Страница 36 из 153
— Эти женщины, чей род был уничтожен по решению Императорс-ского Дома, подобны грифам, барон. Как эти хищные птицы, они выбирают с-самых с-слабых — лёгкую добычу. Прос-стите меня за это с-сравнение. Я не желал вас-с ос-скорбить.
— Продолжай. Искусственный разум не может никого оскорбить. Ведь его нельзя вызвать на поединок чести. К тому же, мы здесь одни.
— Ведьмы Шварценбергов, как вам, без с-сомнения, извес-стно, мс-стят вс-сем с-сразу. Любым арис-стократам. Им вс-сё равно, кровь какого Дома пролить. Они одержимы и вес-сьма изобретательны. Эти женщины знают, что такое ждать, чтобы нанес-сти удар. И им с-совершенно наплевать, выживут они при этом или нет. Это фурии, с-сеющие с-смерть по всей Империи. Каждый мужчина, обладающий Даром, в опас-снос-сти, пока они с-сущес-ствуют.
— Да, всё это мне известно. Хочешь сказать, капитан или техник могут оказаться одной из этих ведьм? Но в наше время импланты есть у многих. Особенно у военных. А Велесова так вообще родилась в кабале.
— Ес-сли верить её личному делу, барон.
— А если не верить, получается, мой отец знал, что она ведьма. Думаешь, он не приказал бы убить её?
— Может, и нет. Князь — человек дальновидный.
— Это верно. Чего-чего, а этого у него не отнять. Ладно, допустим. Теперь что касается Муриной. Никто здесь не был знаком с ней прежде. Но она супер. А это значит, что её геном изменён, как ты сам знаешь. То есть, она не может быть одарённой.
— Опять же, ес-сли верить её личному делу, барон.
— Тоже верно. А я не верю никому.
— Вес-сьма разумный подход.
— Знаю. Но выявить одарённого довольно просто. Достаточно создать угрозу его жизни, и симбионт создаст защитное поле. Это его инстинкт. Никто не может контролировать такие вещи полностью. Включая ведьм Шварценбергов. Хотя как раз они, возможно, в этом и преуспели. Такую вероятность тоже стоит учитывать.
— Вы правы, барон.
— Предлагаешь проверить Мурину и Велесову.
— Нас-сколько я понимаю, это уже не вопрос-с.
— Нет. Но если я, например, выстрелю в подозреваемую, а она окажется обычным человеком, то погибнет.
— А для вас-с это проблема, барон?
— Есть такое. Не могу же я палить во всех женщин, которые прибыли со мной на Аврору.
— Тогда, боюс-сь, вы в затруднительной с-ситуации.
— С самого начала, Садко. С самого начала.
— Барон, я не прос-сто так заговорил о женщинах именно с-сейчас-с.
— Да? И в чём дело?
— К вам направляетс-ся лейб-медик. С-сегодня он ос-смотрел ваших наложниц. Полагаю, об этом он и хочет поговорить.
— Ах, да. Четыре милых девушки, которых отец любезно предоставил в моё распоряжение. Я пока не планирую пользоваться их услугами. Но познакомиться с доктором было бы неплохо. Пусть войдёт.
— С-сюда, барон?
— Нет. Пригласи его в кабинет.
Спустя минут десять я увидел лейб-медика, доставшегося мне от Дома Коршуновых. Моего лечащего врача, того, кто должен иметь доступ к баронскому телу, так сказать.
Леопольд Демидович Герц был немолод. В личном деле указывалось, что ему шестьдесят семь, хотя выглядел он максимум на пятьдесят. Подтянутый, голубоглазый, аккуратно одетый в наглухо застёгнутый серый френч с нашивкой медицинской службы, брюки со стрелками и начищенные до блеска ботинки. Педант.
Прежде состоял в корпусе моего старшего брата Мирослава. Не в качестве лейб-медика, конечно. Служил обычным армейским врачом, ничем не выделялся, не привлекал внимания — пока случайно не обнаружилось, что Леопольд Демидович имеет опасную привычку рисовать на своих пациентов шаржи и карикатуры. Да ещё и снабжает их скабрезными репликами, получая в результате злые и едкие комиксы. Уж не знаю, как доктор попался — то ли не уничтожил свой очередной саркастический шедевр, то ли просто скомкал его и выкинул в корзину вместо того, чтобы сжечь, но офицерам не понравилось, что какой-то эскулап изображает их не в самом лучшем виде.
И вот Леопольд Демидович здесь, на Авроре. И это ему ещё повезло. В Доме Коршуновых за проявление вольнодумства в отношении почитания высших могли и удавить. Очень даже запросто. Собственно, вполне вероятно, что от «случайной» смерти доктора спас лишь мой переезд — его спихнули мне и забыли о свободном художнике.
— Ваше благородие, — Леопольд Демидович склонился в почтительном поклоне. — Разрешите вас побеспокоить? Это не займёт много времени.
— Входите, доктор. Садитесь, — я указал на кресло напротив стола.
— Благодарю, барон. Позвольте представиться. Леопольд Демидович Герц.
— Я ознакомился с вашим личным делом.
Врач состроил кислую мину.
— Едва ли вы нашли его впечатляющим.
— Не нашёл. Что привело вас ко мне?
— Я подумал, вам захочется провести время с наложницами, барон. Поэтому я осмотрел их и сделал все необходимые анализы.
— И каков результат?
— Никаких болезней не обнаружено, ваше благородие. Кроме того, как и было заявлено в документах, все они девственницы. Никто не касался их, насколько я могу судить.
— Благодарю вас, доктор Герц. Но сейчас у меня хватает забот. Не до развлечений.
— Как вам угодно, барон. Моё дело — доложить.
— Да, свои обязанности вы выполнили. Сколько медиков у вас в подчинении?
— Шесть, барон.
— И все квалифицированные?
— Более или менее. С ними можно работать.
— Не нужно ли больше?
— Полагаю, это зависит от того, насколько загруженным окажется медицинский сектор, ваше благородие. Вообще, я думаю, что ещё человека три не помешают. На будущее. И потребуются санитары, медсёстры.
— Постараюсь решить эту проблему. Во время сегодняшней атаки мирминоидов кто-нибудь пострадал?
— Три человека, барон. Технический персонал. Ничего серьёзного. Они уже осмотрены и отправлены в лазареты. Лечение началось. По моим прогнозам, в течение пары дней пациенты смогут вернуться к работе.
— Рад слышать. А теперь мне нужно отправиться по делам.
— Разумеется, барон. Не смею отнимать у вас время.
Как только Герц удалился, я повернулся к Садко.
— Агент подготовлен к допросу?
— Да, экзобарон. Позвольте заметить, что, хотя Дева эффективна, арес-стованный — профес-сионал, а значит, будет с-сопротивлятьс-ся. Нас-сколько я понимаю, шпионов учат перенос-сить боль. На то, чтобы его рас-сколоть, может уйти немало времени.
— Посмотрим. Отведи меня к нему. Я должен убедиться, что будут заданы правильные вопросы.