Страница 43 из 97
Сейчас бы сумкой этого козла вдарить. Но нет у меня сумки. Только сотовый в кармане.
– Ты! – подскакивает ко мне Сухонос. – Да я тебя…
Трусит, как петрушку. И все молчат. Ни одна зараза не придет на выручку.
Зачем я только влезла в это осиное гнездо?
«Сухонос меня грохнет. Через детей заберет все мое имущество», – брыкаюсь, зажмурившись.
Слышу, как распахивается дверь. И в комнате наступает гробовая тишина.
Сухонос тут же отлетает по воздуху. Падает на диван, прямо в Нинкины объятия.
– Чтоб я тебя рядом с ней больше не видел! – рычит Богдан, прижимая меня к себе.
– Ой, Богдан Олегович, – подрывается с места режик и улыбается слащаво. – А мы тут репетируем…
– Да я понял, – грубовато обрывает его Сомов. – Я тоже приму участие, не возражаете? Только не помню, как пьеса называется, – в полшага оказывается рядом с Аркашкой. Поднимает его за грудки. Смотрит пристально. И неожиданно бьет лбом в лоб.
Сухонос оседает, как подкошенный. А Сомов возвращается ко мне.
– Пойдем, Маргошечка, – берет меня за руку.
– Я увольняюсь, – восклицаю нервно. И голос срывается.
– Ну и правильно, – целует меня в висок Сомов. – Пойдем. А то устроили бордель из театра…
Опускаю голову, пряча улыбку.
У дураков мысли сходятся? Вот и у нас тоже.