Страница 271 из 947
– Боги… Кейт… если ты продолжишь… я не смогу… не смогу контролировать…
Я посмотрела вверх, не выпуская его изо рта.
Золотые глаза горели – дикие, отчаянные, полные чего‑то первобытного. Голова запрокинута. Линия шеи напряжена. Грудь вздымается. Пальцы дрожат в моих волосах.
Король на грани.
Я усилила темп – быстрее, жёстче, добавляя всасывание, язык кружил вокруг головки каждый раз, когда отстранялась.
– Кейт… остановись… я сейчас… – его голос сорвался на предупреждение, мышцы напряглись под моими руками.
Но я не остановилась.
Его тело задрожало – каждая мышца натянулась, как струна – и в последний момент его рука схватила меня за плечо, оторвал от себя.
Резко. Жёстко.
Я ахнула от неожиданности, и он зарычал – низко, отчаянно, заставляя встать с края кровати.
Я поднялась – неустойчиво, дыхание рваное, губы влажные – и он притянул меня к себе.
Его рука обхватила мою талию – крепко, властно – прижала к его телу. Его член упирался мне в живот – горячий, твёрдый, требовательный.
– Почему… – начала я, но он заткнул меня поцелуем.
Медленным. Ленивым. Глубоким.
Его язык скользнул в мой рот – неторопливо, смакуя, исследуя каждый уголок – и я застонала, чувствуя вкус себя на его губах, смешанный с его собственным.
Это было грязно. Интимно. Невыносимо возбуждающе.
Его язык играл с моим – кружил, скользил, посасывал – пока рука в моих волосах держала меня под тем углом, который ему был нужен. Контролируя. Направляя.
Он целовал меня, как будто у нас была вечность. Как будто он не был на грани несколько секунд назад. Как будто его плоть не пульсировала между нашими телами, твёрдая и требовательная.
Когда он наконец оторвался, я задыхалась.
Его лоб прижался к моему. Дыхание смешалось – горячее, рваное.
– Я хочу кончить по‑другому, – прорычал он, и голос был низким, тёмным, обещающим. Его золотые глаза впились в мои – хищные, голодные. – Глубоко внутри тебя. Чувствуя, как ты сжимаешься вокруг меня. Слышу, как ты кричишь моё имя.
Моё дыхание сбилось. Сердце колотилось так сильно, что я была уверена – он слышал каждый удар.
– Тогда, – прошептала я, встречаясь с его взглядом, – перестань говорить и сделай это.
Его улыбка была дьявольской.
– Как скажешь, маленькая дерзость.
Он толкнул меня на кровать – не грубо, но властно – и я упала на спину с придушенным смехом.
Он навис надо мной в следующее мгновение – тяжёлый, горячий – руки по обе стороны от моей головы. Бёдра между моих. Член упирался точно туда, где я пульсировала и хотела его.
Его взгляд скользнул по моему телу – медленно, жадно, собственнически.
– Раздвинь ноги шире, – приказал он.
И я послушалась.
Его рука скользнула между нашими телами направляя себя. Прижался. Не входя. Просто дразня.
– Скажи мне ещё раз, – его голос стал ниже, серьёзнее. Золотые глаза впились в мои. – Что ты хочешь этого. Что это не Осколок.
Я подняла руку – коснулась его лица, провела пальцами по линии скулы.
– Я хочу этого, – прошептала я твёрдо, не отводя взгляда. – Хочу тебя. Не Осколок. Не магию. Тебя, Оберон.
Что‑то в его взгляде смягчилось. Потеплело. Стало почти уязвимым.
А потом он вошёл.
Одним толчком. До конца. Заполняя. Растягивая. Претендуя.
Я закричала – от шока, от удовольствия, от полноты – и мир сузился до того места, где мы соединились.
– Богиня… – прорычал он, замирая глубоко внутри, и голос дрожал от напряжения. – Ты такая узкая. Горячая. Идеальная.
Я не могла ответить. Не могла дышать. Только чувствовать.
Он заполнял меня полностью – больше, глубже, чем я ожидала. Растягивал до предела, балансируя на грани между удовольствием и болью. Приятной болью, которая заставляла что‑то внизу живота сжиматься и пульсировать.
Его лоб прижался к моему. Дыхание смешалось – рваное, горячее. Мышцы рук дрожали по обе стороны от моей головы, напряжённые от усилия оставаться неподвижным.
– Кейт… – выдохнул он, и в голосе было столько сдерживаемого желания, что я почувствовала, как внутри стало ещё влажнее. – Скажи мне, когда… когда будешь готова.
Я обхватила его руками – одна легла на широкую спину, чувствуя напряжённые мышцы под ладонью, вторая зарылась в волосы на его затылке.
– Двигайся, – прошептала я хрипло. – Пожалуйста. Двигайся.
Рык вырвался из его горла – низкий, торжествующий, звериный.
Он вышел – медленно, почти полностью, и я застонала от потери, от пустоты.
А потом он вошёл снова.
Сильно. Глубоко. До конца.
Я вскрикнула, выгнулась, ногти впились в его спину, оставляя красные полосы на золотистой коже.
– Да, – прорычал он мне в шею, губы прижались к бешено пульсирующей точке под ухом. – Вот так. Оставь метки на мне. Покажи мне, что ты чувствуешь.
Он начал двигаться – медленно, методично, глубоко. Каждый толчок продуманный, точный, будто он изучал мою реакцию, запоминал, что заставляет меня стонать громче.
Его бёдра перекатывались – плавно, мощно – входя под таким углом, что головка задевала то самое место глубоко внутри, заставляя меня видеть звёзды.
– Оберон… боги… – выдохнула я, запрокидывая голову, открывая шею.
Его губы тут же нашли обнажённую кожу – целовали, посасывали, оставляя метки. Собственнические. Видимые.
– Не боги, – прорычал он между поцелуями. – Я. Только я заставляю тебя так стонать.
Рука скользнула под моё бедро – поднял ногу выше, закинул на свою талию – и угол изменился.
Следующий толчок вошёл глубже. Сильнее.
Я закричала – громко, без стеснения – и его довольный смех вибрировал у меня на коже.
– Вот она, – пробормотал он, ускоряя темп. – Вот эта точка. Теперь я знаю.
И он использовал это знание безжалостно.
Толчок за толчком – точные, сильные, методичные – задевая то место, что заставляло меня терять разум. Удовольствие накатывало волнами, одна за другой, всё выше, всё сильнее.
Моя вторая нога обхватила его талию – притягивая ближе, глубже – и он зарычал одобрительно.
– Да, обхвати меня, – его голос стал ниже, грязнее. – Держи меня. Не отпускай.
Руки скользнули под мою спину – поднял меня, прижал к себе так плотно, что между нами не осталось пространства. Грудь к груди. Живот к животу. Его губы нашли мои – голодные, требовательные.
Он целовал меня, пока продолжал двигаться – жёстче, быстрее – язык проникал в рот в том же ритме, что и его плоть внутри меня. Завоёвывая. Претендуя.