Страница 20 из 26
— Простите, голова закружилась, — прошептала она, глядя на него снизу вверх.
Он выругался, потащил ее обратно. Но она успела увидеть, как один из наемников подходит к кувшину, как наливает себе полную кружку.
К закату лагерь погрузился в хаос.
Трое самых злобных наемников валялись на земле, не в силах подняться. Остальные метались между палатками, хватаясь за животы, ругаясь, обвиняя друг друга. Клык орал, размахивая ножом, требовал найти виноватых.
— Это ты! — вдруг заорал один из них, показывая на Мирру. Его руки тряслись, лицо было бледным, но в глазах горела ненависть. — Ты, ведьма!
Он бросился к решетке, просунул руку, пытаясь схватить ее за горло. Но пальцы не слушались, и Мирра легко отшатнулась, прижавшись к стене.
— Чем травила?! — шипел он. — Где прячешь?!
— Ничем, — ответила она спокойно. — У меня ничего нет.
В этот момент в клетку вошел Клык.
Он был страшен. Лицо перекошено, шрам на губе дергается, глаза узкие, злые. Он схватил ее за плечи, прижал к стене.
— Это ты, — сказал он, и голос его звучал тихо, спокойно, но от этого спокойствия становилось страшнее. — Это ты их травишь.
— Чем? — Мирра смотрела ему в глаза. В ее взгляде не было страха. Только лед. — У меня ничего нет.
— Я тебя голыми руками удавлю, сучка...
Он замахнулся — и в этот момент снаружи раздался крик:
— Гроза! Ливень! Все в укрытие!
Небо разверзлось.
Дождь хлынул стеной, мгновенно заливая костры, превращая землю в месиво. Ветер выл в ущелье, срывал палатки, валил с ног. Наемники бросились врассыпную, спасая оружие и припасы.
Клык выругался, отшвырнул Мирру и выбежал наружу.
Она упала на солому, чувствуя, как по лицу течет вода, смешанная с кровью. И вдруг — услышала.
— Цепь! — голос Кайрена прорвал шум ливня. — Мирра, цепь! Ключ у Клыка в кармане!
Она не слышала слов, но поняла.
Выскочила из клетки — решетка была не заперта, в суматохе забыли. Побежала к тому месту, где Клык бросил свой плащ. Нащупала карман. В пальцах — холодный металл.
Ключ.
Она рванула к Кайрену. Дождь хлестал в лицо, ветер сбивал с ног, но она бежала. Упала, поднялась, снова побежала.
Он ждал. Висел на цепи, окровавленный, но с горящими глазами. Она вставила ключ в замок. Щелчок.
Цепь упала.
Кайрен обнял ее — коротко, крепко, до хруста костей.
— Бежим, — выдохнул он.
Они бежали под ливнем, слыша за спиной крики. Их заметили.
Первый наемник выскочил из темноты, замахиваясь ножом. Кайрен перехватил его руку, ударил — коротко, точно, без колебаний. Тело упало в грязь.
Мирра видела это. Видела, как лицо его стало чужим — звериным, хищным, опасным. Кровь брызнула ей на лицо, и она зажмурилась на мгновение.
— Не смотри, — рявкнул он, хватая ее за руку. — Просто беги.
Она бежала. В голове стучало одно слово: цена. Это цена за ее спасение.
Второй наемник налетел на нее в темноте. Мирра не успела увернуться, он схватил ее за волосы, занес нож. Она выхватила шип из-за пояса и ударила — не глядя, не думая, наотмашь.
Наемник осел с удивленным лицом.
Кайрен обернулся, увидел. В его глазах — ужас, восхищение, гордость.
— Мирра... — выдохнул он.
— Бежим! — крикнула она, хватая его за руку. — Потом!
Они бежали в горы, в грозу, в ночь. А за спиной — крики погони и вой ветра.
На рассвете, израненные, вымотанные, они вышли к старому капищу.
Полуразрушенное святилище стояло на вершине скалы, глядя пустыми глазницами в долину. Каменные идолы, поросшие мхом, тянулись к небу. В центре — жертвенник, заросший травой.
Мирра упала на колени, не в силах идти дальше. Кайрен опустился рядом, прижал ее к себе.
Внизу, на тропе, зажглись факелы.
Клык шел по следу.