Страница 64 из 68
Потом поднимаюсь я и, проглотив комок в горле, говорю: — Сегодня за этим столом собрались самые близкие и дорогие мне люди. Спасибо вам всем, что вы есть у меня. Буквально несколько минут назад, мои подруги предложили мне разделить плату за аренду этого дома. Спасибо вам, мои хорошие, за вашу заботу. Но дело в том, что я не снимала этот дом. Это мой дом, он записан на моё имя.
Я вижу удивлённые взгляды, и голос дочки взрывает установившуюся тишину: — Ты его купила, мам?
— Нет, я не покупала его. Мне подарили этот дом…
— Кто? — спрашивает мама, — Кто тебе сделал такой подарок,
дочка?
— Кто? — слышится от подруг, и от дочери.
Как я не старалась сдержаться, голос мой сел, и на ресницах задрожали слёзы. Я сморгнула их и произнесла: — Мне подарил этот дом, Максим.
— Папа? — ахнула дочка.
— Как? Когда?
Я видела в глазах своих друзей и близких: изумление, удивление, тревогу…
— Я перед Новым годом решила навести в квартире порядок. А когда добралась до шкафа, то подумала, что надо сразу достать коробку с игрушками для ёлки. Вот за этой само́й коробкой я и нашла папку с документами. Максим готовил мне подарок ко дню рождения и спрятал её там, чтобы я раньше времени не раскрыла его сюрприз. И ехал в день аварии он отсюда.
Вот так вот и рассказала я, родной мой, о твоём подарке своим близким. После застолья дом и территорию осматривали уже совсем по-другому. И вынесли вердикт, что подарок очень хорош.
А я и не сомневалась, что так и будет. А главное, он нравится мне и Алинке.
***
На следующий день мы все вместе ездили кататься на тюбингах. Через пару часов, я, Валюшка с сыном, и мои родители вернулись в дом, чтобы приготовить обед для всей честной компании, да уложить на дневной сон младшего Березина. Правда, малыш был категорически против, на что Валя выдала: — С грустью вспоминаю, как спала я днём. Но сказали, в садик, в сорок не берём.
А остальные после нашего отъезда переместились на лыжную трассу. Вернулись домой только часа через три, мокрые, уставшие, голодные, но довольные.
Поев, молодёжь притихла, забравшись на мансарду, взяв с собой настольные игры. Через какое-то время сверху послышались взрывы хохота. А вечером мы все вышли на каток, который освещался разноцветными прожекторами.
Побыв с нами ещё два дня, Березины и Сухановы уехали домой, пообещав вернуться, чтобы вместе встретить Рождество.
Родители на следующий день тоже решили съездить, проверить свой дом.
— Вика, конечно, обещала, что будет следить и протапливать, но проверить лишним не будет, — виновато улыбаясь, произнёс отец.
Ну а для нас с Алиной нашлась работа, нужно было навести порядок, после такого количества гостей.
Нашлось время и для разговора по душам. И я задала дочери вопрос, что мучил меня: — Алин, а зачем ты пригласила Александра? Ты же его совсем не знаешь и первый раз видела.
Дочка помолчала с минуту, а потом начала говорить: — Мам, я тебя очень люблю и никогда не брошу. Но я скоро выйду замуж, и жить, мы планируем отдельно, а ты опять останешься одна. А ты у меня ещё молодая и красивая.
Я хмыкнула: дочка заделалась в свахи. А она помолчала ещё немного и продолжила: — Ты, наверное, мне не поверишь, но я накануне Нового года видела папу во сне. Он вначале поздравил меня и сказал, что Димка — отличный парень, и он одобряет мой выбор. А потом показал мне этого Александра и попросил, чтобы я не возражала, если он вдруг будет за тобой ухаживать. И это он посоветовал позвать его с нами. Я поэтому даже не удивилась, увидев дядю Сашу возле нашей двери…
— Мам, ты чего, мам? — беспокойно закрутилась возле меня дочь. А я плакала.
Максим и после своей смерти беспокоился о нас, обо мне.
Вот только, сколько я не просила, он не показался мне даже во сне.
Сашка позвонил пятого и попросил разрешения приехать. И я дала это разрешение, если уж даже муж за него хлопочет, значит, так тому и быть.
Шестого с утра мы с Алинкой готовили, и, хотя вытяжка работала, в помещение было жарковато, и мы приоткрыли окна.
Поэтому я сразу услышала подъезжающую машину, а чуть позже и звонкий голос моей подруги, раздавшийся со двора.
— Хозяева! Встречайте старых гостей!
— Мам, ты иди встреть тёть Женю, а я тут закончу. Если что, Диму попрошу мне помочь.
— Ладно, тут осталось только салат заправить да овощи дорезать. Горячее тоже скоро подойдёт.
Я кивнула на духовку, а Алина тихо рассмеялась и выдворила меня из кухни.
Поспешив к входной двери, я накинула шаль на плечи и выскочила на улицу. Свежий воздух ударил в лицо, наполнив лёгкие прохладой, а волосы мгновенно украсили снежинки, которые поднял ветер секундой ранее.
Было морозно, пар вырвался изо рта и превратился в белое облачко. Я быстро зашагала по тротуару, стараясь не поскользнуться на корочке льда.
«Нужно будет песком посы́пать, а то точно кто-то навернётся из моих гостей…» — подумала я. И, словно отвечая на мои мысли, из сарая вышел отец с ведёрком песка.
— Пап, ты прямо мои мысли угадал, — сказала я ему.
— А что тут угадывать, — ворчливо произнёс отец, — а ты что раздеткой-то выскочила? Что, кроме тебя, ворота некому открыть? Сами бы справились, чай не баре…
На улице ярко светило зимнее солнце, которое не грело, но одно его присутствие просто улучшало настроение. Сугробы и иней на ветках деревьев переливались всеми цветами радуги и красиво мерцали под его лучами.
Красота красотой, но мороз покусывал щёки и забирался под шаль, поэтому любоваться-то я любовалась, но шаг ускорила.
— Ну, наконец-то! Я думала, придётся фейерверки тут поджигать, чтобы нас пустили в тёплое гнёздышко! — Женька была румяная и счастливая, про Жору я вообще молчу.
— Ну что за богатырь в валенках! — я расхохоталась, рассматривая друга, закутавшего лицо в длинный шерстяной шарф. — Жень, а ты чего мужа так завернула? Вы ж вроде за городом живете, я думала, вы привыкшие к крепким морозам!
— Да это он, мерзляк, сам себя так укутал, — она крепко обняла меня и чмокнула в щеку. — В прошлый раз подмёрз, поэтому сегодня решил одеться потеплее. Завтра же снова кататься поедем!
— Точно-точно. Ладно, сейчас ворота открою, загоните машину на то же место!
— Идём, я с тобой, Жорик сам с воротами справится! — Женька подхватила меня под руку, и мы вошли во двор, — Всё-таки какой шикарный дом, Вась, и территория о-го-го! Здравствуйте, дядь Лёнь.
— И тебе не хворать, — отозвался отец.