Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 53 из 82

Глава 25

Глава 25

Глава 25

Утром Артём приехал в управление раньше обычного, он почти не спал. После возвращения к Елене стало легче дышать, но вместе с ней вернулась и другая ответственность. Теперь он знал, что должен защищать не только себя. Именно поэтому ночное сообщение не выходило из головы.

- «Ты наконец посмотрел туда, куда нужно».

Кто-то знал, что они снова вместе, и кто-то следил за ними. А теперь этот человек хотел, чтобы Артём начал подозревать собственных людей.

Он вошёл в кабинет Громова без стука, там уже находились Серов и Воронов, а на столе лежала закрытая папка. Громов поднял глаза от папки и сказал ему.

- Садись, наш разговор будет долгим.

Артём не сел сразу, он почувствовал, что узнает сейчас что-то действительно важное.

- Уже удалось что-то найти?

Громов несколько секунд смотрел на него.

- Да, подтверждение утечки информации.

- Известно, кто является предателем?

Громов открыл папку, первый лист он подвинул к Артёму ближе, фамилия на листе была слишком знакомой.Крылов Павел Андреевич. Артём перечитал строку, а потом ещё раз, он не мог поверить своим глазам.

-Нет, я не могу в это поверить.

Громов не ответил, он просто рассматривал свои руки.

-Я знаю его десять лет, этого просто не может быть.

- Именно поэтому мы проверяли его дольше остальных.

На стол легла распечатка из журнала доступа. Несколько дат, несколько закрытых файлов, а потом банковская выписка и фотография. Крылов сидел в ресторане в центре Москвы, а напротив него сидел Максим Орехов. Артём смотрел на снимок и чувствовал, как внутри становится пусто. Это была не злость, пока нет, а просто невозможность поверить в происходящее.

- Когда был сделан этот снимок?

- Три месяца назад.

- Может быть это была случайная встреча, может они были знакомы ранее.

- Может и так, поэтому мы продолжили свое расследование.

Громов положил ещё один лист.

- Поэтому мы нашли остальные доказательства, его предательства.

Следующая фотография была сделана через неделю, а потом ещё одна. Крылов встречался с Ореховым пять раз, не случайно, не после работы в коридоре. Это были отдельные встречи, разные места, разное время и один и тот же человек.

Артём медленно присел, прежде чем задать новый вопрос.

- Что именно он передавал ему?

- Сначала сведения о передвижении отдельных сотрудников, потом информацию по операциям, а позже – маршруты операции.

- Последний маршрут, он тоже передал?

- Да.

Артём провёл пальцем по строчке, а потом тихо проговорил.

- Поэтому Воронцов оказался под ударом, и чуть не погиб.

- Да поэтому.

Воронов молчал, а Артём посмотрел на него и спросил.

-Ты знал, что он предатель?

- Я подозревал это.

- Когда ты это понял?

- Вчера вечером, мне многое показалось странным.

- И почему сразу не сказал мне?

- Потому что не хотел обвинять человека без доказательств.

Артём кивнул, это было разумно, и от этого становилось только хуже. Он снова посмотрел на фамилию «Крылов», и перед глазами вдруг всплыли совсем другие картины. Кухня после операции, Крылов смеётся, снимая грязные ботинки. Долгая ночь в машине, фляга, которую они делили после тяжёлого задания. Первый отпуск, когда они вместе уехали на рыбалку. Ссора из-за какой-то ерунды и крепкое рукопожатие после. Десять лет это был человек, которому Артём мог позвонить в любое время, человек, которому он доверял свою спину.

- Где он сейчас находится?

- Он просто исчез.

Артём поднял глаза, и спросил:

- В каком смысле исчез?

- Сегодня не вышел на службу, его телефон отключён, его дом пуст.

Артем медленно выдохнул.

- Значит, он все знает.

- Скорее всего так.

Громов достал ещё один документ, и положил его на стол.

- Но есть кое-что и похуже.

Артём посмотрел на него, не понимая, что может быть еще хуже, чем друг-предатель.

- Мы подняли старые архивы, и вот, что удалось выяснить.

На стол легла папка старая и потёртая, с датой пятилетней давности, и Артём почувствовал неприятное напряжение.

- Зачем, это было ворошить?

Громов ответил не сразу, а сделав паузу.

- Потому что Крылов интересовался твоими персональными данными ещё до аварии.

Артём перестал дышать на секунду, а потом спросил.

- Чем именно он интересовался?

- Адресом, семейным составом, маршрутами работы.

Он взял лист, на нем была написана дата, потом вторая, третья. Артём смотрел на строки, и где-то в груди возникала привычная боль. Одна дата была за месяц до гибели Алины и Миши, вторая - за девять дней, а третья - за два дня.

Он поднял глаза и спросил.

- Зачем ему это было нужно?

- Мы пока не знаем.

Артём резко встал и заметался по кабинету.

- Я хочу его найти и поговорить.

- Мы найдём его.

- Нет, я должен сделать это сам.

Его голос стал жёстче, а потом он продолжил.

- Я хочу поговорить с ним, тет, а тет.

Громов покачал головой, не соглашаясь с ним.

- Не сейчас, мы должны его поймать и задержать, а потом вести официальный допрос. Слишком много смертей произошло.

- Это мой человек, я рекомендовал его, и на мне тоже лежит ответственность за произошедшее.

- Именно поэтому ты не должен идти к нему один.

Артём ничего не ответил, он снова смотрел на дату, это было пять лет назад.

Крылова нашли вечером, но не дома, а в старом гаражном кооперативе на окраине города. Группа внутренней безопасности задержала его без сопротивления, а Артёма к нему не допустили, по крайней мере, сначала. Он провёл несколько часов в кабинете, не притрагиваясь к кофе, Воронов несколько раз заходил к нему. Каждый раз хотел что-то сказать, и каждый раз передумывал. Наконец около десяти вечера дверь открылась, и на пороге стоял Громов.

- Он согласился с тобой говорить.

Артём поднялся и переспросил его.

- Со мной?

- Да с тобой.

Громов посмотрел на него серьёзно, а потом добавил.

- Но ваш разговор будет под запись.

- Хорошо, я согласен на это.

- И ты никак не давишь на него.

Артём усмехнулся на это.

- Я знаю правила, и все прекрасно понимаю.

Громов ничего не ответил, и они прошли в комнату для бесед. Крылов сидел за столом, на нём была та же куртка, в которой его нашли. Он выглядел уставшим, но спокойным. Когда Артём вошёл, Крылов поднял голову, и впервые за десять лет между ними не было привычного доверия, только чужой взгляд.