Страница 17 из 111
— Кстати, тебе от нас сувенир, — генерал Гефт протягивает мне большую шахматную коробку. Открываю: по её краям уложены магические титановые шарики, но вижу, что они «пустые», магии в них нет. Здесь же набор шахмат, шашек, кубики, игральные карты.
Николай Артурович поясняет: — В ходе боевых действий шарики неизбежно попадут на Запад и могут вызвать интерес. А чтобы этот интерес возник как можно позже, Артур и придумал «легенду прикрытия»: типа, они используются в настольных играх; специально коробку сделали чуть побольше, чтобы шарики умещались в выемках и их можно было применять в восточной игре «шеш-беш» **. И видя такие наборы, западники будут думать, что дикие русские пользуются ими в своих варварских играх. Бери, бери. Ты-то не перепутаешь «пустые» и заряженные магией. Для других специальная пометка стоит. И ещё одна проблема есть у нас — на запад сбежал Борисов, что пытался тебя прессовать на имперском триатлоне. Ну, когда в гостинице в твой номер он с полицейским спецназом ворвался. Про шарики и мины он знает, на нём был обруч. Не ясно, что из него смогут выкачать в плане секретов и не пристрелили ли его при переходе границы, но в такой ситуации всегда надо предполагать худший вариант и те же «ложные шарики» мы теперь раздаём в этих наборах в обычные части — пусть поляки и финны их собирают и пытаются как-то изучить.
— И ещё один подарок, который я не подарю, а только дам подержать в руках и посмотреть, а твоей собственностью он станет со временем, — Николай Артурович достаёт из автомобиля чёрную папку с двумя пломбами, снимает их, открывает папку и достаёт книгу.
На верху обложки инициалы нескольких авторов в одну строчку, и первыми — ААП. Перевожу взгляд ниже и читаю предупреждение, набранное курсивом: «Совершенно секретно». Ниже название: «Магические устройства и основы их боевого применения».
Перевожу взгляд на генерала Гефта, он кивает: — В этом году с первого сентября начинаем преподавать новый предмет. Шарики в войсках понравились, наработки получаются интересные, государь одобрил начало обучения с шариками, гранатами и минами. Из того, что было, сваяли учебник, всякие там методические рекомендации ещё в работе.
Возвращаемся в поместье, за чаем-кофе Маргарита Валентиновна и Надежда Романова-Гефт угощают нас яблочным пирогом и рассказывают о том, как создают уют в строящемся дворце.
Перед отъездом семья Гефтов настаивает: — В следующий раз приезжай обязательно в военной форме.
Москва. Спортивно-развлекательный комплекс «Галактика».
Сидим в кабинете ресторана с моим однокурсником по Дипакадемии — Яшей Куракиным. Он позвонил и сообщил, что тема важная и касается финансов, а такие разговоры вести по телефону не принято — только с глазу на глаз и без свидетелей. Покормив в приюте детей ужином, и сам при этом полакомившись запечённой рыбой, направился в ресторан, благо, ехать до него от приюта — меньше десяти минут. Вскоре и Яша подъехал; встаю из-за стола, иду ему навстречу, приветствую с лёгким поклоном. Он машет рукой и обнимает меня: — Ну ты заматерел! А загорел как — ты же в севастопольской морской пехоте был? По твоему загару видно! Потише, потише, морпех, полегче сжимай, рёбра поломаешь.
Уговорив салаты и горячее, переходим к десертам и Яков кивает: — О деле. Ты же, наверняка, помнишь танцевально-магический коллектив «Генезис». Несколько раз они нас радовали — уникальные техники у них. Но содержание труппы, а она у «Генезиса» более трёхсот человек, обходится дорого. Плюс разные накладные расходы. Оказывается, они постоянно на грани банкротства балансируют — заказы в течение года распределены неравномерно, представления больше в конце декабря и на новогодних праздниках, плюс февраль-март. В остальное время не очень. В этом году на выпускных «Генезису» почти ничего не удалось заработать: у их главных заказчиков — курсантов, выпуски прошли в начале мая в ускоренном режиме, и руководство «Генезиса» быстрее обычного зимние запасы денег исчерпало и в июне столкнулось с финансовыми проблемами. Так как директор и худрук «Генезиса» меня хорошо знают, обратились за помощью. В июне и июле я сам помог и ребят подтянул: кто-то просто деньгами вложился, кто-то в кредит дал без процентов. Сейчас им нужно зарплату за июль платить, а мои друзья почти все в отпуска разъехались, а по телефону такие темы обсуждать, сам знаешь… Если сможешь помочь, они обещают отработать.
Согласно киваю: — Сколько им нужно, чтобы зарплату закрыть?
Куракин называет. Я киваю: — Терпимо; сейчас я тебе перекину, а ты им переведи.
Открываю свои счета, бросаю деньги Куракину и два почти одновременных писка сообщают о списании у меня и о получении у Якова.
— Спасибо, Андрей. Минутку, сразу деньги управляющему перенаправлю. Реально не хочется, чтобы коллектив распался. На помолвке Надежды Романовой и Артура Гефта «Генезис» шикарный «Вальс цветов» показали: танцовщиц реально сопровождали кружащиеся цветы, а балерины парили в воздухе. Видел же, наверное?
Я отрицательно кручу головой: — У меня в это время полевой выход был, а потом закрутился настолько, что не до «Вальса цветов» стало.
— Сейчас покажу, — Яков перехватывает трансляцию на «плазме», манипулирует со своим смартфоном и запускает картинку.
Реально красота! С восторгом смотрю и думаю: каково это в магическом зрении, когда сотни, если не тысячи нитей формируют, удерживают цветы и сопровождают их полёт, обеспечивают «зависание» подсвечников, создают воздушные щиты под ногами танцоров?
С Яковом проговорили ещё почти час — он рассказывал о студенческой жизни и московских новостях, а я немного поведал о своей службе в морской пехоте — несколько забавных случаев, рассказанных мной, очень повеселили Якова.
Москва. Жилой комплекс «Галактика». Дом Андрея Первозванова.
Под свист падающих мин, хлопки выстрелов и разрывы снарядов я бегу по траншее: только что я подбил польский танк и меня потряхивает от нервного возбуждения; в моей руке взведённая магнитная граната и я спешу на помощь Композитору — ещё один танк должен «успокоить» он. Пробегаю мимо двоих раненых матросов, которые из «Калашей» ведут бой и с улыбкой машут мне головами, почти не отводя взгляд от склона, по которому нас атакуют. Через просветы в бетонных плитах, перекрывающих траншею, смотрю вперёд и вверх, и выскочив к очередному повороту вижу, что Композитору моя помощь не нужна — польский танк застыл с вывернутым в небо стволом и смачно дымит.