Страница 367 из 947
Я задохнулась, вцепившись в руку Алистора – единственную твёрдую вещь в этом хаосе.
Магия.
Она обрушилась на меня волной – горячая, живая, пульсирующая. Не как магия Оберона, которая была огнём и яростью. Это было что‑то другое – солнечный свет и хаос, осенний ветер и золото листвы, смех и безумие, сплетённые воедино.
Алистор.
Его магия была им – непредсказуемой, дикой, опьяняющей.
И потом – так же внезапно, как началось – всё закончилось.
Твёрдая земля под ногами. Прохладный воздух на лице. Запах…
Я открыла глаза и замерла.
***
Мы стояли на вершине холма.
Высоко. Так высоко, что мир распахивался подо мной во всех направлениях – бесконечный, захватывающий дух, невероятный.
Леса.
Целое море лесов, раскинувшихся до самого горизонта.
Но не одного цвета – нет. Это был калейдоскоп осени. Золотые рощи сменялись багряными зарослями, оранжевые кроны переходили в тёмно‑красные, а между ними вспыхивали последние островки зелени. Словно кто‑то взял все краски осени и расплескал их по земле гигантской кистью.
Солнце висело низко над горизонтом, окрашивая небо в оттенки розового, оранжевого и золотого. Лучи пробивались сквозь облака, превращая воздух в жидкое золото.
Ветер трепал мои волосы, принося запахи дыма, спелых яблок, опавшей листвы и чего‑то сладкого – мёда, корицы, осенних ягод.
Я не могла дышать.
Не от телепортации. От красоты.
– Граница между Двором Света и Осенним Двором, – сказал Алистор тихо, остановившись рядом со мной. – Самая высокая точка в этой части Подгорья.
Он кивнул на леса внизу.
– Всё, что ты видишь слева – владения Короля Осени. Самые древние леса Подгорья, старше любого из живущих фейри. Там магия густая, как мёд, и опасная, как яд.
Его взгляд переместился вправо.
– А справа – мои земли. Двор Света. Молодой, дикий, хаотичный, но свободный.
Я медленно обернулась, пытаясь охватить взглядом всё сразу. Леса, горы вдалеке, реку, серебряной лентой вьющуюся между деревьями. И над всем этим – небо, полыхающее рассветом.
Что‑то сжалось в груди.
Не метка. Не связь с Обероном, пульсирующая где‑то на краю сознания.
Что‑то другое.
Теплое, жгучее, всепоглощающее, почти болезненное. Оно вспыхнуло где‑то под рёбрами и разлилось по всему телу горячей волной, заставившей меня задохнуться.
Это…
Вот оно…
То самое чувство, что преследовало меня с момента пересечения границы между мирами. Когда каждая клетка кричала прыгай, беги, это дом – хотя я никогда здесь не была.
Но здесь, на вершине этого холма, с миром, раскинувшимся у моих ног, оно было в сто раз сильнее.
Словно что‑то внутри меня узнавало это место.
Словно я принадлежала ему.
– Кейт.
Голос Алистора прорезался мягкий и осторожный.
Я моргнула, осознав, что по моим щекам текут слёзы.
– Я… – Голос сорвался. Я провела рукой по лицу, смазывая влагу. – Извини. Это просто…
– Красиво? – подсказал он тихо.
Я покачала головой.
И тут всё рухнуло.
Всё, что я держала внутри с того момента, как Сиэлла появилась на завтраке. Всё, что я давила, запирала, прятала за язвительными шутками и ледяным спокойствием.
Это прорвалось наружу – обжигающей волной, разрушительной и невыносимой.
Я не могла дышать. Грудь сжалась в тисках. Ноги подкосились. Слёзы хлынули потоком – горячие, неостановимые.
– Кейт…
Алистор шагнул ко мне, но я подняла руку, останавливая его.
– Не надо, – выдавила я сквозь слёзы. – Я просто… мне нужно…
Но я не знала, что мне нужно.
Я не знала, как остановить эту боль, разрывающую меня изнутри.
Оберон.
Его имя эхом прокатилось в голове, и новая волна слёз накрыла меня с головой.
Я видела его. В больнице. Раненого, смертного, высокомерного. Того, кто смотрел на меня, как будто я была единственной реальной вещью в его мире.
Я видела Квартал Теней – пространство между мирами, где магия пульсировала в воздухе. Как он держал меня за руку, проводя через толпу фейри. Как его пальцы сжимались крепче, когда кто‑то смотрел на меня слишком долго. Как он шёл рядом, словно щит между мной и этим миром.
Я видела доки. Старый склад, запах моря и ржавчины. Как он прижал меня к стене после встречи с Маркусом, его глаза горели ревностью и яростью. "Он смотрел на тебя", – прорычал он. И поцеловал меня так, будто хотел стереть любой след чужого взгляда. Его руки на моей талии, его дыхание на моей коже, его тело, прижимающее меня к холодному кирпичу. Страсть, которая сжигала всё вокруг.
Я видела портал в Подгорье. Как мы провалились сквозь магию, и мир изменился. Как Оберон замер, глядя на летний лес, и на его лице отразился шок. Потом – счастье. Чистое, неподдельное счастье. Он был дома. Впервые после изгнания. И он взял мою руку, сплёл наши пальцы, словно говоря: ты здесь со мной, ты часть этого.
Я видела площадь в Элтариане. Грубые руки, толкающие меня на помост. Голоса, торгующиеся за меня, как за товар. Страх, холодный и парализующий. И его лицо в толпе – искажённое яростью и бессилием. Он не мог ничего сделать. Не мог спасти меня. Потому что он был никем. Бывшим королём в смертном теле.
Я видела Алистора, выкупившего нас. Золото, брошенное небрежно. И облегчение в глазах Оберона – такое глубокое, что оно причиняло боль.
Я видела вчерашний вечер. Как он ворвался в мои покои между заседаниями совета. Десять минут. Только десять чёртовых минут. Он прижал меня к двери, его лоб касался моего, его дыхание было неровным. "Я скучал", – прошептал он. "Каждую секунду на этом проклятом совете я скучал по тебе". И поцеловал меня – отчаянно, голодно, словно эти десять минут были всем, что у нас осталось.
Я видела метку на моём запястье – его претензию, его связь, его обещание.
А потом…
Потом я видела её.
Сиэллу.
На завтраке. С округлившимся животом. С триумфом в глазах.
"Я несу наследника Летнего Двора. Я ждала Оберона, чтобы сообщить ему эту новость".
Слова, которые вонзились в меня, как ножи.
Я видела его лицо – шок, отрицание, ярость. Он не знал. Он не помнил.
Но это не имело значения.
Потому что она была беременна от него. Его ребёнок рос в её утробе.
А кто я на фоне этого?
Хакер из трущоб Белфаста. Смертная девчонка, которая позволила себе поверить в сказку.
Я была никем.
Метка на запястье пульсировала, напоминая мне о связи, которая больше ничего не значила.
– Кейт.