Обучение в Тени

"Но ведь вы предложили ей такую же сделку, верно? И что же произошло?"

"Люселла стала младшим членом, а со временем и полноправным членом "Крылатых"".

"Она, похоже, не очень обрадовалась, когда вы сделали мне такое же предложение".

"Люселла - самостоятельный человек", - сказал Байрон. В его голосе звучало пренебрежение, он снова держал себя в руках. "Она работает над достижением наших целей по-своему. На твоем месте я бы не слишком беспокоился о ней".

Забавно, потому что она сказала мне, что, если я не буду держаться от тебя подальше, она заставит меня пожалеть, что я вообще родился на свет. Значит, было что-то еще, о чем Байрон мне не говорил.

Это был последний толчок, который мне был нужен. На самом деле, я уже принял решение, и это только упростило задачу. Вся эта затея с Байроном дурно пахла во всех возможных смыслах. "Пожалуй, я скажу "нет"", - ответил я ему.

Байрон несколько секунд изучал меня. "Почему?"

Я пожал плечами.

"Я имею в виду, это немного странно", - сказал Байрон. "Насколько я слышал, тебе сейчас нелегко. Я предлагаю тебе выход".

"Я знаю".

"Это очень щедрое предложение".

"Мой отец всегда говорил мне, - заметил я, - что если сделка кажется слишком хорошей, чтобы быть правдой, то обычно так оно и есть".

"Ах, да, твой отец", - протянул Байрон. "Что ж, если это твой выбор, я не стану тебя заставлять. Однако скажи мне одну вещь. Почему ты так озабочен его поисками?"

Это застало меня врасплох. "Что?"

"Ребенок, пытающийся найти своих родителей, - это одно. А ты уже взрослый".

"Он все еще мой отец".

"То, что он твой отец, не означает, что ты должен посвятить ему свою жизнь".

Я нахмурился.

"Я имею в виду, это очень благородно, что ты продолжаешь искать", - заметил Байрон. "Но после определенного момента, не кажется ли тебе, что стоит все переосмыслить? Насколько я понимаю, оба твоих родителя уехали. Ты им ничем не обязан".

"Мой отец не уезжал", - рефлекторно сказал я.

"Это не было оскорблением", - произнес Байрон, качая головой. "Многие дети растут в ловушке родительских ожиданий, их мир сужается, а выбор ограничивается год за годом. И только отделившись от них, они оглядываются назад и видят все, что упустили. Но у тебя была возможность свободно развиваться, все делать самостоятельно. Уверен, это было непросто, но, если честно, я тебе завидую. Хотел бы я иметь такую же возможность".

Я удивленно посмотрел на Байрона. У него было отрешенное выражение лица, и он еще мгновение смотрел в пространство, прежде чем, казалось, вернулся к реальности. "Значит, все еще нет?" - спросил он меня.

Я поколебался, потом кивнул.

"Ну что ж", - сказал Байрон. Он не выглядел расстроенным. "Если поначалу ничего не получается, и все такое. И должен признать, что этот способ гораздо интереснее. Сейчас у меня больше претендентов, чем я знаю, что с ними делать. Приятная перемена - снова приходится работать ради этого". Он улыбнулся про себя, словно какой-то своей шутке. "Людям нужен вызов, чтобы испытать себя, не так ли?"

"Хм", - произнес я. "Наверное?"

"Что ж, я получил удовольствие от нашей беседы", - сказал Байрон. Он поднялся на ноги. "Если захочешь узнать больше о своем отце, обращайся. И если передумаешь, предложение остается в силе. Но оно не будет оставаться в силе вечно". Он любезно кивнул мне. "До встречи".

Байрон ушел. Я смотрел, как он спускается по лестнице, а когда он ушел, встал и сделал пару шагов к окну.

Меня привлекло движение. Женщина - девушка? - повернулась и побежала по тротуару, запихивая что-то в карман. Я смотрел ей вслед, наблюдая, как она зигзагами пробирается сквозь толпу, пока не исчезла из виду.

Я лишь мельком увидел ее лицо, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы сопоставить его с ее движениями. Люселла. Это была Люселла.

Я нахмурился, размышляя, стоит ли мне преследовать ее, но она уже исчезла, и я знал, что никогда ее не догоню. Что Люселла делала здесь?

Я прокрутил в памяти этот момент. Я не разглядел как следует, но чем больше думал об этом, тем больше мне казалось, что та штука, которую она засовывала в карман, была мобильным телефоном. С этого места на тротуаре она как раз могла видеть меня и Байрона через окно.

Внизу, на тротуаре, освещенном полуденным солнцем, появился Байрон. Он повернулся в сторону, противоположную той, в которую ушла Люселла, и зашагал по дороге. Я, нахмурившись, смотрел ему вслед, пока он тоже не исчез из виду. Только когда стало ясно, что все остальные ушли, я покинул ресторан и направился домой, все время оглядываясь.