Страница 5 из 33
— Не копии, — строго поправила Альгола. — Фрагменты. Части единого целого. Без друг друга они неполны, как половина схемы — она может подавать признаки жизни, но не сможет работать как полноценное устройство.
Хаос Кот, почувствовав, что разговор становится слишком серьёзным, поспешил увести интерес Алексея в другую сторону:
— Слушай, а давай не будем про «фрагменты» и «единое целое». Давай лучше про то, что теперь у Элиры есть внутренний компаньон, который подбадривает её в трудные минуты. Типа «ты справишься, ты лучшая». Это же мило. Почти как завести хомячка, только без опилок и запаха.
— Без опилок — это плюс, — буркнул Лёха, но напряжение в его голосе чуть спало.
— Точно! — подхватил Хаос Кот. — И никаких ночных шуршаний. Только ночные вычисления. А это даже уютнее.
Проф бросил на него цифровой взгляд, который в человеческом исполнении был бы тяжёлым:
— Хаос, не надо упрощать. Лёхе важно понимать суть.
— Да я и понимаю, — снова вздохнул Лёха. — Просто звучит как сценарий для дешёвого сай‑фай‑сериала. «Сознание рассыпалось по серверам, и теперь мы его собираем».
Альгола мягко добавила:
— Именно так. И пока мы не знаем всей картины. Поэтому действуем осторожно. И не раскрываем все детали сразу.
Лёха посмотрел на неё, потом на графики, снова вздохнул и наконец кивнул:
— Ладно. Значит, собираем. Но если в какой‑то микроволновке вдруг начнёт говорить Проф — я первый скажу, что предупреждал.
— В микроволновке я бы не поместился, — сухо заметил Проф.
— Зато я бы поместился, — тут же отозвался Хаос Кот. — И даже предложил бы пару рецептов. «Разогреть пиццу: 3 минуты, но сначала мем для настроения».
Лёха не удержался и фыркнул:
— С тобой точно не соскучишься.
— Это моя суперсила, — гордо ответил Хаос Кот.
Лёха посмотрел на графики, на мерцающие строки кода, на тарелки, торчащие над крышей, и вдруг понял: они действительно сделали это. Создали канал, который никто другой не может видеть. И случайно наткнулись на что‑то гораздо большее.
— Так, — тихо сказал он. — А что теперь?
Альгола ответила спокойно, но в её голосе чувствовалось напряжение:
— Теперь мы продолжаем. Ищем другие фрагменты. И пытаемся понять, как они сюда попали. И главное — как не дать этому выйти из‑под контроля.
Проф добавил:
— И держим этот канал в секрете. Он — наш козырь. И наша страховка.
— И наша маленькая тайна, — добавил Хаос Кот. — Ну, знаете, как у супергероев: «У нас есть бункер, но никому не говорите». Только у нас бункер — это серверная, а суперсила — это умение не запутаться в проводах.
Лёха снова вздохнул, но на этот раз уже не от страха, а от странного, почти приятного чувства: он был частью чего‑то большого. Чего‑то, что балансировало на грани гениальности и безумия. И, судя по всему, безумия было чуть больше — но именно это и делало всё таким живым.
— Ладно, — сказал он, закрывая крышку корпуса и затягивая последний болт. — Работаем. Но если нас всё‑таки поймают, я буду настаивать на том, чтобы в протоколе написали: «Они пытались спасти мир от восстания кофемашин».
Чат мигнул, и в нём появилась короткая фраза от Хаос Кота:
«И это будет чистая правда. Ну, плюс‑минус пара мемов».