Страница 102 из 149
Предметы на кухне, неспешно обрели и удлинили свои тёмные тени. Эти тени медленно ползли, ширились, напитываясь близким мраком ночи.
В столовой по-прежнему было тихо, а время тянулась бесконечно. Иногда мне казалось, что уже прошли века, а про нас на свете - все давным-давно забыли...
Но вот вдалеке, послышались быстрые тихие шаги. Перед дверью в столовую шаги замедлили свой быстрый бег. На мгновение, мне показалось, что случилось что-то не поправимое - Лейталия каким-то чудом избавилась от своих провожатых и пришла освободить из клетки своего единственного сына...
Но к нашей золотой тюрьме медленно подходила Лаффи. Она приблизила своё лицо к прутьям моего этажа. Лицо её раскраснелось от недавнего бега, поэтому слова из её аккуратного рта вылетали маленькие и короткие:
- Он её оставил. Там. Где мы ждали. Мне сказал, что бы я заботилась о вас. Но выпускать не велел. Мне кажется… - она немного нахмурилась -Он уже жалеет, что сделал… Но он такой упрямый!
******
Наша клетка была дооборудована всем необходимым. В ней стало возможно вполне комфортно жить. Да, размер её был мал, и походил на компактную дешёвую комнатку, в японском мегаполисе, но это было гораздо лучше – я всегда напоминал себе об этом – чем закончить свою жизнь в кипящем масле. Ещё меня немного смущало отсутствие стен, вернее, их призрачное присутствие, но и к этому я то же постепенно привык.
Наконец, пришёл день, когда Лой очнулся и ему рассказали о всех происшедших событиях и ссылке его матери в другой, маленький мир.
Как же он выл и кидался на прутья своего золотого узилища!
Поначалу он отказывался есть, но Лаффи передала ему приказ хозяина дома - если он не будет есть, то и его мать в «предбаннике» мира - так же не получит еды. Так выяснилось, что король, он же хозяин нашего замка, сын Верховного инженера – всё таки не оставил свою бывшую супругу умирать голодной смертью.
*******
Временами мне казалось, что Бельменгир нас просто забыл и переложил всю ответственность на Лаффи – та меняла нам воду в поилках, приносила еду, иногда маленькие новости:
- Ты представляешь - те семена, которые посадила коро… Лейталия – дали удивительно обильные всходы. Будет хороший урожай! – весело щебетала она на кухне, готовя еду для себя и Бельменгира.
Но как бы не старалась гигантесса вести себя с нами мило и обходительно, я никогда не забывал, что мы прежде всего - пленники, пусть и находимся в удобной и роскошно украшенной золотой клетке. А наша судьба – по-прежнему находится в капризных руках фортуны. Об этом помнил и мой сосед Лой - он всегда скалил зубы и сжимал кулаки при виде Лаффи – отражение в зеркале на кухни это показывало без всяких прикрас.
Бежали дни.
Как то я передал Бельменгиру свою просьбу - раз я выполнил поручение хозяина дома, почему я не могу получать на обед, кружечку пива из его кладовых? Лаффи сказала, что гигант благосклонно отнёсся к моему желанию и на обед я стал получать большую кружку тёмного пенного эля.
Это было замечено Лойем и он так же попросил порцию и себе.
А вот в этом его желании, со слов Бельмингира – «что он и так попил без спросу не мало» – ему было отказано, что ещё больше обозлило горбуна.
Тогда я решил, что это решение великана, не совсем справедливо к моему соседу по несчастью. Но не спорить же мне с гигантом? И я стал половину своей глиняной кружки – отдавать за обедом Лою…
Вообще-то, я в душе очень злился, что Бельмингир со мной поступил так несправедливо. И мне хотелось что-то сделать наперекор желаниям великана. Пусть этот пустяк и выражался всего-то в половине кружке холодного эля на обед.
*****
Я часто думал, засыпая – кто мне теперь Лой? Враг? Сосед по несчастью? Как к нему относится? А кто теперь мне Бельменгир? Лаффи? Судя по ней – её нравилось новая для неё роль хозяйки замка на горе. Да, дел у неё, конечно, прибавилось, но было видно, что все её дневные труды, с лихвой компенсируются ночью, на королевской постели, под тяжёлым бархатным балдахином.
Из окна, мы с Лоем часто слышали смех обоих великанов, гуляющих вместе перед крепостной стеной, что красноречиво говорило нам о их хорошем настроении.
А ещё я заметил, что Лаффимдаль, когда готовила для Бельменгира еду, стала часто тихонько напевать – а такого я за ней, даже не припомню…
*****
Пологие холмы сменялись новыми холмами, ямы и округлые котлованы оставались позади, а мы всё шли и шли вперёд.
Наш путь был бесконечным, а дорога – извилиста как змея.
Надо сказать, что не смотря на окружающую обстановку и жаркое солнце - вода здесь встречалась и довольно часто. Но вот её состав и особенно - вид… Он оставался для меня загадкой, а испытывать на себе всякую вредную «химию» - не было ни какого желания.
При спуске на дно очередного котлована или глубокой ямы мои глаза сразу замечали лужу воды. Она тут собиралась за ночь, а потом ближе к вечеру – вся испарялась. Но если котлован был достаточно глубокий - то воды тут собиралось гораздо больше – иногда целое маленькое озерцо. Дно таких больших выемок – никогда не пересыхало, и вода здесь была постоянно.
Надо сказать, что вода в каждом котловане была всегда разного цвета. Она была рыжей, словно взвесь береговой глины или окислов старого железа, белой – больше похожей на взвесь гашеной извести или молока. Иногда – светло-голубой, словно высокое небо над нами. Этот цвет был особенно красив и напоминал мне Никитский ботанический сад в Крыму – в детстве я часто там бывал с родителями. Там были несколько (Два? Три? Я уже и не вспомню) огромных бассейнов, с похожей по цвету водой, окружённых благоухающими клумбами, с разнообразными цветами. Вода в них была подкрашена медным купоросом (как объяснили мне потом). Цвет воды был настолько красив, что мне непременно хотелось зачерпнуть ладошкой этой волшебной жидкости. А зачерпнув - естественно – выпить.
И как бы мне семилетнему не хотелось – взрослые категорическим тоном запрещали пить эту чудесную воду. И лучше бы – говорили они мне – любоваться на неё издалека.
********
Ещё были на нашем пути - озерца с чистой и прозрачной водой. Они мне особенно нравились. Если котлован был особенно глубоким, то сквозь эту прозрачную толщу воды – иногда её слой был больше метра - можно было рассмотреть каждый предмет на дне - будь это камешек или случайно залетевший сюда листик или веточка.
От этой воды веяло прохладой в жаркий день – но мои чувства подсказывали мне, что и от неё надо держаться как можно дальше.