Страница 49 из 84
— Дерек хочет снять с дрона кадры обследования для «ролика о прозрачности процесса». — Он изобразил пальцами кавычки с совершенно невозмутимым лицом. — Я пришел сказать, что сроки сдвинулись. Грег нанят только до трех. Они хотят, чтобы северный участок был закончен сегодня.
Я посмотрела на Грега. Выполнена только треть, серьезная задержка, но в голове уже звенел сигнал пустого бака. Чейз окинул меня взглядом, и я поняла, что он всё знает.
— Ты на нуле.
— Я в порядке.
— Ты бледная как смерть, Торрес. Ты истекала силой всё утро. Я могу… — он в разочаровании махнул рукой на воздух между нами, — я чувствую это, окей? С моей стороны, это тоже та еще проблема. Инструкцию мне никто не выдавал. Я оборотень, а не знахарь. Но я знаю, что тебе нужна подзарядка.
— Я не собираюсь трахаться с тобой на пляже в полдень.
— В сорока футах позади нас есть вышка спасателей.
— Она признана аварийной.
— И что?
— Нет.
Он наклонился слишком близко, между нами проскочила искра статического электричества.
— Потому что нас могут увидеть, или потому что тебе слишком нравится это чувство? Боишься, что подсядешь?
Я оттолкнула его, а он в ответ обхватил мои ноги своими и, перекатившись, оказался сверху. Моя магия вспыхнула, когда он устроился между моими бедрами, и вокруг нас закружился песчаный вихрь.
Грег оторвал взгляд от экрана.
Мы оба замерли, пока он не вернулся к своим полосам, в надежде, что морская трава нас скрыла.
— Я тебе нужен, Торрес. — Его губы уже скользили по моей шее, и каждая клеточка моего тела вспыхнула.
— У нас были правила. Только один раз.
— Нет, ты сказала «пока «РипТайд» не уберется с твоего пляжа». И посмотри, они всё ещё здесь. — Но он отстранился, спрятавшись за своей ухмылкой, и от этой ухмылки стало только хуже, потому что теперь я знала, для чего она нужна. — У тебя нет сил, а Грег вот-вот пройдется по первому гнезду.
Он встал, отряхнул песок и кивнул в сторону пляжа.
— Вышка открыта. Я буду там. Заряжайся или нет, бруха, но если Грег раздавит это гнездо, не говори мне, что всё это ради черепах.
Он ушел по пляжу, прихватив оба смузи, потому что был мелочным ублюдком, а я осталась лежать в своей широкополой шляпе, злясь на него, на Грега, на магию, которая тянулась вслед за ним, как дюнная трава тянется за ветром с берега.
Грег начал новую полосу.
Я посмотрела на вышку, потом на Грега, потом на Эль Сольдадо, который приземлился рядом со мной.
— Ни слова, — предупредила я, и он воркнул.
***
Я толкнула дверь вышки, на которой висела табличка «АВАРИЙНАЯ», что показалось мне слишком уж метким комментарием.
Он сидел на старой скамейке для снаряжения в полосатом свете, пробивавшемся сквозь жалюзи, пил мой смузи и выглядел абсолютно расслабленным в месте, которое могло рухнуть под нами в любую секунду.
— Это мое.
— Трофей. — Но он всё равно протянул его мне. Из принципа я не взяла его сразу, но потом жажда взяла верх, и у него хватило такта не улыбаться по этому поводу, что было хуже любой улыбки.
Через окно, выходящее на море, я видела Грега; его тележка катилась вперед, словно эпически медленный обратный отсчет до катастрофы.
— Время идет, — сказал Чейз.
— Это всё не из-за тебя.
— Конечно. — Всё тот же идеально спокойный тон.
Я пересекла комнату, схватила его спонсорскую футболку и поцеловала так, словно мы были на войне.
В этот раз всё было иначе. Мотель был марафоном, как бы я ни старалась его ускорить. Это был спринт — всё или ничего. Его руки легли мне под бедра, и я забралась к нему на колени, потому что если я и собиралась это сделать — а сделать это нужно было срочно, — то я буду сверху, не сводя глаз с окна и с разворачивающейся перед нами битвы.
— Всё еще исключительно деловой подход? — спросил он, уткнувшись мне в шею.
— Заткнись и…
— Знаю я эту речь. — Он стянул с меня футболку через голову, его губы скользнули по ключице, по груди; сегодня в нем не было ни капли терпения. Та тщательность, с которой он действовал в мотеле, сменилась чем-то более голодным и злым, что меня вполне устраивало. Первый щелчок статического электричества проскочил от его губ к моей коже, и моя магия потянулась к нему, как подсолнух к свету. — Господи, ты совсем пустая, — пробормотал он. — Какая же упрямая. Довела себя до такого состояния назло…
— Это не назло…
— Назло. Ты бы скорее в обморок упала, чем постучала в мою дверь дважды за неделю. Но не волнуйся, детка, я тебя наполню. — Я грубо потянула его за волосы — не для того, чтобы прекратить спор, а чтобы подогреть его. Он простонал, уже уловив мой настрой.
У шорт для серфинга есть одно достоинство — скорость.
Заминка со шнуровкой и резинкой, его руки, оставляющие синяки на моих бедрах, пока он оттягивал в сторону мой купальник, а затем я опустилась на него, и вся вышка загудела. Старая, выгоревшая на солнце спасательная доска загремела на стене, тридцатилетний песок с дрожью поднялся из щелей в половицах, закружив вокруг нас медленной, мерцающей дымкой. Магия чуть не перевернула меня.
— Блядь, Селена…
— Тихо, — выдохнула я. Кому это было адресовано — ему, вышке или мне самой? Я не была уверена.
— Это ты тут сияешь ярче маяка.
Я посмотрела вниз. Золото уже доходило до запястий, свет просачивался сквозь щели в жалюзи.
Он переплел свои пальцы с моими — борьба это или нежность, было совершенно неясно; с ним всё казалось и тем, и другим одновременно — и прижал мои руки за моей спиной, заставляя выгнуться навстречу ему. Он сильно прикусил мой сосок.
— Дай мне укусить тебя, детка.
— Ты уже это сделал. — Бедра горели, но именно этого я и жаждала — контролировать, куда он попадает внутри меня, тереться о него с каждым толчком.
— Это была ерунда. Я хочу по-настоящему.
— Останется след.
Он посмотрел на меня снизу вверх, и тьма снова поглотила радужки его глаз.
— В этом и смысл.
— Ни за что.
Он застонал, и песчаная дымка закружилась вокруг нас плотнее; его губы нашли мое ухо, и он прошептал низким, сорванным голосом, который не принадлежал ни Чейзу из «РипТайд», ни Эль Тибурону:
— От меня не спрячешься, детка. Канал открыт, Селена. Он открыт в обе стороны…
— Хватит болтать…
— Заставь меня.