Страница 4 из 61
Я положила записку под коробку с пуговицами и развернула ткань. Проверила длину, сравнила с карточкой. Не хватало полулоктя. Пришлось мерить еще раз, потом третий, потому что я не запомнила, на каком делении остановилась.
Счет я отнесла Мерет.
— Здесь недостача. Я записала на обороте.
— Пусть в следующий раз довезут. Завтра отправим мальчика к поставщику, напомни мне.
Я прижала карточку к краю ее стола.
— Он не зайдет сегодня?
— Зачем? Все прислал. Тесьма та?
— Да.
— Тогда больше ничего не нужно.
Я вернулась в бельевую и убрала записку в карман.
После обеда я поднялась к себе и легла поверх покрывала. Все-таки надо было отдохнуть: я трижды мерила один и тот же отрез и умудрилась в двух случаях получить разную длину.
Я сняла туфли, распустила тугую косу и устроилась поудобнее. Не получалось перестать думать о пятнице. Я перебирала все, что собиралась сказать Эрдану, иногда даже шевелила губами, будто он лежал рядом и слушал. Потом мысли начали путаться, и я уснула.
Разбудил меня стук в дверь. Эрдан вернулся и просил зайти, когда я освобожусь.
Я плеснула в лицо воды, заново заплела волосы и спустилась. Он сидел в кабинете без пиджака. На столе лежала раскрытая папка, а рядом, на каменной подставке, стояла маленькая металлическая ложка для сургуча.
— Разбудил? — спросил он, когда я поздоровалась.
— Уже вставала.
— Мерет обещала, что тебя не потревожат.
— Я отдохнула. Что случилось?
— Ничего. Хотел узнать, как ты.
Я подошла к столу.
Эрдан обхватил пальцами чашечку ложки. Темный сургуч размягчился, хотя подставка была холодной и свечи рядом не оказалось. Я видела это много раз, но все равно смотрела. Мне нравилось, как буднично он пользовался тем, чего у меня никогда не было: разогревал немного металла, не отвлекаясь от разговора.
Когда я только поступила в дом, мне хотелось увидеть больше. Я никогда не стояла рядом с драконом в его настоящем облике. Спросить Эрдана об этом я тогда не решилась, а потом узнала, что после ранения он почти не обращался. И в большом теле он оставался слепым.
Эрдан поставил ложку. Бумага была сложена заранее, положение нижнего края он проверил рукой. Вылил сургуч и прижал печать.
— Долго вы заседали? — спросила я.
— До тех пор, пока Брант не заявил, что ему дурно от голода.
— Правда было дурно?
— Он съел два пирожка перед началом. Но я поддержал его из дружбы.
Я обошла стол и присела на край широкого подоконника. Так мы часто разговаривали, если Эрдан собирался еще работать, а я заглядывала на несколько минут.
— Ты успела освободить пятницу? — спросил он.
— Да. Мерет сказала, что к восьми все закончится.
— Хорошо.
Он убрал печать в ящик. Я ждала, что он еще что-нибудь скажет о нашем вечере, но Эрдан взял папку и положил сверху запечатанное письмо.
— Я попросил достать книгу, про которую ты рассказывала. Ее принесут завтра.
— Какую?
— Про путешествие к южным островам. Где женщина уехала с братом и потратила все деньги, пока тот пытался купить корабль.
— Она ничего не тратила. Она писала, что он все спустил.
— Тем интереснее узнать его мнение.
— Его мнения там нет. Он утонул.
Эрдан помолчал.
— Ты могла оставить мне хоть какую-нибудь надежду на неожиданность.
— Это на первой странице! Он утонул до начала путешествия, поэтому она и отправилась одна. Ты совсем меня не слушал.
— Я помню, что ты хотела прочитать продолжение.
Я хотела. Первую часть брала у знакомой, а второй у нее не было. Рассказала об этом однажды за ужином и сама успела забыть, потому что случилось это до возвращения Лиора.
— Спасибо, — сказала я.
— Почитаешь мне?
— Если не будешь жаловаться, что она слишком долго описывает море.
— Я жалуюсь, когда она описывает его одинаково. Каждый день.
— Ты служил на реке. Должен понимать, что вода за ночь не меняет цвет из уважения к читателю.
Он протянул руку в мою сторону. Я соскользнула с подоконника и подошла. Эрдан взял меня за пальцы, подтянул ближе.
— Садись, — сказал он, слегка коснувшись моего бедра.
Я устроилась у него на коленях боком. Узкое кресло мешало, пришлось подобрать юбку и убрать локоть с подлокотника. Эрдан сдвинулся, чтобы мне было удобнее.
— Так?
— Да.
Он убрал с моей щеки выбившийся волос. Я заметила усталость в его лице: обычно к этому часу он уже успевал полчаса побыть один. Я коснулась пальцем складки у брови.
— Голова болит?
— Немного. Сейчас пройдет.
— Я могу уйти.
— Ты мне не мешаешь.
Я погладила его висок выше неровного края ожога. Он повернул голову и поцеловал мою ладонь. Все это было настолько привычным, что я тоже расслабилась и придвинулась ближе.
Мне нравилось сидеть с ним в тесном кресле, мешать ему работать и слышать, как он говорит, что не мешаю.
— Останешься сегодня? — спросил он.
Я напряглась, и его рука остановилась.
— Не обязательно, — добавил Эрдан. — Если хочешь выспаться у себя, так и скажи.
— Я останусь. Только сначала закончу внизу.
— Возьмем что-нибудь почитать? Пока без моря.
— Можно.
Мне стало легче от этой простой договоренности. Сегодня я буду здесь. Мы поужинаем, я почитаю вслух, потом лягу рядом. Завтра проснусь в его постели, и мне не понадобится придумывать, где прошла ночь.
Я обняла его за шею. Эрдан притянул меня ближе и устроил ладонь у меня на затылке. Он не просил ничего объяснить. Я могла сидеть так, сколько хотела.
Через несколько минут я все-таки поднялась.
— Мерет потеряет меня.
— Она знает, где искать.
Я поправила юбку и задержалась у двери.
— Эрдан.
— Да?
Он повернул голову, ожидая, что я скажу.
Можно было назвать Лиора и рассказать, откуда я пришла утром. Я смотрела на Эрдана, на руку, которую только что держала, и пыталась представить, что через минуту не смогу подойти и взять ее снова.
— Ничего. Я принесу тебе воды, когда пойду наверх.
— Спасибо.
Я закрыла дверь.
В бельевой уже никого не было. Мерет оставила на столе тетрадь с перечнем заказов и карандаш, обгрызенный с одного конца. Я вытащила из кармана записку и разгладила ее на ладони.
Лиор ждал меня после шести.
Сегодня я не пойду. Это можно было написать сразу, не думая, не выбирая выражений. У меня был вечер с Эрданом, и я хотела провести его с ним.