Анатомия обмана

Глава 8

Я никогда не была моралисткой. Все люди неидеальны, ведь в самой сути человеческой природы заложен грех. Только в книгах женщины во имя чести, благородства и черт знает чего еще готовы жертвовать своим счастьем. В жизни так не бывает, а если и попадается подобная дамочка, то значит, она непроходимо глупа. Поцелуи Игоря возносили меня до луны и обратно, в его жарких объятиях я таяла словно свеча… и никаких угрызений совести. Но все же была черта, переступить которую я не решилась.

– Тебе нужно уходить, – прошептала я, отстраняясь. Наше дыхание сбилось и слова давались с трудом.

– Лина… – выдохнул он и вновь притянул к себе.

– Так будет лучше. Нельзя просто взять и переспать в пекарне. По меньшей мере это не гигиенично. Все-таки тут люди едят.

Я сморозила совершенную глупость. Вот идиотка. Мне стало стыдно за свои слова, но Игорь ничего не возразил. Он выпустил меня из кольца своих рук и сделал два шага назад. Я молча наблюдала, как он приглаживает волосы, оправляет ворот рубашки и куртку.

Напряжение в пекарне никуда не делось, и мы оба это чувствовали. Я хотела Игоря не меньше, чем он меня, но совершить это здесь и сейчас будет неправильным. Этот шаг должен стать взвешенным, имеющим все вытекающие последствия. Я видела как никогда ясно, что хочу вернуть свою любовь, и для этого сегодня следует отступить.

– Ты права, Лина… Мне лучше уйти, – наконец сказал он и натянуто улыбнулся, безуспешно пытаясь разрядить обстановку. – Если что…

– Иди…

– Да…

Я смотрела, как мой любимый уходит, втайне надеясь, что он обернется и, увидев меня в темном окне пекарни, решит вернуться. Но он скрылся в конце улицы… и это было правильно. Игорь несвободен и то, что пока я закрываю на это глаза, притворяясь перед ним, будто мне ничего не известно, не значит, что ему не нужно делать выбор. Игорю необходимо все взвесить, разобраться в себе и остаться с той, кого он по-настоящему любит. Я же сделаю все, чтобы этот выбор был в мою сторону.

Отойдя от окна, я почувствовала дикую слабость и, опираясь о стену, опустилась на стул. Кончиками пальцев коснувшись распухших от поцелуя губ, прикрыв глаза и вообразив, что Филатов все еще здесь, я вновь почувствовала его дыхание, терпкий аромат одеколона, тепло тела, крепкие объятия… И вдруг грудь сжало дикой болью – совсем скоро он окажется с другой. Не нужно быть Нострадамусом, чтобы догадаться, чем именно они займутся этим вечером. Он уходил настолько возбужденным, что наверняка захочет выпустить пар. И ведь я сама его к этому подтолкнула!

Я не видела ее лица, но ясно представила стройное обнаженное тело, извивающееся под ним. Их быстрые движения, жаркие стоны, прерывистое дыхание… Нет! Нужно было гнать ко всем чертям эти картины, которые так безжалостно рисовало воображение. Думай! Думай, Эвелина, о другом! Расследование – вот что должно быть на первом месте! Где-то совсем рядом бродит убийца. Он виновен в гибели Марины, он же виновен в смерти отца. Найти его – сейчас самое важное, остальное потом. И, черт возьми, если убийца – Илья, то теперь он знает и про расследование, и про то, что главный подозреваемый – он. Мне может грозить смертельная опасность: убивший дважды не остановится перед третьей жертвой. Сегодня Илья вряд ли заявится. Он уверен, что я не одна, а Игорь сумел дать ему отпор, но завтра наверняка придет. Если он чуть не задушил меня, узнав, что я общалась с его дочерью, то теперь доведет начатое до конца. Нужно бежать из Романовца! Хотя бы на пару дней скрыться из города, а там – будь что будет. И тут моя поездка в Москву как раз кстати.

Мать Марины рассказала, что в Москве у ее дочери появился мужчина. Именно к нему она регулярно ездила и даже несколько раз брала с собой Камиллу. Это означало, что у них все было действительно серьезно, не каждый готов на знакомство с дочерью своей пассии так скоро после знакомства… если только знакомство действительно было недавно. У меня возникла безумная догадка, что этот мужчина мог оказаться биологическим отцом Камиллы, тогда все стало бы куда понятнее.

Ирина Павловна упомянула, что он занимает хорошую должность и имеет солидный счет в банке. Странно, что Марина сказала об этом, но не поделилась с матерью, кем и где он работает. Незадолго до Марининой смерти поездки в Москву прекратились, Ирина Павловна точно не знала, но предположила, что отношения дочери с новым мужчиной разладились. Я же была обязана выяснить, что именно между ними произошло, и мог ли этот человек совершить убийство. Мне повезло, у Ирины Павловны была визитка этого мужчины. Она нашла ее в вещах дочери после того, как переехала в ее квартиру. Теперь эта визитка лежала передо мной.

«Павел Богомолов. Директор по развитию Консалтинговой компании «Белладжио групп».

Нужно было навести о нем справки, добиться встречи и вывести на разговор. Вернувшись в родительскую квартиру, я первым делом загуглила Павла Богомолова. Он был успешным руководителем престижной компании – неоднократно его успехи выделяли различными премиями в сфере бизнеса, а еще Богомолов вот уже три года был женат. Кроме упоминания супруги, в интернете ничего не писали о его личной жизни. Я открыла фотогалерею, и монитор заполонили многочисленные фотографии мужчины с самыми разными женщинами. Верность явно не была его коньком, и это могло сыграть мне на руку.

***

Рано утром я выехала в Москву и первым делом направилась в свою квартиру. Моя коллега искала временное жилье, и я предложила ей пожить у меня. Конечно, в глубине души мне было обидно расставаться с собственным жильем, к которому я так стремилась, но сейчас оказались важнее деньги. Я оставила Анне дубликат ключей, взяла плату за первый и последний месяцы аренды и направилась в типографию.

Еще накануне поздно вечером я оставила срочный заказ на изготовление визиток. Расплачиваться снова пришлось кредиткой, но я надеялась, что это того стоило. К тому же визитки могли пригодиться не только для встречи с Богомоловым.

Офис «Белладжио групп» располагался в одной из башен Москва-сити и так просто человека с улицы вряд ли туда пустят, если не назначена встреча. Мне нужно было соответствовать этому месту. На моей кредитке еще оставались деньги, и их пришлось потратить на платье и туфли. Покупки я аккуратно убрала, чтобы следующим утром выгулять в офис Богомолова, а потом сдать обратно в магазин. Конечно, мне хотелось оставить себе и это шикарное облегающее платье-футляр насыщенного винного оттенка и лодочки на тонкой-тонкой шпильке, но сейчас для меня это было непозволительной роскошью.