Страница 48 из 72
Светлана судорожно вздохнула, ее глаза мгновенно прояснились, наливаясь естественной синевой. Она оглядела присутствующих дикими, непонимающими глазами, а затем медленно прижала ладони к лицу.
— Моя голова… — прошептала она, и по ее щекам покатились слезы облегчения. — Этот гул… он исчез. Я снова могу думать. Я сама… принимаю решения. Костя… Господи, Костя, спасибо тебе…
— Не за что, Светик, — мягко отозвался невидимый хозяин дома. — Отдыхай. Ты вела себя храбро, даже когда моя мелкая зараза хакнула твою подкорку.
В воздухе сами собой поплыли две чашки с горячим чаем. Одна плавно опустилась на столик перед Светланой, вторая зависла перед Дарьей Кривотолковой.
— Кристина Валерьевна, — пробасил невидимый Костя, и в его голосе послышалась улыбка. — Плесните нашей молодой маме Лилии теплого молока в подвал. Я отнесу. Ей нужно восстанавливать силы после родов. И не ворчите.
Кристина Валерьевна, сурово поджав губы, уперла руки в бока и посмотрела куда-то в район люстры.
— Я и не ворчу, Костя, — ровным тоном произнесла она, хотя в глубине ее глаз светилась безграничная гордость за княжича. — Но извольте вашими невидимыми ногами не пачкать свежевымытый паркет. И когда соберетесь возвращать себе приличный человеческий вид — сделайте это до ужина. У нас сегодня по плану запеченная утка, а делиться ею с невидимым трехметровым рогатым чудовищем я не намерена!
— Договорились, Кристина Валерьевна, — рассмеялся невидимый голос. — Сразу после того как посмотрю на новорожденных наследников.