Страница 33 из 66
Глава 16. Ирмина
Негодование бурлило во мне, не давая уснуть. Я ворочалась на узкой кровати, сминая простыни. Как он посмел? Ворвался позавчера в комнату посреди ночи и забрал из-под подушки Вернона! Зеркало мне сильно помогало в учебе, и только с ним я говорила откровенно про чувства, не боясь осуждения. И этот белобрысый цербер лишил меня даже этой крошечной радости.
Я откинула одеяло и села. Часы показывали третий час ночи.
Идея созрела мгновенно — безрассудная, граничащая с самоубийством, но оттого еще более привлекательная. Я верну артефакт. Прямо сейчас.
Девушкам из знатных семейств не пристало бегать по темным коридорам, но, слава богам, я уже больше, чем трофейная невеста. Я быстро сменила пижаму на платье, накинув сверху плотную куртку глубокого синего цвета.
Выскользнув в коридор, я бесшумно закрыла за собой дверь. Пробираться в кабинет декана боевого факультета было страшно. Но отчисление мне все равно не грозило — Тенебрис скорее сам застрелится, чем признает свое педагогическое поражение. А вот встречаться с ним лично мне категорически не хотелось. Даже в мыслях я старалась думать о нем отстраненно, называя исключительно по фамилии или должности. Зачем привязываться к тому, для кого я — лишь инвентарная единица? Задание, которое нужно выполнить. Странно, что он еще не рассказал о моем первом полете.
Отец оказался прав, что в академии я пройду инициацию. Но какой ценой?
Я двигалась с грацией, о которой раньше и не подозревала. То ли это были долгие тренировки на полигоне, то ли проснувшаяся драконья кровь давала о себе знать. Приемную я миновала без проблем: секретарь, разумеется, давно спал.
Сердце гулко ухнуло, когда я коснулась бронзовой ручки двери, ведущей непосредственно в святая святых магистра. Я приготовилась к удару током или сирене, но дверь поддалась легко и беззвучно. Очевидно, декан считал свою репутацию лучшей защитой от воров. И самоуверенно зря.
Я аккуратно зашла внутрь и, не включая свет, начала осматривать помещение. Где может лежать мое зеркало?
Оглядывая заполненные книгами, свитками и огромным количеством самых странных артефактов стеллажи, я откровенно приуныла. Мало того, что в этой куче было нереально сложно найти нужное, так еще и добрая половина этих штуковин могла сработать или взорваться, если неудачно задеть их рукавом.
— И где же ты спрятал моего Вернона, садист недоделанный? — недовольно, едва слышно прошипела я, открывая и закрывая ящики комода. — Тут шаров разных цветов и размеров — как на ярмарке! Кристаллы, амулеты, какие-то сушеные когти! Хоть бы подписывал их, что ли, бюрократ несчастный! Как я пойму, в какой именно экранированный ящик ты его запихнул?
И словно в ответ на мои слова, я зацепилась взглядом за знакомый контур.
Зеркало Игзюрб лежало прямо на массивном дубовом рабочем столе Тенебриса. Он даже не убрал его в сейф! Видимо, забыл, что я учусь на его факультете и кое-что усвоила о диверсиях.
Я радостно схватила свою прелесть. Благо размер артефакта был небольшим, и он легко, с приятной тяжестью скользнул в глубокий карман моей куртки.
Мысленно похвалив себя за удачно завершенную операцию, я развернулась к выходу.
Уже положила ладонь на дверную ручку, поворачивая ее, как вдруг дверь распахнулась с такой силой, что меня отбросило назад. И в ту же секунду обрушилось боевое заклинание. Оно сработало мгновенно. Меня распластало прямо на паркете, как муху, прихлопнутую газетой. Магические путы невидимой сетью прижали мои руки и ноги к полу. Я не могла пошевелиться, перевернуться или даже сесть.
Но во время падения длинный, объемный подол моего платья задрался, накрыв меня с головой. Он надежно спрятал мое лицо, но при этом открыл обзору абсолютно все, что должен был прикрывать. Ноги и нижнее белье стали центром композиции.
Вспыхнул яркий свет. Ткань юбки на лице начала отчетливо просвечивать, а шаги вошедшего остановились рядом.
— Ирмина? — сверху раздался удивленный, чуть хриплый голос Тенебриса. В нем не было гнева — только откровенное замешательство.
Я зажмурилась под тканью, чувствуя, как сгораю со стыда. Но природная язвительность, как всегда, пришла на помощь раньше здравого смысла.
— А вы что, магистр, всех своих студенток исключительно по голым ногам узнаете? — процедила я из-под собственной одежды.
Повисла короткая пауза. Затем я услышала, как он тяжело вздохнул.
— Пока что только одна из них, Ланарит, начала свое знакомство со мной с демонстрации кружевного белья перед вступительными испытаниями. — Его голос стал суше. — А теперь, видимо, решила повторить успех еще и показав на себе.
— А может, пора бы уже снять с меня это заклинание?! — прорычала я, чувствуя, как он внимательно рассматривает открывшуюся картину.
Давление исчезло так же внезапно, как и появилось. Невидимые путы рассеялись. Я мгновенно села, красная как маков цвет, и судорожно одернула подол, приводя себя в приличный вид.
Магистр стоял прямо передо мной. На нем была только расстегнутая на пару пуговиц темная рубашка и брюки. Похоже, он тоже не спал. Тенебрис не стал читать нотаций — просто молча, с непроницаемым лицом подал мне руку.
Я нехотя вложила свои пальцы в его широкую ладонь, и он одним легким рывком поднял меня с пола. Тепло его руки на секунду обожгло кожу, заставив пульс ускориться.
— И зачем ты залезла сюда посреди ночи? — Он не отпустил мою ладошку, внимательно глядя мне прямо в глаза.
Я лихорадочно соображала. Сказать правду про зеркало, которое сейчас оттягивало карман? Он его тут же отберет и еще месяц заставит драить полы. Нужна была отговорка. Бредовая и максимально сбивающая с толку, чтобы он перестал задавать вопросы. И в мою перегретую голову не пришло ничего лучше, чем та самая мысль, от которой я бежала все эти дни.
Я расслабила плечи, чуть склонила голову набок и, глядя на него из-под ресниц, тихо пробормотала:
— Я просто не знала, в каких покоях ты живешь. А в кабинет… в кабинет ты бы обязательно пришел.
Это было смело и крайне безумно.
Тенебрис замер. В его светлых глазах мелькнула вспышка — то ли растерянности, то ли чего-то гораздо более опасного. Он мгновенно, как от огня, выпустил мою ладонь и сделал шаг назад, возводя между нами невидимую стену.
— Зачем вы искали со мной встречи, студентка Ланарит? — Его тон стал подчеркнуто деловым и официальным. Как будто мы стояли на утреннем построении среди толпы студентов.