Страница 53 из 85
Я оглядел, стоя на палубе, пароход, прощаясь с ним. Было, конечно, несправедливо обрекать механизмы старого парового буксира на переделку, равную уничтожению. Но другого выхода мне никто не предлагал. В записях голема, показанных мне с утра, было ясно сказано, что масса ненужного больше железа и чугуна, имеющаяся сейчас внутри корпуса "Богатыря", трёхкратно окупает стоимость того оборудования и работ по его монтажу, которые заменят "чугуний" парохода после модернизации: оказывается, продукция черной металлургии у мирмитов стоит дорого, поскольку производится в количествах только для военных нужд -- везде вместо железа и чугуна используются пластик и керамика. Тем самым голем закрывал напрочь вопрос о "халяве" или "подарке" от него нам -- это была сделка, очень выгодная убежищу. Отнимать у нас пароход после модернизации было бы после такой сделки, опять же, явным нарушением законов, которые мирмиты нарушать "просто так" очень не любили, поскольку за это наказывали практически всегда.
Не знаю, почему я так сделал, но я опустился на колени на палубу старого парохода и прижался к ней лбом, произнося про себя просьбу кораблику простить меня за вынужденный шаг. Конечно же, мне только показалось, что по телу парохода прошла лёгкая дрожь и во мне эхом отдалось ответное понимание, и даже как бы неожиданная благодарность за то, что заброшенный в неземные дали, пароход ещё сумел послужить мне, походить по морям, по волнам неземного океана -- вместо того, чтобы годами безнадежно и страшно превращаться в ржавую труху у последнего причала, забытой, никому уже не нужной вещью. Старый кораблик прощал меня и сам прощался со мной -- чтобы, подобно мне, вскоре помолодеть и вновь поступить ко мне на службу, пусть и в другом обличье.
Конечно же, мне всё это лишь показалось на короткий, но такой долгий миг.
Только Маша смотрела на меня и на пароход круглыми от изумления глазами, приоткрыв губы в застывшем на них немом вопросе.
И Дружок озадаченно сидел на палубе -- было видно, что сейчас он мысленно где-то далеко-далеко отсюда...
Мы тихо, почему-то стараясь не шуметь, как будто прощаясь с умершим, сошли вниз, на причал. Мы не разговаривали и шли молча до самого пищеблока, где Маша заспорила с Дружком насчёт вечернего меню.
А мне было всё равно и есть совершенно не хотелось. Внутри меня образовалось "облако пустоты" в том месте моей души и личности, где, оказывается, уже прочно обосновался несовершенный и несовременный, неуклюжий и громоздкий, неудобный и устаревший, но спасший мне много раз жизнь и ставший настоящим домом в чужом, смертельно опасном мире, морской колёсный паровой буксир 19-го века "Богатырь"...
Потом пришлось возвращаться к делам. Попивая свежеотжатый, "почти-апельсиновый" ягодный сок, я рассказал Маше и Дружку про то, чего не увидел на новом "Богатыре": личного оружия экипажа, скафандров, доспехов или хотя бы бронежилетов для личной защиты людей и вуии, кислородных масок или приборов для аварийной поддержки дыхания тех же людей и вуии, средств пожаротушения, средств автономной локомоции (типа "багги"или "леталки"). И, разумеется, роботов -- хотя бы для Дружка, но уборщики и сервис по текущему уходу за машинами тоже совсем не помешали бы.
А ещё я подумал, посоветовался со знающей этот момент Машей, и добавил в список своих хотелок предварительное снятие (перед модернизацией) полных чертежей старого парохода в формате файлов для принтера вещей: чтобы можно было когда-нибудь потом изготовить "твёрдую копию" парохода -- пусть и не из дорогого здесь как земное золото "чугуния", а из лёгкой, дешевой (но не менее прочной) металлокерамики.
Возможно, это никогда и никому больше не понадобится. Но пусть будет.