Страница 48 из 88
«Есть люди, к которым я могу обратиться», — перебила его Айви. «Я не хочу, но ничего страшного». Она посмотрела на меня.
Я засомневался, подумав о своем банковском счете. В настоящее время на нем было чуть меньше 3000 фунтов, и с весны его баланс постоянно уменьшался. Я все еще получал небольшие деньги от Эшфордов, которых в прошлом году мне бы хватило, но за последние двенадцать месяцев стоимость жизни резко выросла. Все стало дороже — хлеб, маргарин, курица, овощи, газ, электричество и, прежде всего, аренда, которая съедала почти весь мой доход. В результате сумма на моем счете неуклонно снижалась, и достаточно было одной серьезной чрезвычайной ситуации, чтобы я оказался в затруднительном положении.
Но в конце концов, мое положение не изменилось. Угроза со стороны Крылатых не изменилась. Сиглы, которые я мог получить, участвуя в рейдах, по-прежнему были моим лучшим шансом.
«Будет тяжело, но я справлюсь», — сказал я. «Переходим к пятому этапу».
Несколько секунд мы втроем сидели молча. «Так, твой сигл «железная рука»... — сказал Колин. «Можно мне такой же?»
«Нет».
«Почему?»
«Потому что ты не умеешь направлять».
«Но мой силовой...»
«Твой силовой сигл работает непрерывно», — возразил я. Колин быстро научился пользоваться своим новым сиглом, но я все еще не думал, что он по-настоящему понимает, что он может, а что нет. «Если бы я создал непрерывный сигл железного кулака, он активировался бы всякий раз, когда касался твоей кожи, и если бы заел, то остался активным. Это было бы очень плохо».
«Почему?»
«Потому что твое тело не должно быть твердым и ригидным», — пояснила Айви.
«Когда я выключаю этот сигл после использования, у меня немного покалывает рука», — поделился я. «И я использую его только в течение тридцати-шестидесяти секунд, максимум. Я слышал несколько страшных историй о том, что может случиться, если оставить его включенным слишком надолго». Это была одна из причин, по которой я откладывал создание этого сигла.
«Уверен, есть способ заставить его работать», — сказал Колин.
«Я не буду проводить эксперименты с сиглами Материи, используя тебя в качестве подопытного кролика! Я не хочу объяснять твоему отцу и брату, почему у тебя теперь культя вместо руки!»
«Ладно, ладно. Но я все равно хочу еще один сигл».
«Тогда приложи гребанные усилия и научись направлять энергию, как все мы».
«Ладно», — сказала Айви, отставляя пустой стакан и выпрямляясь. «Пойду лучше обойду свои Колодцы. Если тот, что в Кью, готов, мы могли бы заняться формированием завтра?»
«Эй, эй», — воскликнул Колин. «У меня во вторник последний экзамен по физике».
«Ничего страшного, ты нам для этого не нужен», — ответил я. «Но это должно быть вечером, утром я не могу».
«Почему?» — спросил Колин.
Я вздохнул, поднимаясь на ноги. «Уроки».
В особняке Эшфордов всегда оживленно. Там живут Чарльз, а также мои сводные брата и сестра, Тобиас и Бриджит. К счастью, Люселла переехала оттуда в прошлом году, но Калхун все еще живет там, как и моя мать, когда не пребывает в одной из своих бесконечных командировок. Кроме того, там работает сменный персонал: дворецкий, экономка, повар, садовник, несколько горничных и уборщиц, а также (по словам Бриджит) одна женщина, которая была ее гувернанткой, и мужчина, чья работа заключалась в дрессировке собак. Кроме того, есть люди, которые не являются слугами, но все равно работают в доме на полную ставку: охранники, смотрители огромного колодца Света в задней части особняка и все люди, связанные с семейным бизнесом. В первый раз я посетил особняк в ночь вечеринки и подумал, что вся эта суета была разовой, но чем чаще я туда возвращался, тем больше понимал, что в среднем это место ближе к «многолюдной вечеринке», чем к «пустому зданию». Оно сильно отличалось от тихой квартиры, в которой я вырос.
Однако был один обитатель особняка, которого я никогда не видел. По крайней мере, не видел до того, как моя мать назначила мне встречу с ним. Мой отчим, Магнус Эшфорд-Грассер.
В данный момент мы с Магнусом сидели в комнате на втором этаже особняка, в чем-то вроде отдельной квартиры, которая, насколько я мог судить, предназначалась для Магнуса и моей матери. Комната была кабинетом, хотя и совсем не таким, как у Чарльза. Кабинет Чарльза выглядел большим, просторным и открытым, с картами и чистым письменным столом. Кабинет Магнуса был в три раза меньше и так загроможден, что мне пришлось пробираться от двери до кресла; стопки бумаг, компьютерное оборудование и коробки, наполненные безделушками, теснились на месте с диваном, двумя креслами и старым тренажером. Каждая плоская поверхность была завалена материалами для чтения, а также полудюжиной комнатных растений и разбросанными старыми чашками для чая и кофе. Единственное, что было общего между этими двумя кабинетами, — это количество книг на полках. По сравнению с кабинетом Чарльза, кабинет Магнуса казался уютнее, но у меня было ощущение, что если бы мне пришлось здесь жить, то через некоторое время этот беспорядок свел бы меня с ума.
«... как часть общей тенденции в британской экономике к финансиализации», — говорил Магнус.
«Что такое финансиализация?» — спросил я.
«Мне показалось, ты сказал, что прочитал книгу, которую я дал тебе на прошлой неделе?»
«Э-э», — протянул я. «Частично». Я пытался, но это было невероятно скучно, не говоря уже о том, что настолько запутанно, что домашнее задание по теологии отца Хоука выглядело простым. Либо финансы - это действительно сложная штука, либо люди, которые пишут об этом книги, просто очень плохо умеют все объяснять.
Магнус слегка откинулся на спинку кресла. Моему отчиму около сорока пяти лет, он худощав и немного ниже среднего роста, с черными волосами, в которых виднелись первые следы седины. У него имелась осторожная, точная манера говорить, четко разделяя каждое слово, и голубые глаза, которые останавливались на вас, когда он говорил, как бы оценивая вашу реакцию на сказанное. «В данном контексте, — вещал Магнус, — финансиализация означает, что дома и корпорации Друкрафта начали получать все меньше и меньше доходов от сиглов и все больше и больше — от финансов. Частично в форме планов оплаты сиглов, но также и от прямой купли-продажи ценных бумаг. В 1990-е годы многие корпорации и Дома пришли к выводу, что доходность, которую они могли получить от этих финансовых инструментов, была выше, чем все, что они могли получить от торговли материальными ценностями, такими как сиглы и Колодцы».
«Хорошо...»