Страница 34 из 39
Глава 29
Тимур
Скромная кухня Веры кажется мне сейчас самым уютным местом на земле. Здесь пахнет чаем, пахнет домом, чем-то родным и простым.
Я сижу с кружкой уже остывшего чай и смотрю, как дед вместе с Алисой складывают деревянную головоломку, которую дочка принесла из комнаты.
- Да не сюда, - мягко поправляет она деда, который ей, кажется, подыгрывает. – Вот так надо.
- А-а-а… - тянет хитрый Вячеслав Борисович, - ну без тебя б, Алисонька, я б сам не догадался.
- Догадались бы, - уверяет она. – Надо просто чаще пра… практиковаться, - произносит она сложное для себя слово. – Мама всегда говорит, что надо практиковаться. Да, мам?
- Да, - откликается Вера, протирающая столешницу от вылившейся из чайника воды.
- Мам, а у нас такие ещё были… металлические крючки и кольца, помнишь? Там тоже головоломки. Давай дедушке покажем?
- Ну пойдём поищем, солнце моё, - говорит с улыбкой и кивает на дверь.
Они уходят в комнату, и на кухне воцаряется тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем часов. Дед расправляет плечи и садится ровно напротив меня, смотря острым и пронзительным взглядом.
- Мне иногда кажется, что ты только прикидываешься немощным, - говорю я. – Как ты это всё провернул?
- Ха! Тимур, – качает он головой, – не ожидал, что старик тебя опередит? Так у меня сколько связей!
Я отставляю кружку. Вопрос прямой, нечем крыть, я и правда не ожидал. Не то чтобы я считал себя в семье главным решалой, но Вячеслава Борисовича я и, правда, поспешил списывать со счетов.
- Ну ты меня удивил, - отвечаю я честно. – Без лишних подробностей с моей стороны всё раскопал. А что в отделении было?
- Ну что было? Прижали идиота, который за деньги её удерживал по указки твоей бабы.
- Она не моя баба.
- Это ты сам разберёшься.
Он смотрит на меня, и в его глазах я читаю не осуждение, а понимание.
- Но проблемы Веры – твоя вина.
- Моя… - киваю.
- Вообще, Тимур, если помощь нужна, обращайся. У меня много знакомых и в органах, и в правительстве города. Глупо со стороны такого, как ты, не пользоваться этим. Глупо и гордо. Сам… всё сам… А так быстрее, если заметил.
- Заметил, - снова киваю.
Конечно, его слова тяжёлым грузом падают на мою совесть. Я всегда полагался только на себя, свои силы, свои деньги. Просить помощи – совсем не в моём характере. Но, может, он и прав. Если дело касается родных, следует все каналы связи подключать.
- А теперь слушай сюда, дорогой внучок, – его голос становится тише, но тверже. – Вере нужна уверенность в завтрашнем дне. А моей правнучке – отец. Ты сделал ошибку, допустил, что Верка ушла. Теперь твоя задача – сделать все, чтобы она вернулась. Окончательно. И женись на ней, удочери Алиску, дай ей свою фамилию и защиту. Понял меня?
- Понял, - снова киваю.
- Ха! – поводит он плечом. – Какой-то ты слишком сговорчивый, даже не привычно.
Я улыбаюсь в ответ.
Дед во всём прав, ну кроме одного. Я не допустил, чтобы Вера ушла. Я сам её прогнал, как последний дурень.
Но я сделаю всё, чтобы она вернулась. Докажу, что я достоин доверия. Пусть даже на это уйдут годы! Хотя годы… это так долго. Не хотелось бы тратить столько времени впустую…
- Ладно. Я поеду, - говорит дед.
Он тяжело поднимается, хлопает меня по плечу – жест, одновременно одобрительный и напутственный – и, ни слова больше не говоря, выходит из кухни. Я слышу, как он прощается с Верой в прихожей, обещает Алисе, что в другой раз поиграет с ней в головоломки, а потом хлопает входная дверь.
Из комнаты доносится звук телевизора, по которому идут мультики.
Вера же возвращается ко мне на кухню.
- Соберёшь вещи, я вас к себе отвезу, - говорю ей.
- Какой ты быстрый, - фыркает она. – Гоше помочь – переезжайте, проблема случилась – переезжайте… У тебя, что не день, переезжайте.
Я усмехаюсь в ответ на её слова.
- Ну… я не знаю, как ещё донести до тебя, что надо переезжать.
Вера наклоняет голову к плечу и вздыхает.
- Давай завтра. Я вещи соберу спокойно.
- Давай, - соглашаюсь я.
Затем встаю, подхожу и обнимаю ее. Нежно, но крепко прижимаю к себе, чувствуя тепло ее тела, запах ее шампуня и то, как ласково скользит её ладонь по моей спине.
- Вера, - говорю я, и голос мой предательски дрожит. - Дай нам еще один шанс. Пожалуйста.
- Опять ты о шансах…
- Я хочу быть рядом. Всегда. Оберегать тебя. Заботиться об Алисе. Хочу стать для нее отцом. Настоящим отцом и мужем тебе.
Я отодвигаюсь, чтобы посмотреть ей в глаза, и вижу в них смятение, надежду и старую боль.
- Тимур… - она шепчет. - Это… это все из-за Вячеслава Борисовича? Чтобы он был спокоен?
- Нет. Это ради нас. Тебя, меня, Алисы.
- Но ты же сам меня прогнал.
- Испугался привязанности. Дурак, ничего не попишешь. Я люблю тебя, Вера. И тогда любил, просто повёл себя по-идиотски. Я не могу ещё раз потерять тебя по своей же глупости. И буду тебя добиваться. Просто знай, что не отстану.
Она молча смотрит на меня, а потом усмехается и утыкается носом мне в плечо.
- Кажется, господин Лазарев, вы не оставляете мне другого варианта…
Говорит она и замолкает…
А я стою и жду… жду продолжения. А его нет.
- Так это… да? – не выдержав, спрашиваю я.
- Да, - просто отвечает Вера.
- И замуж за меня выйдешь? – тут же уточняю.
- Так-так-так, - с деланным возмущением смотрит на меня. – Давай по одному вопросу решать, Тим, а? Как всегда хочешь всё и сразу?
- Хочу… - вздыхаю со смешком. – И ничего не могу с этим поделать. Вы с Алисой моё всё.
Я наклоняюсь к Вере. И наши губы встречаются. Мягко и нежно. И я ощущаю ответную любовь в её поцелуе. И принятие.