Страница 13 из 29
- На трезвую голову, что ты осторожный, что я. Хер мы откровенно поговорим. А коньяк он язык развязывает, - подняв рюмку, Комбат покатал её в руке, перед тем как выпить, - мне по крайней мере. Хоть честно сказать могу, что думаю… У ведь меня две вещи в жизни остались. Вика и вот эта часть. И любого, кто на них позарится, я зарою без колебаний… Тюрьма меня не пугает — я пострашнее вещи видел. Единственное, чегоя боюсь - не успеть убить то, что им угрожает. Или не суметь… Когда той зимой эта тварь на вас напала… Пять выстрелов в упор, а ей хоть бы хны. Я долго тогда про это думал… А затем все так закрутилось… Ну и что там? В компьютере? Поняли уже, что им от нас надо?
- Я еще не все осилил… - Старшина виновато покачал головой, - Но судя по всему, конкретно сектанты интересовались «Проходом».
- «Проходом»?
- Да. С большой буквы, что примечательно. Но что это, я пока не понял...
Комбат некоторое время переваривал услышанное. Затем решительно встал и повелительно махнул рукой, призывая следовать за собой. Тарасов удивленно вскинул бровь, не понимая, куда он сорвался, но Комбат, ничего не объясняя и оставив шинель на вешалке, уже вышел из квартиры, так что оставалось только последовать за ним. Сбоку дома имелась пристройка, в которой, по идее, находился спуск в подвал. Однако ДОС подвала как такового не имел, и все коммуникации проходили под полами квартир первого этажа. Старшина познакомился с данной особенностью когда налаживал у себя водоснабжение, но о смысле пристройки тогда не задумался.
Достав связку ключей, Комбат позвенел ими, нашел нужный, отпер дверь и, нашарив на стене выключатель, зажег свет и начал спускаться вниз. Старшина, заглянув внутрь, с удивлением увидел стандартный двухлестничный марш из крупносборных девятиступенчатых элементов с железными перилами как в подъезде, из которого они только что вышли. Даже покрашено все было так же — масляной сине-зеленой краской до середины стены с полосками по лестнице вдоль стен. Ничего необычного, за исключением того, что вело это все куда-то под землю и было основательно заляпано бетоном, который, судя по застывшим потекам, лился вниз в большом количестве.
Осторожно ступая, Тарасов начал спускаться за Комбатом, который все так же молча топал вниз. Каждая пара маршей опускала их на два с половиной метра. И он насчитал их семь. Почти девять метров вниз. Последний лестничный марш уходил в бетон, исклеванный лунками. А на стенах… Все стены и тут, и на пару пролетов выше были исписаны какими-то мистическими знаками. Руны, пентаграммы, замысловатые алхимические значки покрывали стены, потолки и лестницы практически сплошным слоем. На перилах были привязаны ведьмовские куколки из веточек, какие-то амулеты, просто полоски ткани. Остановившись в самом низу, Комбат ковырнул носком форменной туфли неровную поверхность бетона и первый раз с момента выхода из квартиры оглянулся на осматривавшегосяс открытым ртом Старшину.
- Сука… Гиббоны ебаные… Я-то на склады ДХ думал, а тут вот оно что!
- Бетон, - еще пребывая в некотором замешательстве Тарасов указал вниз. - Это вы залили?
- Нет, это еще до меня. Когда должность принимал, спрашивал, что это за хрень? Сказали, что узел связи был или что-то такое. Оборудование секретное. Так что в начале девяностых мешалки пригнали и вылили их сюда.
- Кто пригнал?
- Не знаю — не уточнял. У Геннадия Палыча надо спросить — у него документация на этот счет.
- Но ДОС же вы не просто так тут поставили?
- На фундаменте экономил. Там, внизу, плита которая все это прикрывает, видимо. Разгребли, и блоки фундаментные прямо не неё кинули. Подвала толком не вышло, зато стоит надежно. А главное — незаметно внутрь не пробраться, так как способов тихо и не привлекая внимания всего дома выдолбить такую толщу бетона я лично не знаю.
- Сколько его здесь, кстати?
- Без понятия. Но уверен, что много. И, пока часть на месте, им ни тут, ни в другом месте не пролезть. Поэтому нас так и хотят убрать.
- Интересно, что внутри? Что им так надо?
- Узел связи, я же сказал.
- Зачем сектантам узел связи?
- А кто сказал, что он им нужен?
- Тогда кому?
- Их хозяевам. Я почти уверен, что тут проходят линии правительственной связи. Их еще в войну, когда «Бункер Сталина» в Самаре делали, проложили. И все эти сектанты-коммерсанты с упырями — просто чей-то инструмент, чтобы до них добраться.
- Разведка?
- Разумеется! Поэтому они и ищут, как на меня надавить, как на вас надавить, людей скупают оптом и в розницу под видом религиозной деятельности. Ну и разводят нечисть всякую в надежде, что мы испугаемся, - Комбат еще раз огляделся. - Вы зарисовывать это будете?
- Да надо бы… - достав блокнот, Тарасов, как мог, зафиксировал символы, - художник из меня, правда… С фотоаппаратом сюда надо прийти. Кстати — кто это все рисует и развешивает?
- Понятия не имею… Ни как пробираются, ни зачем, ни когда, ни как замки ломают, так, что никто не слышит.
- Может, дверь снаружи просто забить?
- Да думал над этим, но… Не знаю… Наверное, хотелось это кому-то показать, с одной стороны, а с другой как бы стыдно, что ли?
- Стыдно?
- Ну да. Суеверия всякие, ворожба. Я как-то всегда думал, что это для бабок старых. Ладно, пойдемте… коньяк допьем и на боковую. Вы, кстати, неплохо держитесь. В мае вас от пары рюмок скрутило, а сейчас со мной наравне пьете и как огурчик.
- Это кажется. Сейчас расслаблюсь и скрутит.
- Ну ниче — оклемаетесь. Если совсем худо будет — валите на меня. Мне вопросы задавать не будут.
***
Бетонка, ведущая к части, сворачивала влево, но Старшина пошел прямо по накатанному проселку. В зимнем, уже присыпанном снегом лесу царила неестественная, жутковатая тишина. Освещенные закатным светом темные ветви сплетались в причудливые узоры, напоминавшие ему те ведьмовские знаки, которые он видел. Слишком явно напоминали. Остановившись, Тарасов прислушался и огляделся. Ощущение чьего-то пристального, следящего за ним взгляда, которое начало появляться, как только он свернул с привычной дороги, стало еще острее.