Страница 21 из 66
— Вы нас не оштрафуете? — недоверчиво уточнила Мильна, все еще подозрительно косясь на преподавателя, но в ответ он только улыбнулся.
— Берите свою добычу и идите спать. Только постарайтесь не попасться на глаза патрульным. Или нашему дорогому декану Тенебрису. Боюсь, он вас так легко не отпустит.
С этими словами он подмигнул нам и, грациозно поклонившись, вышел. Оставив нас в легком недоумении.
— Он такой добрый, — с благоговением прошептала Вивиан, прижимая руки к щекам.
— Да, и чай с бергамотом пьет даже ночью, — заметила Мильна. — Мнек кажется это странным.
Но долго размышлять о ночной встречи с преподавателем не хотелось, а то дождемся встречи с Тенебрисом, он нас так легко не отпустит. Мы закончили грабеж холодильных шкафов и понеслись по темной лестнице обратно в свою комнату, давясь смехом и стараясь не рассыпать по пути нашу добычу. Приключение получилось по-детски глупое, немного опасное и очень веселое.
Запершись на два замка, мы расстелили одеяло и устроили пир прямо на полу. Ели ворованные пирожки, запивая их водой из графина, и болтали обо всем на свете. Мильна рассказывала жуткие байки про эксперименты на лекарском, Вивиан жаловалась на сложные формулы, а я просто слушала их и чувствовала себя на своем месте.
Мильна передала мне кусок копченого мяса, потому что ножа ни у кого не нашлось.
— Знаете, девочки, — сделала глоток воды из графина Вивиан, ее щеки горели от возбуждения, — ведь сначала я боялась и поступить, и учиться, а тут, оказывается, Лоуренс улыбается, колбаса вкусная, и вы у меня есть. И никто не пытается размазать по стеночке!
— Размажут, если зевать будешь, — прагматично заявила Мильна. — Но если что, я им колени в обратную сторону выверну. А Ирмина их сожжет, когда наконец перестанет строить из себя нежную фиалку.
Пирожок с вишней встал в горле. Тема моего дракона была табуированной даже среди нас.
— Я не строю из себя фиалку, — глухо ответила я, глядя на свои руки. — Просто это не мое. Я боюсь… Я не смогу полететь.
В комнате повисла тишина. Вив подползла ближе и крепко обняла меня за плечи, прижимаясь своей теплой щекой к моей.
— У тебя все получится! Ты раскроешь крылья и полетишь выше облаков!
Мильна молча кивнула, отламывая мне еще кусок сыра, но позже добавила:
— Тенебрис это тоже знает, дуреха. Поэтому и выжимает все соки. Так что ешь давай. Завтра тебе снова падать в грязь.
Я улыбнулась, чувствуя, как где-то в груди, там, где обычно сворачивался липкий страх, теперь разливается тепло. С такой стаей мне был не страшен даже самый лютый декан.