Обучение в Тени

Глава 15

Было утро четверга на третьей неделе января. Светило солнце, но на крышах лежал иней. Прошлая ночь выдалась ужасной; домовладелец так и не починил котел, и когда наступило утро, я не смог выйти на четырехчасовую смену по поиску в погоду с нулевым градусом. Вместо этого я сидел на кровати, прислонившись спиной к стене и укутавшись в одеяло, и смотрел на свою повязку и Сигл светоусиления. Я разложил их на матрасе и пытался придумать, как их совместить.

Как способ видеть в темноте, мой новый сигл отлично подходил - это была маленькая бледная сфера, которая работала точно по назначению, усиливая входящий свет, чтобы в затемненной комнате было светло как днем. Проблема заключалась в его креплении. Сигл усиления нужно было носить рядом с глазами, чем ближе, тем лучше, и проблема заключалась в том, что мой сигл зрения, который позволял мне видеть, будучи невидимым, превращая ультрафиолетовый свет в видимый глазом, тоже нужно было носить рядом с глазами. А если я закреплял оба сигла на одной повязке, возникали проблемы с утечкой эссенции, предназначенной для одного сигла, в другой.

Я мог решить эту проблему, раздвинув их, расположив один над правым глазом, а другой - над левым, но тогда они оба оказывались смещенными от центра, что не было такой уж большой проблемой для сигла зрения, но сильно мешало сиглу усиления. Самым простым решением было закрепить их на двух разных головных повязках и надевать только одну, но я все время помнил ту засаду на футбольном поле, когда мне пришлось доставать из кармана свой Сигл зрения. Лишние секунды, необходимые для смены повязки, могли стоить мне жизни.

Мог ли я придумать, как сделать какой-то суперсигл, сочетающий в себе действие обоих? Нет, они оба делали совершенно разные вещи: один изменял частоту света, а другой усиливал его. Я не мог придумать ни одного эффекта, который бы сочетал в себе оба...

Я вздохнул. Неудивительно, что Эшфорды покупали свои сиглы на Бирже. Делать все это в одиночку было очень сложно.

Зажужжал телефон, и я взглянул на него. Может, это Колин спрашивает о...

Байрон: Привет, Стивен. Как дела?

Байрон: Я давно от тебя ничего не слышал.

Я сделал паузу.

Первым моим побуждением было отправить ответное сообщение в сдержанно-вежливой форме - это был тот самый шанс, которого я ждал. Но... нет. Я не хотел показаться слишком нетерпеливым.

Я взял телефон, набрал "Да, для этого есть причина" и нажал "Отправить". Сообщение исчезло, и я сел ждать.

Через минуту мой телефон пиликнул.

Байрон: Так подозрительно. Что я тебе такого сделал?

Стивен: Вы? Пока ничего. Ваш приятель - это другая история.

Байрон: Какой приятель?

Стивен: Парень лет двадцати, худощавый, носит сигл Силы?

Байрон: Я не уверен, кого ты имеешь в виду.

Стивен: После нашего сентябрьского разговора он появился в моем районе и попытался проделать во мне несколько дырок. Это сужает круг подозреваемых?

Несколько секунд ответа не было, потом зазвонил телефон. На экране появилась надпись "Номер не определен".

Я позволил ему звонить. Телефон прозвонил пятнадцать или двадцать гудков и замолчал. Потом зазвонил снова.

Я приготовился ждать.

Телефон, наконец, перестал звонить и почти сразу же пришло сообщение.

Байрон: Возьми трубку.

Стивен: Нет.

Байрон: Я серьезно.

Стивен: Я занят.

Наступила пауза. Значок набора текста несколько раз появлялся и исчезал, пока я наблюдал.

Байрон: Обещаю, что я не лгу и ничего не скрываю, когда говорю, что не имею к этому никакого отношения.

Стивен: Что ж, рад за вас, но ваш приятель ясно дал понять, что, если я не буду держаться подальше, он разорвет меня на куски и запихнет их мне в глотку. Так что я не понимаю, какое это имеет значение.

Байрон: Это будет иметь большое значение, причем совсем скоро. Давай встретимся на выходные.

Стивен: Думаю, я пас.

Байрон: Нападение на тебя произошло без моего ведома. Приходи, и я позабочусь о том, чтобы это не повторилось.

Я опустил взгляд на свой телефон, размышляя. Вероятно, в тот момент я вел себя достаточно неохотно, чтобы заставить Байрона поверить, что я напуган. На самом же деле я больше всего беспокоился не об этом парне. Да, он был мерзким, но к этому моменту я вполне понимал, на что он способен. Не то чтобы я хотел, чтобы он выслеживал меня в третьем раунде, но если бы я действительно думал, что это поможет мне найти отца, я сделал бы это не задумываясь. Так что, хотя предложение Байрона приструнить этого парня было приятным, это было не то, что меня действительно волновало.

Но, похоже, это было все, что я мог получить. Я набрал "Отлично" на телефоне, затем бросил его на кровать, прислонился спиной к стене, плотнее закутался в одеяло и со вздохом закрыл глаза. Мне совершенно этого не хотелось. Я знал, как справиться с тем, кто устроил на меня засаду. Байрон был проблемой совсем другого рода, и что-то подсказывало мне, что он гораздо опаснее.

В прошлый раз Байрон позволил мне выбрать время и место, предположительно потому, что хотел, чтобы я чувствовал себя в безопасности. В этот раз он не спросил моего мнения ни о том, ни о другом. У меня возникло ощущение, что так проявляется его истинная сущность.

Место, которое выбрал Байрон, было винным баром рядом со станцией Хэмпстед-Хит. Он находился менее чем в ста ярдах от дома, где на меня напал тот парень; более того, я был уверен, что пробежал мимо него во время своего побега. В ту субботу, в половине первого пополудни, я толкнул дверь и вошел.

Бар был длинным и узким, с голыми кирпичными стенами, которые так и остались неокрашенными. На столах с черными столешницами поблескивали огромные бокалы. Я увидел, как кто-то машет мне с заднего конца бара, и подошел к нему. "Вот и ты, - поприветствовал меня Байрон, когда я подошел. "Ты определенно не торопился".

Байрон был одет в свой обычный дорогой костюм и сидел в углу одной из кабинок, прислонившись к стене. Он улыбался и, казалось, был в лучшем настроении, чем во время нашего телефонного разговора.