Хроники Менталиста 4

Не сам. Его остановили. Невидимая сила схватила его за куртку, подняла в воздух на добрый метр и рывком потащила обратно. Ублюдок орал, дёргался, пытался вырваться, но против телекинеза у обычного человека не было шансов.

Вихрь притянул его обратно к заставе и бросил на землю у ног полковника. Петров попытался подняться, но Вихрь сделал короткое движение рукой, и невидимая сила вдавила полковника в снег, не давая пошевелиться.

— Хорошая работа, — одобрительно кивнул полкан, глядя на Вихря.

А потом посмотрел на распластанного Петрова и покачал головой.

— Знаешь, Петров, если бы ты остался на месте, у тебя ещё был бы шанс доказать невиновность. Но побег… — он присел на корточки, вглядываясь в лицо майора. — Побег говорит сам за себя.

Петрова подняли, скрутили руки за спиной, надели наручники. Он больше не сопротивлялся. Просто стоял с каменным лицом, глядя в никуда.

Полковник выпрямился, отряхнул форму и повернулся к нам.

— Кстати, об этом гражданине, — он кивнул на уводимого Петрова. — Его уже несколько месяцев разрабатывали. Есть подозрения, что он передавал информацию Новгородской Империи. Ничего конкретного пока не было, но… — он холодно усмехнулся, — думаю, теперь будет.

Голышев молча кивнул. Потом сделал шаг вперёд, и его голос стал серьёзным:

— Серёга, мне нужно кое-кого тебе представить.

Полковник повернулся к нему, и я увидел любопытство в его глазах.

— Представить?

— Да, — Голышев посмотрел на меня. — Иди сюда, Матвей.

Я замер.

Матвей.

Он назвал меня Матвеем. Моим настоящим именем. Тем самым именем, которое мне дали при рождении. Тем именем, которое связывало меня с родом Белозёрских.

Внутри что-то сжалось. Я не понимал этого нового чувства. Это страх? Облегчение? Не могу понять…

Я сделал шаг вперёд, потом ещё один. Подошёл к Голышеву, остановился рядом. Чувствовал, как десятки глаз уставились на меня, изучают, оценивают.

— Серёга, — Голышев положил руку мне на плечо. — Позволь представить тебе Матвея Белозёрского. Единственного выжившего наследника рода.

Тишина.

Абсолютная, мёртвая тишина, в которой было слышно только завывание ветра и далёкий гул из города.

Полковник смотрел на меня. Просто смотрел, не моргая, словно пытался убедиться, что правильно расслышал. Его лицо ничего не выражало — ни удивления, ни радости, ни недоверия. Просто пустое, застывшее лицо человека, чей мозг отказывается обрабатывать информацию.

Потом он моргнул. Один раз. Два.

— Белозёрский? — переспросил он тихо. — Ты не шутишь?

— Не шучу, — подтвердил Голышев.

Полкан продолжал смотреть на меня, и я видел, как в его глазах проносятся мысли. Сомнение. Недоверие. Попытка сопоставить грязного, избитого подростка в порванной одежде с образом наследника великого рода.

— У тебя есть доказательства? — спросил он наконец, обращаясь к Голышеву.

— Амулет, — я сам ответил, доставая из-под футболки тонкую цепочку. — Родовой амулет Белозёрских. Работает только на нашу кровь.

Полковник шагнул ближе и прищурился. Изучал амулет — простой, без лишних украшений, но древний. Старше любого из нас. Старше, может, самого княжества.

— Активируй его, — шёпотом произнес он.

Я сосредоточился, нащупывая эфир внутри себя. Он откликнулся легко, потёк по венам к амулету. И тот вспыхнул.

Не ярко. Не как в книгах, где магические артефакты светятся как прожектора. Просто тихое, ровное золотистое свечение, пульсирующее в такт моему сердцебиению. Свет падал на снег у моих ног, окрашивая белизну в тёплые тона.

Полковник застыл, глядя на амулет. Потом медленно поднял взгляд на моё лицо.

И вдруг опустился на одно колено.

Просто так. Без предупреждения. Без слов. Один момент он стоял, а в следующий — уже преклонял колено перед грязным подростком, которого несколько минут назад чуть не расстреляли его же люди.

— Матвей Белозёрский, — произнёс он чётко, и голос разнёсся по заставе. — Последний из рода. Законный наследник. Честь служить вам.

Я стоял, ошарашенный, не понимая, что делать.

А вокруг начали опускаться на колени остальные.

Один за другим. Солдаты, которые только что целились в меня из винтовок. Сержант, который надевал на меня блокатор. Часовые на вышках. Все.

Даже те, кто находился на расстоянии, видя происходящее, замирали и опускались на колено.

Я стоял в центре этого круга коленопреклонённых людей и не знал, что чувствовать.

Это было… неправильно. Странно. Я не был готов к этому. Никогда не был готов.

Все эти годы я был никем. Уличной крысой. Попрошайкой. Вором. Беглецом. Бойцом на подпольных рингах. Я выживал, дрался, убивал. Но никогда, ни разу меня не называли по имени. По настоящему имени.

Матвей Белозёрский.

Кристи стояла рядом, держась за мою руку. Её пальцы сжимали мои так крепко, что было немного больно. Но я не возражал. Мне нужна была эта боль, чтобы убедиться, что всё происходящее реальность, а не сон.

Вихрь стоял чуть поодаль, и на его лице было выражение… полнейшего шока. Но он тоже склонил голову. Не опустился на колено, нет, но склонил голову в знак признания.

Семья Вихря смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Они не понимали, что происходит. Для них я был просто Максом, парнем, который помог их вытащить. А теперь оказалось, что этот Макс оказался наследником великого рода, перед которым преклоняют колени солдаты.

— Встаньте, — прохрипел я наконец, и голос вышел хриплым, чужим. — Прошу вас. Встаньте.

Полковник поднял голову и встретился со мной взглядом. В его глазах был вопрос.

— Встаньте, — повторил я твёрже. — Все. Это… это неправильно.

Медленно, один за другим, они начали подниматься. Отряхивая снег с колен, поправляя форму. Но взгляды оставались прикованными ко мне.

Полкан поднялся последним, выпрямился, застегнул куртку.

— Ваше желание, — сказал он просто.

Потом повернулся к часовым на вышке и крикнул:

— Открыть ворота! Подать транспорт! Наши гости направляются в резиденцию князя!

Механизмы заскрежетали, ворота начали открываться. Я смотрел в тёмный проём, за которым виднелись улицы города, огни, жизнь.

Ростовское княжество.

Мы добрались. Наконец-то добрались.

Но почему-то внутри не было облегчения. Только тяжесть. И предчувствие, что самое сложное только начинается.