Страница 22 из 61
— Я солгала.
— Я знаю, что ты солгала.
Он сказал это резко, и я вздрогнула. Эрдан отвернулся. Несколько секунд мы оба молчали.
— Я пытаюсь понять, сколько еще таких ответов мне придется услышать, — сказал он уже тише. — Я спрашиваю об одном, ты даешь мне кусок, с которым, по-твоему, я справлюсь. Потом оказывается, что надо спрашивать дальше.
— Больше не будет.
Он усмехнулся, не поднимая головы.
Я почувствовала, как загорелось лицо.
— Не потому, что я обещаю, — добавила я. — Я сейчас все скажу. Что скрыла. А потом ты спросишь, если я чего-то не объясню.
— Говори.
Я провела ладонями по юбке. Мне не нужно было придумывать, с чего начать: я помнила все. Шесть недель назад, во дворе, образцы ткани в знакомой сумке, голос Лиора, от которого я обрадовалась сильнее, чем хотела показать. Наши разговоры. Как легко было рассказывать ему о неприятном и умалчивать о том, что удерживало меня здесь.
— После его возвращения мы стали видеться, — сказала я. — Сначала по заказам, потом просто так. Я рассказывала ему о тебе. О том, что здесь меня знают как служанку. Что я не понимаю, собираешься ли ты когда-нибудь признать наши отношения перед другими. Только я говорила это так, будто мы с тобой уже чужие.
Эрдан слушал, не перебивая.
— Я не сказала ему, что сама каждый вечер хочу к тебе. Что оставляю вещи в твоей комнате. Что мы говорили о верности, и я согласилась. Ему я объясняла, почему мне плохо. С тобой молчала, потому что боялась услышать, что ты ничего менять не хочешь.
— Он знал о нашей договоренности?
— Самих слов не знал. Я не рассказывала. Но знал, что ты считаешь меня своей женщиной и не знаешь про него. Он не думал, что у нас все разрешено.
Эрдан потер ладонью лоб.
— Продолжай.
— В первое воскресенье я пришла к нему. Мы были одни. Я могла уйти. Он меня не удерживал, я сама осталась. Потом решила, что больше не пойду. Даже придумала, как буду избегать его, когда привезет ткань.
Я замолчала, чтобы перевести дыхание.
— Но продолжала разговаривать с ним. И пошла снова. В ту ночь, когда сказала тебе, что помогала знакомой. Я вернулась и ела с тобой за одним столом. Ты спрашивал, как я спала.
— Я помню, о чем спрашивал.
— Да.
Я уставилась на край стола. Хотелось рассказать все быстро, одним длинным предложением, не оставляя ему времени представить ни завтрак, ни то, как я подходила и целовала его после возвращения.
— Во вторник я действительно работала у Илсы с часа до трех. Она заплатила мне. Потом я купила мыло и пошла к Лиору. Собиралась сказать, что больше не приду. Сказала, что люблю тебя. А потом поцеловала его и осталась.
Эрдан медленно поднял лицо.
— Ты сказала ему, что любишь меня?
— Да.
— И осталась с ним.
— Да.
Он отвернулся к окну. Я видела, как напряглась его челюсть, и замолчала.
— Дальше, — сказал он.
— Когда уходила, обещала до пятницы поговорить с тобой. Он уточнил, об уходе ли. Я ответила, что да. Попросила не приходить за мной и обещала сама написать. Тебе сказала, что задержалась в мастерской.
Я вспомнила его руку у лампы, перчатку, которую выворачивала, чтобы добраться до шва. Он сидел рядом и рассказывал мне, как прошел день. Я была рада, что могу ему помочь.
— На следующий день я попросила у него еще время, — продолжила я. — Написала, чтобы не приходил. Добавила, что не отказываюсь от своих слов. Он ответил, что ждет меня в пятницу, а если я опять отложу, придет сам. Это письмо Мерет отдала мне при тебе. Оно не было про ткань на платье.
— Это я уже понял.
— В пятницу я снова написала. Попросила подождать до понедельника и пообещала сегодня сообщить время. Не сказала, что останусь с тобой. Я сначала написала именно это, но разорвала лист и взяла другой.
Эрдан опустил глаза. Я не знала, зачем говорила ему о разорванном письме. Наверное, все еще надеялась, что он заметит хотя бы мое намерение.
— Я не отправила его, — сказала я. — Поэтому это ничего не меняет.
Он не ответил.
— Сегодня я тоже не написала. Только его имя. Лист остался у меня на столе. Я не просила его приходить сюда, но знала, что он может прийти. Он предупреждал.
Я остановилась. В комнате стало слышно мое дыхание, и я попробовала дышать тише.
— Все? — спросил Эрдан.
Мне захотелось кивнуть. Три раза. Два вторника и воскресенье. Письма. Обещание уйти. Все, о чем он спрашивал.
Но я знала, что пропустила.
— Не все.
Он повернулся ко мне.
Я смотрела ему в лицо. Хотела отвести взгляд и не отвела.
— Я говорила Лиору, что не могу сразу уйти, потому что ты ко мне привязался. Что тебе нужна моя помощь. Из-за слепоты.
Эрдан не пошевелился.
— Что именно ты ему сказала?
— Что тебе трудно без меня. Что я не могу просто собрать вещи и оставить тебя.
— Ты так думаешь?
— Нет.
— Но ему этого было достаточно.
— Да. Какое-то время. Потом он стал спрашивать, сколько мне еще нужно, чтобы уйти. Я опять просила подождать.
Эрдан встал.
Я тоже начала подниматься, но он поднял ладонь.
— Сиди.
Он подошел к окну. Не искал опоры, не задевал мебель. Остановился у подоконника, положил на него руки. Я смотрела на его спину и жалела, что он не велел мне замолчать до этих слов.
— Мне не нужно было объяснять ему, как ты живешь, — сказала я. — Я использовала это, чтобы не отвечать, почему остаюсь.
— Я понял, Нэрис.
Он произнес мое имя так, что я больше ничего не добавила.
Я сидела, не зная, куда деть руки. Сцепила пальцы, потом разжала. На ладони остались следы от ногтей.
Эрдан заговорил, все еще стоя ко мне спиной:
— Мне трудно без зрения. Иногда я злюсь так, что лучше ко мне не подходить. Ты это видела. Но я не просил тебя оставаться со мной из-за этого.
— Ты не просил.
— И не думал, что именно поэтому ты остаешься.
— Я не поэтому.
Он повернул голову.
— А почему?
— Потому что люблю тебя.
Я сказала это тихо. Он не перебил, и я продолжила, все еще надеясь найти слова, которые не прозвучат так же, как вчера:
— Мне хотелось домой к тебе. Даже когда я была у него. Я думала о том, что ты скажешь за ужином, какую книгу мы будем читать. Не заставляла себя приходить в твою комнату. Не ждала, когда можно будет уйти. Мне было хорошо с тобой, Эрдан.
— И ты приходила.
— Да.
— А я был рад, что пришла.
У меня задрожали губы. Я прижала их друг к другу, чтобы он не услышал, как я сейчас заплачу.