Страница 27 из 97
– Когда вернемся, Марго. Дом и весь участок под охраной. Ни одна собака не сунется, – заявляет Сомов, натягивая боксеры. – Съездим в город и погуляем. Хоть трястись не будем за этот майбах. Я не понимаю, почему он так вперся Сухоносу. Аркадий Валерьевич вполне может себе купить еще пару таких, – Богдан подходит ко мне со спины. Обнимает за плечи. Целует в шею. Потом за ушко. – Слушай, может, проведем день в койке? – заявляет лениво. – А Портнягину я сейчас позвоню. Скажу, что мы не можем.
– Что? – подскакиваю на месте. – Богдан, так нельзя, – попадаю в медвежьи объятия.
– Все можно, цыпа моя, – смеется он. А я от возмущения бью кулачком по голому плечу.
– Какая я тебе цыпа? – фыркаю недовольно.
«Жарьте цыпочек!» – первое, что приходит на ум.
– Золотая моя цыпа, – радостно заявляет Богдан, подхватывая меня на руки. Смеясь, заваливает на постель.
– Дасик, мы опоздаем, – предупреждаю нервно.
– Положись на меня, детка, – самодовольно заявляет Сомов, усаживая меня себе на бедра.
Ерзаю, устраиваясь поудобнее. И когда внутрь толкается ударная боеголовка Богдана Олеговича, упираюсь пятками ему в бока.
– Только «н-но!» не кричи, – просит меня Сомов, обнимая за попу.
– Не буду, – двигаюсь в сумасшедшем темпе.
– Заебест! – прикрывает глаза Богдан. – Полный заебест, – выдыхает шумно. И лицо у него становится довольное и расслабленное.
– Ты получил все, что хотел? – в изнеможении опускаюсь рядом.
– Да, тебя.