Страница 328 из 947
Я обернулась, встретилась взглядом с Обероном.
Хотела что‑то сказать – мол, всё будет нормально, мы справимся, придумаем что‑то – но один из бандитов дёрнул меня за руку.
– Тихо, – рявкнул он. – Ни слова.
Оберон смотрел на меня – долго, тяжело. В его глазах читалось всё: ярость, бессилие, отчаяние.
И я поняла, что он думает то же самое.
Мы не знали, как выбраться отсюда.
Дверь распахнулась. Уличный шум хлынул внутрь – крики торговцев, смех, топот копыт. Запах жареного мяса и специй смешался с холодным каменным воздухом здания гильдии.
Нас вытолкнули наружу.
Солнце всё ещё висело высоко – вечное лето, вечный день. Свет резанул по глазам. Я зажмурилась, моргнула, пытаясь привыкнуть.
Мы свернули за угол.
И я увидела площадь.
***
Главная площадь Элтариана была огромной.
Круглая, вымощенная белым камнем, который блестел в лучах солнца как полированное серебро. В центре возвышался фонтан – массивный, трёхъярусный, из которого била вода цвета жидкого золота. Она переливалась, искрилась, падала каскадами, создавая радуги в воздухе. Запах был сладким – мёд, ваниль, что‑то цветочное. От него слегка кружилась голова.
Вокруг фонтана стояли статуи. Фейри в доспехах, с мечами и копьями, застывшие в героических позах. Лица были гордыми, прекрасными, высеченными из белого мрамора.
По периметру площади тянулись здания – дворцы, особняки, магазины с витражными окнами. Балконы были забиты зрителями – фейри в дорогих одеждах, с бокалами вина в руках, смеялись и переговаривались.
Но больше всего народу было внизу.
Толпа.
Сотни – может быть тысячи – фейри толпились у лотков, торговались, кричали, смеялись. Музыканты играли на углах – странные инструменты, издающие мелодии, от которых по спине бежали мурашки. Жонглёры подбрасывали горящие шары. Фокусники превращали воду в вино прямо в руках зрителей.
Воздух был густым – запахи смешивались в один плотный коктейль. Пот, духи, еда, дым, магия. Всё вместе, всё сразу. Я почувствовала как желудок сжался, тошнота подкатила к горлу.
И в стороне, у края площади – помост.
Деревянный, возвышающийся над толпой, с широкой платформой. К нему вели ступени. По углам стояли столбы с цепями.
Платформа для торгов.
Желудок сжался ещё сильнее. Инстинкт заорал: беги. Но бежать было некуда.
– Вот здесь, – сказал Нортан, останавливаясь у помоста. Он повернулся к своим людям, кивнул на меня. – Её первой. Начнём с девушки. Люди любят смотреть на женщин.
– Нет! – я дёрнулась, пытаясь вырваться. Верёвки впились в запястья – больно, оставляя ожоги на коже. – Отпусти!
Меня схватили за плечи, потащили к ступеням.
– Отпусти, ублюдок! – я извивалась, пыталась ударить ногой, но связанные руки и двое бандитов были сильнее.
Они втащили меня на помост.
И в тот же момент – что‑то вспыхнуло.
Под рукавом куртки. На запястье.
Метка.
Золотая метка Короля Лета.
Она полыхнула жаром – резким, обжигающим, как раскалённое железо прижатое к коже. Я задохнулась, дёрнулась. Воздух застрял в лёгких, сердце пропустило удар.
Но боли не было.
Только жар. И что‑то ещё.
Ярость.
Не моя.
Его.
Оберона.
Я почувствовала её через метку – волну чистой, неконтролируемой ярости, бьющей как молот по наковальне. Она обрушилась на меня, затопила, проникла в каждую клетку. Я почувствовала его беспомощность, его страх за меня, его отчаяние. Он видел как меня тащат на помост. Видел и не мог ничего сделать. Связанный. Лишённый магии. Бессильный.
И метка отзывалась на его эмоции.
Пульсировала. Жгла. Требовала.
Я сжала зубы, прижала руку к груди, пряча метку под курткой. Ткань была влажной от пота – моего собственного страха, запечатанного в волокнах.
– Стой смирно! – один из бандитов толкнул меня к центру помоста.
Я пошатнулась, но удержала равновесие. Доски под ногами были тёплыми от солнца, гладкими, истоптанными тысячами ног до этого.
Подняла голову.
Толпа уже начала поворачиваться в нашу сторону. Любопытные взгляды. Заинтересованные. Голодные.
Нортан поднялся на помост рядом со мной, развернулся к толпе и заорал.
– ЭЙ! СЛУШАЙТЕ ВСЕ! – его голос прорезал гул площади, магически усиленный. – У МЕНЯ ЕСТЬ КОЕ‑ЧТО ОСОБЕННОЕ! РЕДКОСТЬ! ДИКОВИНКА!
– СМЕРТНАЯ! – рявкнул Нортан, указывая на меня. – НАСТОЯЩАЯ СМЕРТНАЯ ЖЕНЩИНА! ПРЯМО ИЗ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО МИРА!
Гул площади начал стихать.
Десятки глаз устремились на меня.
– Человек? – кто‑то переспросил из толпы. Голос был удивлённым, недоверчивым.
– Девочка, а не полукровка? – крикнул другой голос.
– ЧИСТОКРОВНАЯ СМЕРТНАЯ! – подтвердил Нортан. – МОЛОДАЯ! ЗДОРОВАЯ! ВЗЯТА НА ГРАНИЦЕ ДЕНЬ НАЗАД!
Толпа начала стягиваться к помосту.
Сначала несколько фейри. Потом десятки. Сотни.
Они окружали платформу, глядя на меня с таким же любопытством, с каким люди смотрят на экзотических животных в зоопарке. Глаза горели – жадно, алчно. Я чувствовала их взгляды на коже – липкие, неприятные, проникающие.
– Смертная…
– Сколько лет не видел живого человека…
– Она такая… хрупкая…
– И маленькая…
– Покажи её! – крикнул кто‑то. – Ближе!
Нортан схватил меня за плечо, развернул лицом к толпе. Пальцы впились в мышцу – болезненно, жёстко.
– СМОТРИТЕ! – он усмехнулся. – Красивая, да? Огонь в глазах. Характер есть. Идеальна для… – он сделал паузу, усмехаясь шире, – личного пользования.
Несколько фейри в толпе рассмеялись. Звук был грязным, похотливым.
Я сверкнула глазами.
– Иди к чертям.
Нортан только усмехнулся шире.
– ВИДИТЕ? ТЕМПЕРАМЕНТ! – он повернулся к толпе. – НАЧИНАЕМ ТОРГИ! СТАРТОВАЯ ЦЕНА – ПЯТЬДЕСЯТ ЗОЛОТЫХ!
– СТО! – крикнул голос из толпы.
– СТО ДВАДЦАТЬ!
– СТО ПЯТЬДЕСЯТ!
Цифры росли. Быстро. Слишком быстро.
Я стояла на помосте, окружённая сотнями жадных глаз, и чувствовала как мир сужается вокруг меня. Воздух стал гуще, тяжелее. Дыхание участилось – короткие, поверхностные вдохи. Сердце колотилось в груди, кровь стучала в ушах, заглушая крики толпы.
Метка на запястье продолжала пульсировать – всё сильнее, всё жарче. Ярость Оберона била через связь волнами, одна за другой. Я чувствовала как он борется с магическими путами, как напрягается каждый мускул его тела, как сжимаются кулаки.
– ДВЕСТИ! – крикнул кто‑то.
– ДВЕСТИ ПЯТЬДЕСЯТ!