Страница 14 из 149
Обратный процесс трансформации, он же – «управляемый биоморфинг» – протекает гораздо медленней и не так болезненно. Требуется только довольно много времени, для набора нужной массы и обильное потребление пищи. Но вот превращение человека в паргу…
Выделяется колоссальное количество тепла, можно сказать даже – жара, который убыстряет все процессы морфинга в считанные секунды. И это вполне естественно – ведь превращаются не для того, что бы потом томно полежать на солнышке, в теле большой лесной кошки.
Боль от изменения – бешенная. Но в данном случае это и хорошо – вся боль тут же перетекает в свирепую ярость, которую захлёстывает максимальный поток адреналина, а он уже – направляется на достижение поставленной для этого цели.
Уже стоя на четырёх лапах бывший человек повернулся к своей попутчице.
Если бы он хотел своей минуты славы – то тут он её получил сполна. Нисса смотрела на него широко раскрытыми глазами, ещё сильнее сжав в руках древко копья.
- А ты вон, оказывается, какой – удивлённо произнесла она – весь полон тайн...
Что бы «сразить её наповал» Валентин-парга посмотрел ей прямо в глаза, потом улыбнулся, насколько ему позволяла сделать это его звериная пасть и произнёс:
- Ну… У меня в запасе ещё есть парочка фокусов… А ты закрой рот и это – обернись – моровики уже близко. И постарайся не забрызгать кровью мою одежду, она мне потом ещё пригодится.
С этими словами он пружинно оттолкнулся от деревянного ограждения крыльца и помчался осуществлять свой план…
Адреналин в теле зверя помогал ему не только стремительно перемещаться, но и быстро думать. Рассуждал он примерно так: «Что там, в теле и крови этих мертвяков – ему не известно, а потому кусать их – мне категорически запрещается. А вот действовать лапой и когтями – всегда-пожалуйста. Самое уязвимое место у них – это их голова. Это и фильмы американские нам показывают, и об этом же говорит школьный учебник анатомии. Значит – валим злодеев и ломаем им шейные позвонки. Посмотрим, как они с перебитой шеей будут за нами гоняться».
Задача поставлена, цель определена, а оружие - готовится к бою...
Начал он с той четвёрки, которая их первыми и заметила.
Выбрал Валентин их потому что, во-первых, эта компания была малочисленна, а во-вторых, что бы проверить на моровиках свои тактические догадки.
Ворвавшись ураганом в нестройные ряды любителей огородных чучел, ему удалось довольно быстро повалить их всех, а потом задорно и весело попрыгать на их слабых шеях.
Результат его обнадёжил и обрадовал. После слабого сопротивления, умершие в первый раз – умерли, наконец и во второй. Его план - вполне сработал.
Взглянув на крыльцо дома, которое Нисса превратила в неприступную крепость, он помчался к задворкам сарая – посмотреть численность армии нежити, бороться с которой ему предстояло вместе с девушкой.
Открывшийся вид позади сарая, Валентину объяснял очень многое. К изгороди, за несущий основной крепкий столб была привязана чёрная дойная корова и на момент её обнаружения, она уже испустила свой коровий дух. Видимо, рогатая отбивалось до последнего - используя все свои средства которыми её наградила природа – не большие, но крепкие рожки и жёсткие копыта. Наверняка поначалу, ей удавалось одерживать свои маленькие победы над не большим числом наседавших на неё мертвецов. Но видимо её мычание и общий шум свалки сделал своё дело - войско моровиков росло, прибывая со всех концов деревни, а силы у коровки уже таяли. К тому же, невозможность большого манёвра – крепкая верёвка удерживала несчастное животное за шею - делали её особо уязвимой.
Моровики нащупали самое слабое место у бурёнки - её живот и вымя - с него они и начали свой пир. Выпотрошенная корова с раскинутыми ногами и воздетой к осеннему небу головой – верёвка ни смотря, ни на что, выдержала все испытания - напомнила Валентину о библейских мучениках. Те, до последнего взывали к своему богу на круглой арене Колизея, пока дикие звери терзали их тела на потеху римской публике…
Он помотал головой, прогоняя это яркое видение.
Время стремительно бежало и следовало очнуться и действовать как можно быстрее - пока у них есть силы и возможности, а не то и они присоединятся к этой корове, пасущейся уже где-то там, в небесной выси райских кущ.
*******
Толпа моровиков медленно втягивалась в узкий проход между сараем и коровником, постепенно заполняя собою весь внутренний двор. Неспешно покачиваясь, они шли на шум хлёстких ударов копья Ниссы и терпкий, манящий запах разлитой повсюду крови.
Валентин ловил себя на мысли о том, что всё-таки продолжал верить, что в венах у моровиков всё равно течёт кровь, хотя она и стала после смерти – чуточку другой.
Пока девушка защищалась на крыльце, Валентин в теле парги уменьшал как мог народонаселение нежити позади сарая.
Если моровик был в одежде – он хватал её клыками и с силой тянул его на землю, сбивая с ног. Если же по каким-то причинам одежды у мертвеца был самый минимум, тогда он старался прыгнуть и ударить его лапой по шее – и так же повалить в пыльную траву. А уже там – отрепетированным и заученным движением – с грацией проворной кошки – раз за разом - прыгал на его шейных позвонках.
Через какое-то время ему уже было всё равно кто перед ним – старый или молодой, мужчина или женщина. После их смерти они стали для него абсолютно бесполые, практические одинаковые - они и пахли-то все очень похоже. И отличались они друг от друга только тем – что одни были в одежде, и к ним ему надо было применить приём номер «раз» или без одежды - и тогда тут работал приём номер «два»…
Войско посланников Мары медленно и постепенно редело, но и силы дикой кошки, так же понемногу шли на убыль. К сожалению, Валентин не знал предела возможностей чёрной жидкости, гуляющей сейчас под его шкурой и по венам. Но что-то ему подсказывало, что расплата за такие знания будет одна – его лютая смерть, возле поленницы дров третьесортной деревеньки...
Пора уже было менять тактику и заодно проведать, как там обстояли дела на крыльце у Ниссы.
********
Ниссе очень повезло, что хозяин дома, у которого она держала оборону, поленился копать глубокий погреб и решил просто сделать дом по выше. От этого, подъём на крыльцо был достаточно высоким и узким.