Страница 8 из 26
Глава 4
После зимних каникул Саша устроилась стажером в отдел маркетинга финансовой компании в центре города. Работа была несложной. Печатать документы, подписывать, сканировать, копировать, отправлять и получать почту, плюс другие разовые поручения сотрудников отдела. Кто-то сказал бы про Сашу, что ее работа — это перекладывать бумажки в офисе. Так оно и было, но Сашу это не смущало. Эта была ее первая работа, за нее платили. Оформили по трудовой, официально, даже карту зарплатную выдали. И коллектив попался приятный. Немного старше Саши, в среднем — по двадцать пять лет. Ее приняли, как свою. Будто давно ее здесь ждали. Сначала Сашу это насторожило, а потом понравилось. У нее даже появились друзья, с которыми можно ходить на обед и просто говорить. Такие же стажеры, как она сама.
Весной Саша нашла курсы академического рисунка в хорошем учебном центре. Опытные преподаватели обещали подготовить к поступлению даже тех, кто раньше не рисовал. А Саше просто нужно было вспомнить, как это — рисовать. Она так давно не рисовала, что была уверена — не сможет. Она сразу оплатила обучение. Почти всю зарплату оставила. Занятия проходили три раза в неделю. Два урока по вечерам в будни и один на выходных.
Саша рисовала карандашом гипсовый шар, куб, конус, вазу, драпировки… Она уже когда-то рисовала все это. Ей казалось, что она вернулась домой после очень долгого и утомительного путешествия. Делая штриховку, Саша успокаивалась и отдыхала от всего, что произошло за полтора года. Она вдруг поняла, что на верном пути, что она угадала, и что теперь у нее получится все, что она задумала.
Свои рисунки карандашом и углем Саша показала младшей сестре. Даше только исполнилось пятнадцать, и с ней было много проблем. Подростковый период. Если Сашу это обошло стороной, то Даша бунтовала за двоих.
— Ты снова на рисовашку ходишь? — спросила она, разглядывая композицию из гипсовых фигур.
— Да, записалась на курсы. Нормально получилось?
— У тебя и раньше нормально получалось. Лучше б ты на курсы вождения записалась. А то ишь, на рисовашку она ходит.
Саша забрала у сестры рисунки и положила обратно в папку:
— Ладно, проехали.
Она пожалела, что не выдержала и показала рисунки раньше времени. Не нужно было этого делать. Знала, что не поймут, примут за пустую трату времени и денег. Да еще слово такое пренебрежительное — «рисовашка». Саша расстроилась. Ей больше не хотелось ни о чем рассказывать.
Наставником Саше назначили Мишу Алексеева. Он ходил в джинсах и футболках с длинными рукавами. Коротко стриженый, кареглазый и смазливый. Но не такой, как Илья. Рядом с ним он выглядел всего лишь симпатичным простаком.
Наставник говорил очень много и, казалось, был сразу везде. Они сидели через перегородку. Он угощал ее конфетами «Белочка» и присылал смешные мемы в скайп. На столе у Миши стояло два горшка с цветами. Потрепанный декабрист и какой-то неизвестный высокий куст. Миша поливал их водой из стакана. Он точно не помнил, откуда взялись эти растения. Возможно, кто-то из бывших коллег оставил, увольняясь.
Мише было двадцать четыре. Он работал в отделе маркетинга уже два года, любил слова «огонь», «супер» и зеленые яблоки с офисной кухни. Ему доверяли обучать новых стажеров. Миша не был безотказным. Просто ему это нравилось. Саша удивлялась, откуда у него столько энергии.
А еще удивлялась себе — рядом с Мишей почему-то хотелось стать лучше. Больше работать, больше учиться, больше знакомиться и общаться с людьми. Хотелось вылезти из клетки, которая казалась теперь слишком тесной. Рядом с ним Саша как будто становилась больше и лучше. Этот Миша, сам того не зная, выманил Сашу из ее норы. Тихо и спокойно. Саша не заметила, как это случилось. Просто однажды утром проснулась другой.
Они вместе выходили на улицу ровно в двенадцать. Миша — покурить. Саша — купить себе кофе с молоком на первом этаже. С ним было спокойно и просто.
— Откуда у тебя шрам? — спросил Миша, глядя на ее голое плечо.
Было жарко. Саша забыла заклеить шрам пластырем, как делала это раньше.
— Раньше там была надпись «one love», — ответила Саша. — Дурацкая татуировка.
— Ты хотела удалить ее?
Саша кивнула.
— Больно было?
— Скорее страшно. Я напилась и отрезала кусок кожи канцелярским ножом. Всю ванную кровью залила.
— Зачем ты так с собой?
— Я просто хотела забыть, а эта надпись напоминала о нем.
— Недавно читал про американку, которая отрезала кусок кожи с именем бывшего и отправила ему по почте.
— Фу, какая гадость, — смеялась Саша.
На работе и на курсах у Саши постепенно появились подруги и знакомые. Она вновь оживала и приходила в себя, а летом неожиданно для всех поступила на факультет графического дизайна
В сентябре Саша получила новый студенческий билет и зачетку. И только тогда решилась рассказать родным, чтобы отчислилась еще в начале года. Она сама не знала, как ей удавалось столько времени скрывать свое отчисление и работу. Все это время Саша уходила из дома в семь утра, а возвращалась после восьми. Иногда раньше. Так что подозрений не возникло.
— И кем ты будешь работать потом? — спрашивала мама.
— Ты ж работу не найдешь, — вторила Даша. — Знаешь, сколько сейчас этих дизайнеров? Конкуренция огромная, а ты вообще без опыта. И не пробивная совсем. Сложно тебе придется в жизни. Сейчас ведь каждый второй у нас фотограф или дизайнер.
— Но их все-таки меньше, чем экономистов и менеджеров, — неожиданно нашлась Саша. — А хороших дизайнеров еще меньше. Опыт у меня будет.
— Ты просто никогда не искала работу.
Саша вздохнула и промолчала:
— Что ты вздыхаешь? ВУЗ то хоть государственный?
— Государственный.
— Все равно, баловство это, а не профессия. Картинки рисовать. Это все так, хобби. Вот и рисовала бы себе спокойно, после учебы. Почему ты ни с кем не советуешься?
— Да она с детства такая, скрытная.
Разговор был тяжелым, но необходимым. Невозможно долго скрывать то, что важно. Все это незаметно отнимало силы. Саша не рассчитывала, что родные за нее порадуются. Она ожидала, что ее решение сменить институт и учиться на дизайне воспримут в штыки. Она была готова, что придется защищать и защищаться. Себя и свое. Молчать, делать и доказывать. И далеко не один год.