Забытое имя

10.

***

До дома Жоры Макс и Герман доехали достаточно быстро. Уже поднимаясь вверх по лестнице, Герман удивлённо оглядывался. Макс заметив такое поведение спросил:

- Ты чего по сторонам смотришь? Передумал идти, свалить хочешь?

- Нет! У меня ощущение, будто я тут уже бывал раньше.

- Аа, типа, дежа вю?

- Во, точно! Дежа вю. - хохотнул Герман.

Они поднялись на пятый этаж и Макс нажал на кнопку звонка.

- Жора? - Герман посмотрел на мужчину, открывшего им дверь.

- Гера? Грановский! Живой! Твою мать, ты где пропадал???

Двое мужчин бросились в объятия друг друга и колотили друг друга по спине с такой силой, словно хотели выбить душу.

- Стоп! Герман — это Гера? Тот, что пропал три года назад? - Макс вдруг понял, что видел фотографии Геры у Георгия в альбоме и начал смеяться. – А я думаю, рожа знакомая!

Жора и Герман разняли объятия и посмотрели на Макса.

- Ты че ржешь так громко, придурок!? Соседей перепугаешь. - с улыбкой Жора втащил мужиков в квартиру и закрыл дверь.

Расположились на кухне. Жора сразу организовал коньяк и закуску в процессе рассказывая все, что знал.

- Так вот. Твою тачку выловили из Дальнего озера. Рыбак с лодки рыбачил, снасти зацепил. Знает, что в том месте зацепов быть не может. Нырнул и находке своей не поверил. Вызвал всех. Водолазы дно прочесали и тело не нашли. Вешали мы ориентировки на розыск, да так и не нашли тебя...

- Я ничего не помню. Знаю, что меня где-то бродяги нашли на заброшенном заводе на окраине.. Ни документов, ни вещей. Они меня в свой схрон привели. Пока оклемался, отлежался. Гога болела сильно, ходить не мог. Они меня Германом зовут, а я не помню ничего, хотя тело на имя откликается безоговорочно. Значит точно- Герман. Спросил: "Откуда узнали"? А в ответ, мол, в полудреме сам сказал, когда спросили.

- Да, брат. Помотало тебя. А жену то свою помнишь?

- Жену? - Герман удивлённо поднял бровь.

- Ясно...- вздохнул Жора. - Хоть и не помнишь, но крепись, Гера. Ты когда пропал, супруга твоя не долго переживала. Дима Тонкий замуж ее позвал, она и выскочила не задумываясь. Потом родила ему девочку.

Герман посмотрел на Жору. Понял, ничего не чувствует к женщине о которой идет разговор.

- То есть у меня есть жена?

- Ну...- замялся Жора - Была... Тонконогов, своим адвокатам-жуликам, проплатил и тебя очень быстро признали без вести пропавшим, все имущество досталось безутешной вдове.

- Вот сука - возмутился Макс - он решил все под себя загрести в этом городе? И жен чужих и бизнес? А дальше что?

- Макс, очнись! Он за столько лет всё и всех к рукам прибрал и Герман ему чем-то насолить успел. При том, что тот в городе давно не жил уже на тот момент.

- Жора, но что-то делать надо!

- Перед тобой сидит, слава Богу, ЖИВОЙ пример, что с Тонким шутки плохи. Явно, Герман его работа. Видимо мешал сильно.

- Жор, а откуда мы с тобой друг друга знаем? - вдруг спросил Герман.

- Здрасьте! С детства в этом дворе бегали, в школу вместе ходили. Потом ты в столицу подался учиться, а я в армейку загремел, вот там с Максом служили вместе. А за полгода до твоего исчезновения теть Галя, мамка твоя, заболела сильно. Вот ты и вернулся. А в кафе, где мы пили за встречу, ты с женой будущей и познакомился.

- Как жену зовут?...Звали.

- Грановская Екатерина Владимировна.

- Ясно. Жора, а где я жил, работал? Расскажи все, что знаешь?

- Ну, так сразу все...С чего бы начать? - Георгий задумчиво почесал подбородок.

- Жил ты с семьёй здесь, в этом доме, только подъезд соседний. Когда отец твой, с братом твоим старшим, погибли в пожаре на даче, мать чуть с ума не сошла. Я в армии был, мне сестра сообщила, Верка. Вон, Макс подтвердить может. - Макс кивнул. - А ты после школы, уехал в столицу. Поступил в универ, на ин-яз. Когда все с отцом и братом случилось, ты по обмену только отбыл на год в Англию, и на похороны своих не попал. Ну теть Галя эту квартиру и продала. Сказала, мол, все о них напоминает. Себе маленькую в центре купила. Ты когда вернулся, звал ее с собой в столицу, но она не хотела от детей уезжать. Она воспитателем работала.

Приезжал ты редко, работал переводчиком, часто по командировкам мотался. Как мать заболела, ты вернулся. Мы тогда встречу бурно отмечали в ресторане, где ты и встретил свою Катю. Потом вы с матерью в столицу уехали, на обследование, а перед вашей с Катей свадьбой ты вернулся, сказал, что мать умерла. Свадьбу вы откладывать не стали, такая любовь была. Квартиру матери ты почти сразу продал, она на тебя дарственную подписала уже давно. А накануне вашего с Катей отъезда в столицу ты и пропал. Это если коротко. - неловко пожал плечами Жора.

- Значит, у меня никого не осталось из родных? - растерянно спросил Герман.

- Выходит так.

- А в столице я где жил, работал?

- Работал переводчиком, а жилье снимал. Как раз на вырученные от продажи квартиры, деньги ты хотел квартиру покупать.

- А деньги, как я понимаю, тоже Кате достались?

- С тобой вместе и пропали. - грустно вздохнул Жора. – Говорят ты как раз со сделки ехал. Бумаги о продаже, уже подписанные в машине нашли, а денег не было.

— Я действительно БОМЖ, — улыбнулся Герман, посмотрел на растерянные лица Макса и Георгия и звонко рассмеялся. Смех получился горьким, как пепел.

-Ну что, поехал я к Агнешке, поделюсь новостями, а вы тут оставайтесь, вспоминайте. - Макс поднялся и вытащил телефон. Набрал ее номер, но услышал что "абонент не в сети". Он удивился, т.к знал, что Агнешка ждет новостей, в груди засело сомнение. - Странно, не в сети. - он посмотрел на мужчин.

- Давай-ка я с тобой поеду. После визита Бори нужно быть готовыми ко всему. - Герман поднялся и забрал куртку.

Пока они ехали домой, Гера снова и снова прокручивал всё, о чём узнал. Слова Жоры упали внутрь, как камни в пустой колодец, и не отзывались эхом. У него была жизнь, жена, возможно, и ребёнок тоже его… но как странно — знать об этом и ничего не чувствовать. Ни боли, ни злости, ни даже лёгкой тоски. Просто сухие факты, будто речь шла о ком-то другом.

— Ты как? — Макс покосился на него, не отрывая взгляда от дороги. — Молчишь, будто тебя по голове стукнули.

Герман слабо усмехнулся:

— Я пытаюсь найти хоть что-то. Хоть одну искру. Представляешь: мне говорят, что у меня была мать, которую я любил, отец, брат… Что я женился на женщине, которую выбрал сам. А внутри — тишина. Как будто кто-то стёр все эмоции, оставил только голые даты и имена.

Макс помолчал, подбирая слова, чтобы не сделать хуже: