Страница 171 из 251
Глухой удар вырывает меня из сна
Глухой ударвырывает меня из сна.
Я со стоном переворачиваюсь, но он тут же переходит в сухой рвотный позыв — во рту всё ещё стоит мерзкий привкус блевотины.
Чёртова Рейв и её чёртовы руны, вызывающие рвоту.
Я вслепую шарю рукой в поисках своей добытой фляги, выдёргиваю пробку и запрокидываю её над широко раскрытым ртом… и только потом вспоминаю, что она пуста.
Так же пуста, как моё нынешнее желание жить.
— Создатели, добейте меня.
Я перекатываюсь на бок и, опираясь на локоть, сажусь.
Каждая мышца ломит после, без всяких сомнений, самой отвратительной ночи в моей жизни.
Рейв, значит, озаботилась рвотными рунами.
А вот о самых элементарных вещах почему-то забыла.
Например, о нормальном матрасе хотя бы с одним грёбаным пером внутри. Или одеяле. Или подушке. Или хоть чём-нибудь ещё, кроме такого количества оружия, которого хватило бы развязать войну, нескольких роскошных платьев и нарисованных пальцами лун на потолке.
Я тру ноющие глаза, затем хватаю кружку с водой и жадно выпиваю её до дна, смывая мерзкий привкус во рту.
Щурюсь сквозь окно, покрытое морозными рунами, в сторону юга.
Туманы ненадолго расступились, позволяя рассмотреть заснеженные равнины и разноцветные луны наверху, готовые угробить нас всех.
— Зато вид хороший, — бормочу я, ставя кружку обратно.
Игнорируя боль в груди, которая говорит совсем обратное.
Это вовсе не хороший вид.
Это пейзаж одного из самых болезненных воспоминаний моей жизни.
Боль, которую хочется выжечь чем-нибудь настолько едким, чтобы наконец перестать думать.
Я тяжело вздыхаю, осматривая горизонт.
Лент Авроры нигде не видно.
Значит, ещё время Сна.
Проверяю детёныша, свернувшегося рядом колючим клубком.
К счастью, дышит.
Значит, спал я недолго.
Иначе этот маленький засранец давно бы разбудил меня воплями, требуя еды.
Он даже ещё не успел нагадить.
И это прекрасно, потому что устроил себе гнездо прямо из моего плаща и рубашки.
Хотя бы кто-то сегодня отлично выспался.
Я открываю маленький деревянный ящик, который нашёл возле жалкого подобия постели Рейв, убеждаясь, что собранные мной в Канаве навозные личинки всё ещё извиваются, пожирая мох, которым я выстлал дно.
Пусть хорошенько откормятся.
Скоро окажутся в желудке Гриффина.
Тинк. Тинк. Тинк.
Сердце резко подпрыгивает.
Резкий металлический звук доносится сверху.
Откуда-то по ту сторону того самого чёртова люка, через который Рейв строжайше запретила проходить.
Я слишком быстро вскакиваю на ноги для своего ещё не проснувшегося мозга, выхватываю вейл и начинаю осторожно подниматься по вырубленной в стене каменной лестнице.
Замираю прямо под люком.
Жду.
Прислушиваюсь.
Тинк… Тинь-тинь-тинь… ТИНК.ТИНК.ТИНК.
— Чёрт...
Я запускаю руку в волосы и бросаю взгляд вниз, на Гриффина.
Единственное условие Рейв было простым.
Ни при каких обстоятельствах не подниматься наверх.
Но что, если убежище уже обнаружили?
Что, если там засело что-то опасное?
Смогу ли я жить с собой, если ничего не проверю, а потом Гриффина сожрут, пока я прохлаждаюсь внизу?
Нет. Рейв собственноручно меня прикончит.
Тинк...
Тинь-тинь-тинь...
ТИНК.
Тинь-тинь-тинь.
— Да пошло оно.
Я упираюсь ладонью в люк и толкаю его, морщась от жалобного скрипа петель.
Звуки мгновенно смолкают.
Этого достаточно.
Я распахиваю крышку и выскакиваю наверх, мгновенно разворачиваясь и одним быстрым взглядом охватывая всё помещение.
Грубо вытесанное в камне.
Выкрашенное в чёрный цвет.
Большое открытое окно, почему-то не впускающее холод.
Воздух наполнен роскошным запахом свежей выпечки с баттермином и дразнящей смесью специй.
Каждый вдох — настоящее удовольствие.
Слева — чёрная кухня, заваленная грязной посудой...
И хлеб.
Целые горы тёмных ароматных буханок.
Что здесь вообще происходит?
Я обхожу массивный каменный стол, будто выросший прямо из пола, словно кривой гриб.
Он заставлен инструментами и настойками руни.
Роан за подобное душу бы продал.
Моё внимание привлекает расколотый пополам чёрный сверкающий камень.
Внутри — серебристое ядро, похожее на вращающийся шарик.
Почти как жидкость.
Но всё-таки нет.
Я поспешно отвожу взгляд, пока меня снова не стошнило.
Осматриваю широкий каменный диван, накрытый мягким пледом и толстым матрасом, который выглядит невероятно заманчиво для моего измученного тела.
В голову закрадывается очень неприятная мысль.
А вдруг Рейв просто надо мной издевалась?
Заперла меня в своей крошечной каморке, хотя наверху есть целые покои со всем необходимым для нормальной жизни.
Или...
Или здесь живёт кто-то такой же помешанный на ножах, как она.
И сейчас меня выпотрошат.
Создатели …Вот будет досадно.
— Есть кто-нибудь?
Среди беспорядка на столе взгляд цепляется за ярко-красное перо.
Блестящее.
Закрученное на конце.
Почти длиной с моё предплечье.
Хмурясь, я тянусь к нему...
В следующий миг что-то проносится перед глазами.
Слышится лёгкий топот босых ног по камню.
Кто-то выпрыгивает из-за дивана так стремительно, что я едва успеваю вдохнуть.
Точнее...
Она врезается в меня.
Меня отбрасывает назад.
Я тяжело падаю на пол.
Затылок с такой силой ударяется о камень, что вейл выскальзывает из руки.
Мир расплывается. Череп разрывает вспышка боли. К горлу прижимается что-то холодное и острое. Зрение постепенно проясняется.
Я ощущаю тяжесть на груди.
Понимаю, что незнакомка теперь сидит прямо на мне.
Моргнув, избавляюсь от красной пелены перед глазами.
И всё, что удаётся выдохнуть:
— Чёрт...
Фейри, оседлавшая меня… Самое прекрасное существо, которое я когда-либо видел. Белоснежная кожа. Веснушки, рассыпанные по носу и щекам. Черты лица настолько безупречны, будто их сами Создатели вывели в мир.
А волосы...
Они повсюду.
Огромные завитки густых волос необычайно глубокого рыжего цвета. Такого же, как искры в её тёплых янтарных глазах, полыхающих...
Яростью.
А.
Точно.
Я снова ощущаю клинок у своего горла.