Страница 45 из 115
А в самом деле, почему? До этого момента она не задавалась таким вопросом. Она долго гуляла с Генри в прошлом, наблюдала за другими волками, слышала рассказы о них от матери, отца, даже от знакомых. Вот только никто не говорил про странные лекарства, на которых оборотни должны были сидеть. Никто, ни один человек.
— Пьют, только не все и не на виду, — уклончиво ответил Бета, хотя ему явно не понравился этот вопрос. Внезапное раздражение буквально просвечивалось сквозь кожу. — Пьют только те, кто наиболее озадачен своим самоконтролем. Те, кому плевать, могут и не пить.
— Понятно… — Девушка поёжилась и отвела лицо в сторону. На самом деле… вполне логичное, ожидаемое объяснение.
Вот только после лжи про внешность монстра, после новости про выжившего в лесу соседа… ни одно объяснение не казалось на сто процентов правдоподобным. Нолан мог сказать… что угодно, если это хорошо звучало в качестве объяснения и положительно сказывалось на его репутации. Что угодно — он не смутится и не покраснеет, даже если это чистая ложь.
Почему-то от понимания этого факта по спине пополз мерзкий холод.
— С другой стороны… — Муж вновь растянулся в улыбке, правда, на этот раз она была какой-то странной. Слегка лукавой, слегка пугающей. — Можешь радоваться тому, что я их пью. Я не причиню тебе или кому бы то ни было… никакого вреда. Обещаю. — Кайзер медленно подошёл и чуть навис над её головой.
Сердце подскочило к горлу. Когда он пил эти таблетки, он менялся. Практически сразу. Видно, в момент, когда действующее вещество попадало в кровь. Становился милым, ласковым, игривым — градус агрессии снижался, а градус дружелюбия возрастал.
Прямо как после приёма запрещённых веществ.
— Чем займёмся в первый день нашего брака? — Нолан едва ощутимым движением погладил жену по голове. — Хочешь — устроим пикник. Хочешь — съездим на озеро. Или проведём день дома и будем делать то, что делали ночью. Что скажешь? Что тебе хочется? Как тебе больше нравится?
Марлен со вздохом поёжилась. Она сама не знала, как нравится ей, — она знала лишь, что с этого дня должна стать самой несносной, самой ужасной женой на всей земле, пока у Жаклин не лопнуло терпение и она в припадке убийственной ярости не загрызла её сестру.
— Почему ты всё время смотришь на лес? — вдруг спросила девушка, в попытке немного снять напряжение и перевести разговор в другое русло. — Как ни посмотрю — всё время на лес. Что в нём интересного?
— Забавный вопрос, — Нолан вскинул брови. На минуту задумался, но всё же ответил: — Душа. В нём есть душа. Своеобразная, но она есть. Если присмотреться, её можно увидеть. — Взгляд становился пустым. — Он живой. Или «оно»… даже не знаю, как в такой ситуации адекватнее сказать.
— Странное у тебя восприятие, — Марлен мрачно улыбнулась. — Но… оно мне близко. Ты… ты предложил чай — я буду. Сделай мне, пожалуйста.
Мужчина с улыбкой кивнул.
В горле разбухал ком, от нервов влажнели руки. В ближайшее время предстояло сидеть на трёх стульях: рассказывать стае, какой Нолан сильный и как хорошо себя контролирует, в этот момент одновременно враждовать с ним, и между делом отмывать его репутацию среди деревенских, чтобы Жаклин ничего не заподозрила и не взорвалась раньше времени.
Уголки губ вздрогнули. Самая ужасная жена, акт первый.