Страница 12 из 91
— Что? — спрашиваю я, не уверенный, что правильно ее расслышал.
— Я хочу посмотреть, как ты это делаешь. — Даже в темноте я вижу, как румянец заливает ее щеки. — Покажи мне.
Я хватаю свой телефон из кучи одежды:
Я смотрел, как Ванесса уходит, и это было, мягко говоря, болезненно.
И вот я стою под струями душа, горячая вода каскадом стекает по моей спине, пока мой телефон ведет запись с туалетного столика, камера направлена на меня, когда я накачиваю свой член рукой, моя хватка крепка, когда я представляю каждую минуту нашей встречи в воде. Я все еще чувствовал, как она прижимается ко мне, как ее пальцы впиваются в мою плоть.
Я не осознавал, насколько усердно она это делала, пока не посмотрел в зеркало и не увидел красные рубцы в форме полумесяца на своей коже.
Я проигрываю ее нуждающиеся стоны и прошептанные мольбы, мои собственные зубы крепко сжаты, когда я пытаюсь растянуть собственное освобождение, я не хочу терять свежее воспоминание, не хочу терять музыку ее криков.
— Черт, — стону я, наклоняя голову в сторону брызг, когда я вытягиваю руку, чтобы удержаться, удовольствие пронзает каждое нервное окончание в моем теле.
— Несс, — ее имя срывается с моих губ, воспоминание о ней такое яркое, как будто мы снова в воде, ее тело на моем, за исключением того, что в этой фантазии я глубоко внутри ее киски, ее тепло выжимает из моего тела каждую каплю удовольствия.
Она была бы тугой, влажной и манящей, и я терял бы себя в ней снова и снова, пока она так красиво пела бы подо мной.
С долгим стоном я отдаюсь фантазии, дергая свой член до тех пор, пока не могу больше терпеть, и мои колени угрожают подогнуться.
Выдыхая, я прижимаюсь лбом к руке, лежащей на плитке, мое сердце бешено колотится в груди.
Переводя взгляд в камеру, я не могу удержаться, чтобы не растянуть губы в улыбке, прежде чем она превращается в низкий смешок, который эхом разносится по ванной.
Выйдя из воды, я вытираю руки полотенцем и подношу телефон поближе, вода стекает по моему лицу, когда я ухмыляюсь в камеру, улыбаюсь ей:
— Ну вот, грязная девчонка.
А потом я выключаю камеру, принимаю душ и запираюсь в комнате, которую использую в доме Торина.
Весь дом погружен в темноту и тишину, все спят, но это неудивительно. Уже поздно, и все, что Торин делал в последнее время, — это пил и спал, хотя я не могу его винить.
Мы всегда рядом с ним, когда он в этом нуждается.
Падая на матрас с телефоном в руке, я открываю контакт Ванессы и выбираю видео, прежде чем отправить его ей.
Сообщение читается мгновенно, как будто она ждала этого все это время.
Само видео относительно длинное, поэтому я не жду ответа в ближайшее время, но продолжаю смотреть на экран, следя глазами за тремя маленькими точками, которые показали бы, что она отвечает.
Когда они, наконец, появляются, я задерживаю дыхание, а затем они почти сразу же снова исчезают, прежде чем появиться снова.
Блядь, что я делал? Веду себя как чертов пацан, ожидающий свою пассию, но перестать смотреть? Нет, блядь, я этого не делаю.
Я смотрю и жду, наблюдая, как эти точки появляются и исчезают еще семь раз, прежде чем я, наконец, получаю ответ.
Мои зубы щелкают, глаза не в силах оторваться от экрана. В ответ на меня смотрит не сообщение, а она, распростертая на кровати, покрытая подушками и одеялами. Длинная футболка прикрывает ее фигуру, голова запрокинута, лицо скрыто большим количеством подушек, но невозможно ошибиться в том, что она делает у себя между ног. Хотя все еще прикрыто, ее рука находится под белым кружевным материалом трусиков.
Через секунду приходит сообщение.
Несс: Черт, это было горячо. Я ничего не могла с собой поделать.
Я: Ты убиваешь меня, беда.
Несс: Задолго до того, как ты погибнешь, Кольт, пришли мне еще. На память.
Я: Я сделаю что-нибудь получше, в следующий раз сможешь посмотреть лично.
Когда точки появляются и исчезают, как и раньше, я задаюсь вопросом, не зашел ли я слишком далеко. Она девственница, и последнее, что я хочу сделать, это поставить ее в неловкое положение.
Несс: Завтра вечером.
Я: Тогда до встречи. Спокойной ночи, беда.
Несс: Спокойной ночи, Кольт.