Страница 54 из 947
Время тянулось. Тело болело – каждая мышца, каждый сустав. Но постепенно я начала понимать. Чувствовать ритм его движений. Находить баланс между защитой и атакой. Предугадывать. И он заметил.
– Лучше. – Он опустил палку после очередной серии, вытер лоб тыльной стороной ладони. – Намного лучше. Большинство смертных сдаются после первых десяти минут. Плачут. Просят остановить.
В его голосе прозвучало уважение – неожиданное, но настоящее.
Он подошёл ближе, остановился рядом. Протянул руку, коснулся моего плеча – того места, где уже наливался синяк от удара. Прикосновение было лёгким, почти осторожным.
– Жаль, что ты потеряла рюкзак в Мёртвом Логе. – Голос стал тише, почти… сочувственным? – Там была вся еда. Вся защита. Соль, железо, припасы. Всё, что могло помочь выжить.
Я удивлённо моргнула. Это был первый раз, когда он заговорил со мной… по-человечески. Без холодной надменности. Без насмешек. Просто констатировал факт, и в голосе слышалось сожаление.
– Без припасов выживать в наших землях намного сложнее. – Он убрал руку. – Особенно голодной. Ослабленной.
Встретился со мной взглядом. В зимних глазах мелькнуло что-то тёплое – или мне показалось?
– Но ты держишься. – Усмешка, но без издёвки. – Упрямая до невозможности.
Пауза. Он отбросил свою палку в сторону – та с лязгом покатилась по полу.
– Ещё один раунд. Но теперь без оружия.
Жестом велел мне сделать то же самое. Я бросила палку – руки дрожали от усталости.
– Рукопашный бой. – Он принял другую стойку – руки перед собой, ладони открыты, пальцы слегка согнуты. – Что делать, если нет ничего. Ни палки, ни камня. Только ты.
Показал движение – быстрое, резкое, ладонь снизу вверх.
– Удар ладонью в нос. – Продемонстрировал в воздухе. – Сломает кость, хлынет кровь, ослепит болью и слезами. Противник на несколько секунд выведен из строя.
Потом другое движение.
– Локоть в горло. – Короткий, жёсткий удар. – Перекроет дыхание. Фейри или человек – без разницы. Все дышат.
Ещё одно.
– Пальцы в глаза. – Он показал, как согнуть пальцы крючком. – Царапай. Дави. Без жалости. Глаза – самое уязвимое место у любого существа.
Он посмотрел на меня серьёзно, подошёл на расстояние вытянутой руки.
– И главное. – Голос стал жёстче. – Если схватили. Если держат крепко, не дают вырваться…
Пауза.
– Используй всё. Кусай. Царапай лицо. Бей головой назад, в нос. Бей коленом в пах. Топчи ногой по подъёму стопы – там тоже больно. Не останавливайся, пока не вырвешься.
Шаг ближе. Я чувствовала холод, исходящий от него – не неприятный, просто ощутимый, как стоять рядом с открытым окном зимой.
– В борьбе за жизнь нет грязных приёмов. – Зимние глаза смотрели прямо в мои. – Есть только живые и мёртвые. Ты хочешь быть живой – дерись, как зверь. Без правил. Без чести.
Пауза.
Он протянул руки, ладони вверх.
– Попробуй вырваться. Я держу, ты освобождаешься.
Я подошла ближе. Он схватил меня за запястья – крепко, но без боли. Пальцы обхватили, как наручники.
– Вырывайся.
Я дёрнулась. Хватка не ослабла. Ещё раз, с силой. Ничего.
– Думай. – Голос спокойный, учительский. – Где я уязвим? Ты близко. Что можешь сделать?
Я посмотрела на него – высокий, широкоплечий, явно сильнее меня в разы. Но близко. Очень близко. Колено… пах уязвим.
Я резко подняла колено, целясь. Он увернулся – легко, почти не напрягаясь, но запястья отпустил.
– Хорошо! – Одобрение в голосе. – Видишь? Даже угроза уязвимому месту заставляет противника отступить, ослабить хватку. Используй это.
Он снова схватил меня – на этот раз за плечи – и прижал к себе, обнимая сзади. Руки заблокированы вдоль тела, спина прижата к его груди.
– А если так? – Голос у самого уха, низкий, вибрирующий. – Сзади или спереди, но крепко. Руки заблокированы.
Я была прижата к его телу. Чувствовала не тепло, а холод – но живой, пульсирующий. В нос ударил запах – хвоя, зима, что-то металлическое и острое, но под этим пластом… что-то другое. Мускус. Кожа. Пот от тренировки. Чисто мужское, первобытное.
Сердце забилось быстрее. Не от страха. От чего-то другого, чего я не хотела признавать.
– Что делать? – Дыхание обожгло ухо – холодное, но от этого прикосновения мурашки пробежали по шее.
Я попыталась сосредоточиться, но мысли путались. Близость. Его руки на мне. Сила. Запах.
– Я… – Голос дрогнул.
– Головой. – Тихо подсказал. – Ударь головой назад. В лицо. Нос, скула, подбородок. Сломаешь нос, ослепишь болью. Отпустит.
Я попыталась. Резко запрокинула голову назад. Попала ему в подбородок. Не сильно, но ощутимо. Он отпустил, отступил.
– Верно. – Потёр подбородок, усмехнулся. – Болезненно. Но эффективно.
Мы стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Что-то изменилось. В воздухе между нами. Напряжение. Не враждебное. Другое. Электричество. Химия. Притяжение, которого не должно быть, но оно есть.
Он шагнул ближе. Медленно. Я не отступила.
– Есть ещё один вариант. – Голос стал ниже, опаснее.
Он двинулся быстро – подсечка сбила меня с ног, толчок в плечо. Я упала на спину, воздух выбило из лёгких. Он последовал – навис надо мной, руки по обе стороны от моей головы, колено между моих ног. Придавил весом – не полностью, но достаточно, чтобы обездвижить.
– Что теперь? – Прошептал, глядя сверху вниз.
Его лицо в дюйме от моего. Серебряные пряди, выпавшие из хвоста, упали вперёд, обрамляя острые скулы, затеняя глаза. Зимние глаза, но сейчас в них плескалось что-то жаркое, тёмное. Дыхание – холодное, но я чувствовала его на губах, на подбородке.
Сердце колотилось так сильно, что грудь болела. Кровь пульсировала в висках, в запястьях. Кожа покрылась мурашками – не от холода. От чего-то совсем другого. От притяжения. Физического, животного, неконтролируемого. Опасного.
– Я… не знаю… – Голос прозвучал слабее, чем хотелось.
– Бей. – Голос прозвучал хрипло, ниже обычного. – В пах, в горло, царапай лицо. Всё, что можешь.