Перерождение

— Артефакты? — заинтересовался я. — Не слышал. Почему бесполезны?

— Дорогие и мало кому полезные игрушки, — фыркнул Мортил. — Они работают тем лучше, чем больше уже имеющееся суммарное Сродство по всем Стихиям. Для того, чтобы скорость роста с артефактом была выше хотя бы процентов на десять, чем без него, нужно суммарное Сродство около трёх сотен. Учитывая, как редко кто-то берёт больше трёх Стихий… неудивительно, что штука малоизвестная. В основном ими сами артефакторы только и пользуются. Так что если бы ты учился в Гильдии, честь по чести, а не обрывками, да по книгам — ты бы знал…

— Мне нужен такой, — перебил я Фандага с горящими глазами. — Где его можно найти?

Мортил оторвался от бумаг и приподнял брови, внимательно вглядываясь в меня.

— Хм… а ведь и правда, ты же трёхстихийник со специфичным набором… что-то нужно было взять для баланса…

Он потёр глаза, попытался вглядеться ещё раз. Наконец, махнул рукой:

— Познания не хватает. Воздух, Жизнь и Свет чую хорошо, но это больше из-за окрашенных даньтяней, чем из-за Сродства. Больше ничего не вижу, эти три стихии всё намертво забивают. Может, Лэнс бы почуял, что там у тебя четвёртым…

— Земля, — кратко сказал я. Про Молнию и Воду скромно умолчал: пусть Фандагу я и доверял, но тут ещё и Гелла заинтересованно грела уши.

— А, логично, — с явным одобрением покивал Фандаг. — С твоим набором для баланса либо Землю, либо Лёд брать надо, но за Льдом надо в глубины Хор Ардана топать. Ну или что-то вторичное, вроде Металла… но от него пользы поменьше будет…

— Так что с артефактом? — перебил его я, наплевав на вежливость. Фандаг, конечно, человек хороший, но как же он любит иногда растечься мыслью по древу…

— Да в ближайшем большом городе купи. Артефакты хоть и редкие, но в официальных лавках Гильдии продаются, — с некоторой усталостью пожал плечами учёный. — В Лон’Лае должны найтись.

Неделя в гостях у Богоборцев промелькнула незаметно.

Ледок в отношениях между нами и Геллой в конце концов исчез почти целиком. Во-первых, огневики обиду долго таить не умеют принципиально — хоть какой-то плюс от их Стихии. Во-вторых, за это время мы узнали друг друга получше и часть взаимных претензий отпала сама собой. Всё-таки мы не собирались совершать никаких негативных движений ни в сторону общества, ни в сторону шаткой власти Геллы в нём (а в шаткости я был более чем уверен — немного пообщался с рядовыми членами и оценил, что до авторитета Фандага девушке карабкаться ещё годы и годы) — и она это поняла.

Опять же, добровольные пожертвования… я подкинул Братству пяток Золотых, ещё полсотни Серебра пожертвовала Ди. Даже для такого количества народа сумма была крайне серьёзной — мы, по сути, закрыли самые зияющие дыры в бюджете организации на пару лет вперёд. Доброе отношение просто так не купишь, конечно, но в совокупности со всем остальным…

Ну и финальным ударом, закрепившим не сразу сложившиеся отношения, было решение Диомеды наконец официально вступить в братство. Это я уже давно принёс клятву Небу, а она-то всё это время ходила в довольно двояком статусе, который усугублялся ещё и тем, что после Перерождения с неё слетели системные клятвы о неразглашении.

— Рад приветствовать нового члена, — впервые за долгое время я увидел на лице Фандага действительно широкую и искреннюю улыбку.

— Спасибо, — пробормотала Ди, ошарашенно рассматривая в зеркальце татуировку, огненно-рыжими точками медленно проступавшую на лице.

Изящный прямой меч, с довольно широкой гардой — что-то неместное, у эрайнов вообще гарды с эфесами на мечах находились в зачаточном состоянии, — проявился ровно по центру лба. При этом сам клинок уходил вниз, проходил между глазами, дотягиваясь остриём до горбинки на носу. Смотрелось, мягко говоря, необычно.

— Добро пожаловать, сестра, — на этот раз в голосе Геллы не чувствовалось ни капли насмешки. Да и огромные глаза выражали исключительно серьёзность — всё же она и сама принесла такую клятву, и в Братство вступила не просто так.

— Придётся задержаться на пару дней, пока не научишься скрывать её, — я, будучи в каком-то заворожённом состоянии, протянул руку и… замер в лёгком смущении. — Можно?

Дождавшись кивка от слегка порозовевшей девушки, я продолжил движение и осторожно дотронулся до татуировки.

Ничего. Не знаю, что я ожидал. Думал, что она будет как-то по особому ощущаться…

Додумать я не успел.

— Ммммм! — боль была резкой, прошив меня с головы до пят. И, судя по выражению лица напарницы — её тоже.

Руку я отдёрнуть не мог — она буквально прилипла ко лбу девушки, а у меня проснулись только недавно забытые воспоминания об ударе молнией. Разве что ощущалась она гораздо слабее… но и заканчиваться не собиралась.