данной вселенной. Изотопный состав не соответствует ни одному известному месторождению в семнадцатой. Это… — он замолчал, подбирая слово. — Это не отсюда.

— Ты уверен?

— Более чем. Планета не принадлежит Вселенной 17, — ошарашил Джан. — Или принадлежала когда-то, до начала летоисчисления известного нам.

— Ясно, что дальше?

— Назначение… — Кубышка опять замолчала.

— Что, неизвестно? — Лира уже бы ничему не удивилась.

— Нет, — кораблю исследование давалось тяжело. — Назначение определено как «не適用». Я не знаю этого слова.

Холт нахмурилась. «Не適用» — не применимо или определено. Обозначение не подходит ни под одну категорию. Кубышка являлась старым и стабильным космическим кораблём. В неё была загружена первая тестовая нейросетью собственного производства. До сегодняшнего дня она не отклонялась от протоколов. Поэтому столкнувшись с тем, чего не было в её базе, дамочка даже не перевела слово — просто цитировала.

— Мы висим над планетой? — еще раз уточнила инженер-конструктор.

— Да. Системы жизнеобеспечения работают стандартно. Двигатели в режиме ожидания. Но я не знаю, как мы здесь оказались.

Лира перевела взгляд на панель управления. На ней горел одинокий индикатор.

— Джан, — она медленно нажала пару клавиш, чтобы вывести нужную панель задач. — Что с мониторингом заказов?

Пауза.

— Он… изменился, — голос модуля понизил тональность. В нём проскочило нежелание пугать напарницу.

— Покажи.

На экране высветился список. «Рутина: 5 шт — в архиве. Рабочая лошадка: 1шт — в листе ожидания. Пламя: 1шт — принята в работу».

— Я не давала команду, — возмутилась Лира. — Кубышка, кто принял заказ?

Корабль молчал.

— Кубышка, — повторила она настойчиво, взывая к совести своей техники. — Ответь.

— Системная ошибка, — механический голос корабля, казалось бы, затопила неуверенность. — Запрос на принятие заказа не зафиксирован. Статус изменён автоматически, причина… неизвестна.