Робинзон 3

20

-- Однако, в диктаторы я пролез только относительно крупного жилого комплекса, -- сообщил я приунывшим от моих тоталитарных замашек Дружку и Маше. -- В отношении личного жилья у вас -- полная свобода рук, лап и хвостов! Более того, у Маши есть профильное образование именно в этой области. Самое время его задействовать!

-- Но это же совершенно меняет дело! -- вдохновилась Маша, вглядываясь в карту острова Лаксон с явным гастрономическим интересом.

-- Конечно, меняет! -- согласился я. -- Завтра вечером вы с Дружком окажетесь на острове, в свежепостроенном жилом комплексе. С вами в комплекс заселится немаленькая бригада роботов, сто лет назад обслуживавших целое убежище. Часть из них займется поддержкой жилого комплекса. Часть -- его охраной: вокруг комплекса, боюсь, будет масса нехорошей живности, прежде всего, ящеров. А вот ещё одна часть роботов окажется без серьезного дела: как раз строители и настройщики. Но после ночи завтра наступит день послезавтра. Почему бы вам не возглавить бригаду строителей и настройщиков, начав сооружение объектов для нашей будущей деятельности? Ведь таких объектов требуется не один, и не два...

-- Огласите, пожалуйста, весь список, -- имитировала голос киношного тунеядца-акоголика Маша.

-- Для начала, универсальный производственный цех, -- указал я объект первой очереди. -- Роботы, передаваемые нам, имеют, в том числе, функцию воспроизводства себе подобных. Нет, это не то, что ты подумала! -- засмеялся я в ответ на округлившиеся глаза Маши. -- На "Богатыре" будет линейка принтеров материальных объектов, достаточная для производства деталей, из которых можно собрать более мощные и универсальные (промышленные) принтеры материальных объектов. Роботы напечатают на "Богатыре" детали машин для производства производственных машин, а затем соберут эти производственные машины в новом цеху, на острове. После чего вы узнаете о дальнейшей производственной программе...

-- Тааак... -- догадалась Маша. -- Дальше не рассказывай, расскажешь уже на острове, когда вернешься из убежища. Нам с цехом и производством в нем возни надолго хватит -- это же не типовое жилое здание сваять, а, фактически, личинку универсального завода, потом оборудование произвести, и смонтировать, и запустить -- та ещё морока! Да и "Богатырь" за тобой гонять придется, чтобы из океана до острова довезти. А еще: мне тут одна бухточка понравилась, на берегу океана. Хочу посмотреть, какой я дизайнер на примере домика для трёх поросят, раз уж с корабликом не справилась... Так что, Федя, неделя у тебя есть на гульки в убежище. Но потом ты мне срочно понадобишься. Не задерживайся тут!

-- Правильно мыслишь, -- искренне одобрил я, надеясь выбраться раньше, чем через неделю. -- Из серьезного: нам осталось договориться, где будем встречаться в океане, когда я сам уплыву из убежища на катере, как связываться и опознаваться...

Чем мы все вместе и занялись, стараясь представить всё на карте достаточно подробно и однозначно, чтобы не потеряться при всех обстоятельствах, включая отсутствие сигналов систем ориентирования и связи (точнее, при их намеренном выключении нами вместе с идентификационными маяками и включением защитного поля с функцией невидимости).

Планирование и разбор задач, к которым следовало хотя бы приступить на следующей неделе, заняли у нас всё время до вечера. Задачи (по инструкции голема) я нарезал и Маше, и Дружку вполне объемные и серьезные: контроль разумных за действиями роботов предыдущего поколения был, пожалуй, более жестким, чем для новой генерации киберов -- без многошаговых "одобрямсов" от живых разумных кибернетическое волшебство не работало, останавливалось на каждом шаге. И в шаги эти разумные должны были всерьёз вникать -- чтобы на выходе получался требуемый результат, а не бессмысленные руины.

Полные надежд и планов новой жизни на острове, обсуждая их на ходу, мы сходили всем коллективом на ужин, а потом вернулись назад. У нашей квартиры расстались -- Дружок, очень обрадованный моим сообщением, что три его робота-"паучка" останутся в его полной собственности, отправился готовиться к отъезду.

Мы с Машей тоже должны были собрать то немногое, что хотели взять из моей квартиры с собой: Маша собиралась захватить свою коллекцию наладонников, а я -- вторую коробку с копиями ментограмм. Утром мы отнесем вещи в квартиру Маши, добавим вещи Дружка, потом вызовем грузчиков, а уже те доставят наш общий багаж на "Богатырь".

В убежище у нас осталась последняя ночь вместе. Мы оба это понимали. Поэтому наши сборы были недолгими: к коробке ментограмм у двери Маша добавила свой пакет с наладонниками и ещё один пакет, куда сложила для себя смену белья, обуви и одежды -- по неистребимой привычке бывшего советского жителя подстраховаться на случай "было закрыто, не выдали, передо мной закончилось": едешь в рай -- бери с собой запасные крылья, нимб и белые тапочки.

После сборов мы отправились сразу в бассейн, установив на его оборудовании самые "развратные" режимы типа 70+. А потом -- стали "плотью единой" почти до самого утра: для нас не было ни ограничений, ни запретов, а желания одного сразу воплощались в действия обоих.

Мы будто прощались друг с другом, не говоря об этом, но понимая, что можем больше не побывать рядом вот так, близко, уже никогда. Заснули перед утром. Точнее, заснула Маша, как всегда, на середине слова, которое говорила. Я не стал её будить и через несколько секунд крепко спал сам.

Проснулись оба, по сигналу моего смартфона на бортике бассейна: по гнусности и "будимости" с ним ничего местного не могло сравниться. Быстро оделись, собрали все вещи, я позвал Дружка -- он тоже был готов. Мы снесли весь багаж в квартиру Маши, а Маша вынесла из своего кабинета и добавила к вещам ещё одну коробку:

-- Тюремное приданое, -- невесело прокомментировала она.

У Дружка оказались две большие коробки. Юный ментат явно выглядел смущённым размерами накопленного за короткое время барахла, поэтому я молча перенёс коробки в общую груду вещей, не задавая дурацких вопросов. Потом мы потратили ещё минут десять на чаепитие (мы с Машей) и водопитие (Дружок), доедая остатки булочек. Не съеденое нами Маша отправила в утилизатор.

Грузчики явились внушительной вереницей, сноровисто расхватали все наши вещи и убежали с ними на причал. Маша повернулась к своей пустой квартире, обвела дизайнерскую красоту интерьеров печальным взглядом и грустно сказала:

-- Так тут и не пожила...