Это наш мир

Мне хватило ума и самообладания не показывать свой страх. Ну, я очень надеюсь, что никто его не заметил. К тому же оказалось, что я боялся напрасно. Рейверши внимательно следили за моими манипуляциями, переспрашивали, я отвечал, поправлял, снова показывал, как надо, к нам присоединились Регина с Элис, а потом и Яромир с Куртом — когда наполнили водой все девятнадцатилитровые бочки. Так что через час-полтора у нашей команды были готовы три полноценные корзины, и ещё пять девушки активно доплетали. Готовые ловушки мы сразу установили, использовав в качестве приманки потроха и голову «миногосома».

— Good job, — сказал я. — На ужин будет вкуснейшая печёная рыба. А нам пора отчаливать.

— Уже? — удивился Яромир.

— Там ещё три сотни душ. Или даже чуть больше. Наш парусник может перевести за один раз человек семь, не считая команду. Сколько рейсов нам надо сделать, чтобы перевезти хотя бы половину? Арифметика, ruthless bitch.

— Возьмите на буксир резиновую лодку, — предложила Регина. — В неё свободно поместится ещё человека три. А если миниатюрные девушки, то пять.

— С лодкой на буксире парусник пойдёт медленнее, — заметил Яромир.

— Дадим им вёсла, пусть гребут, — решил я. — Хватит валяться, капитан Элис. Нас ждёт Словацкий океан и спасательная миссия…

— Стойте! — крикнула Элис. — Вам не кажется, что наш корабль заслужил достойное имя?

— Ты права, — сказал Яромир. — У меня есть идея, но не знаю, понравится ли вам.

— Хм. Оглашай!

— Когда-то это была пиратская лоханка, на которой кучка отморозков атаковала «Крулевну Ванду». Эти уроды мертвы, и наша «Крулевна Ванда» погибла, но её парус снова несёт нас по морям этого мира. Значит, «Крулевна», которая принесла нас в этот мир, восстала из мёртвых.

— Отлично! — воскликнула Элис. — Да здравствует «Крулевна Ванда»!

* * *

Возрождённая «Крулевна Ванда» резала воды океана, получившего имя Словацкого — это имя, кстати, всем неожиданно пришлось по вкусу. Позади на буксире скакала по волнам резиновая шлюпка, которую она унаследовала от старой «Крулевны». Пять бутылок, наполненных водой, лежали на корме под банкой (на суше эта мебель называется скамейкой, но мы, старые морские волки, называем её по нашим правилам, раздери меня кракен!). По-хорошему, такой груз полагается закрепить, но мы не придумали, как это сделать, и положились на russian avos’, рассудив, что за один рейс ничего не случится.

Капитан Элис Коннолли, в шортах и футболке — мы переоделись в свою прежнюю одежду — сидела на носу и смотрела на горизонт, ожидая, когда появится баржа. Ветер трепал её рыжие космы.

Шли мы не то чтобы быстро — при бейдевинде не выдашь чёртову дюжину узлов — но зато без проблем. Просто ждали, когда нас принесёт из точки A в точку B.

— Если команда долго сидит без дела, — рассуждала капитанесса, — она неминуемо начинает творить херню. Поэтому толковый боцман всегда найдёт занятие для тех, кто свободен от вахты. Что-нибудь чинить, чистить, полировать…

— Я даже знаю, что тут можно отполировать! — заметил я и положил ладонь на капитанское бедро.

— Shoo fly! — Элис шлёпнула по руке. — Смотри, что там! Видишь? По курсу, левее! На десять часов!

Я прищурился.

— То ли бревно, то ли доска…

— То ли лодка, — определила Элис.

…Это действительно была лодка. Двухвёсельная алюминиевая шлюпка. Она болталась на волнах кверху килем, а в днище, ближе к носу, с левой стороны. зияла округлая дыра с рваными краями. Не очень большая — я мог бы просунуть туда большой палец, а вот вытащить назад уже было бы проблемно — но достаточное, чтобы лодчонка пошла ко дну. Она держалась на плаву благодаря тому, что перевернулась, и её удерживал воздушный пузырь под днищем.

— Помянем Ханса, кто бы он ни был, — серьёзно сказала Элис. Храбрый был парень, но невезучий.

— Ты думаешь, это лодка с буксира?

— Sure. На ней написано «Арминий», так же назывался буксир, ты что, не запомнил? Интересно, как ему удалось пробить днище. Удар был явно с внешней стороны. Напоролся на камень? Непохоже. Как будто лодку долбанули ломом.

— Этот мир — одни сплошные загадки, — проворчал я. — Может, возьмём посудину на буксир? В этом мире каждая гайка со старой Земли — на вес золота…

Элис покачала головой.

— Не получится. Она будет тормозить, нахлебается воды и пойдёт ко дну. А заделать дыру нам сейчас нечем.

— Тогда я сниму мотор, — решил я. — Со временем изобретём нормальный генератор, будем летать по волнам…

Я аккуратно перевалился через борт, подгрёб к лодке и принялся раскручивать струбцины, фиксирующие мотор на транце. Дело было не то чтобы простое, вода то и дело плескала мне в лицо, а покалеченная лодка дружелююбно постукивала кормой в лоб. Я старался не думать о тварях, скользящих в изумрудной глубине подо мной, сосредоточившись на том, чтобы не упустить мотор, когда я расслаблю винты — я, как полагается дикарю, здешнего морского царя безусловно уважаю, но на такую щедрую жертву он пускай не рассчитывает. Да и зачем ему лодочный электромотор?

— Влад! — Если моя храбрая Элис вопит таким голосом — дело дрянь. — Влад, скорее на борт!

Я не стал задавать дурацкие вопросы, в два гребка приблизился к «Крулевне», ухватился за борт и перелез внутрь. И только тогда спросил «Что случилось?»

Элис вытянула руку куда-то на зюйд-вест-тень-зюйд.

— Видишь?

Вижу, мать его.

— Поднять паруса! Уходим курсом фордевинд! Это ридик!

По океану нёсся, воинственно выпрыгивая из воды и погружаясь, морской зверь, похожий на дельфина, к морде которого шутник-демиург по приколу привинтил рог от носорога. Тварь, на самом деле, ни хрена не смешная. Прежде я не видел ридиков, но мне рассказывали, что они носятся по океану и могут без всякой причины атаковать ицашонти, если тот идёт перпендикулярным курсом или навстречу. Тогда ридик решает, что неведомое чудище решило на него напасть, и наносит превентивный удар рогом, который рвёт поплавки в клочья. Конечно, если всадить в него несколько стрел из лука, рогатая тварь немного успокоится. Но можно просто уйти, если ветер позволяет. Ридик — не хищник, и, увидев, что загадочное чудовище ретировалось, немного погонит для острастки и уплывёт по своим делам.

И Ханс, нет сомнений, на совести этого рогатого ублюдка.