Страница 81 из 92
Бам! Он напряг ноги и изо всех сил рванул вперёд, чтобы выиграть хотя бы один шаг.
Между ними оставалось около семи метров.
Камидзё мог преодолеть это расстояние за два-три шага, но на лице Агнес не было ни малейшей тревоги. Вероятно, она решила, что если он двинется прямо на неё, то предсказать его действия будет легко. Она крепко обхватила посох обеими руками и врезала им по полу, словно раскалывала арбуз.
Раздался тяжёлый звук столкновения: бах.
Если бы удар пришёлся прямо сверху, он наверняка расколол бы ему череп.
Однако…
Эта атака…
Камидзё резко остановился.
Она предугадала его движение на один шаг вперёд. Значит, если он не сделает следующий шаг, удар его не заденет.
…Вот чего я ждал!!
Он сжал правую руку в кулак и ударил прямо в пространство, находившееся на один шаг впереди него.
Плоп!! Раздался грохот, похожий на лопнувший воздушный шарик. Казалось, будто лопнул огромный невидимый мыльный пузырь, а удар, который должен был попасть в Камидзё, развеялся без следа.
— А?!
Агнес, профессионал своего дела, должна была понять, что только что произошло, лучше, чем Камидзё, дилетант.
Он помчался прямо через освободившееся пространство, словно пуля.
Она поспешно попыталась снова взмахнуть посохом с ангелом.
Но из-за непредвиденной ситуации не смогла вложить в движение столько силы, сколько хотела…
…Камидзё ворвался в пределы досягаемости…
…посох Агнес наконец ударил по мраморной колонне…
…голова Камидзё резко дёрнулась в сторону с пронзительным звуком…
…но даже тогда…
…он так и не разжал кулак.
Раздался резкий удар: бах!!
Спина Агнес Санктис врезалась в мраморную колонну позади неё.
Её сознание помутилось.
Разум словно проваливался в пустоту, постепенно поднимая из глубин осколки воспоминаний, которые она считала давно запечатанными.
Гх…а…Ам…Неужели я…?
Агнес отчаянно пыталась удержать их, но желание блевать поднималось из желудка, словно извергающаяся магма, и не позволяло ей этого сделать.
…вернуться…назад?
Она вспомнила переулок в Милане. Солнечный свет полностью заслоняли туристические кварталы, а по кирпичной мостовой ползали люди, мыши, мухи и слизни — все вместе. Жалкая кучка тех, кому не осталось никакой надежды.
Снова…туда?
Воспоминания взорвались. Их осколки разрывали ей сердце. За рестораном. В мусорном баке. Она счищала слизней с выброшенного мяса. Отряхивала шерсть с трупиков мышей. Отрывала крылья тараканам. Хлюп, хлюп. Хлюп, хлюп. Она жевала. Жевала. Жевала — день за днём.
Нет…нет…
Её собственные слова вернули ей ясность зрения.
Оружие, которое она держала, начало выскальзывать из обессиленных пальцев. Это был нож, которым она повреждала посох с ангелом. Символ её битвы, оружие, предназначенное для победы над врагами, выпало из её рук и со звоном упало на пол.
Однако…
Однако даже без ножа она ни за что, никогда не отпустит этот посох.
Нет, нет! Ни за что…Я никогда…не вернусь…!!
Гкк. Она напрягла руки и стиснула серебряный посох так, словно собиралась раздавить его.
Сознание вернулось.
К ней вернулась воля к борьбе.
—!!
Тома Камидзё и Агнес Санктис посмотрели друг на друга.
Между ними было около пяти метров. Это расстояние можно было преодолеть в мгновение ока — кулаком в ближнем бою или посохом на дальней дистанции. Их противостояние напоминало дуэль на мечах в историческом фильме или состязание в скорости выхватывания оружия в вестерне.
Пот медленно стекал по их щекам…
Нервы и разум обоих словно обжигало жаром…
Дыхание обоих внезапно замерло…
— Хм.
Затем Агнес недовольно фыркнула и неожиданно опустила посох, выйдя из боевой стойки. Более того, она отвела взгляд от Камидзё и осмотрела помещение.
Это был шанс, но Камидзё не собирался так просто бросаться вперёд. Он пытался обнаружить опасность, которая могла скрываться за этой возможностью. Агнес перевела на него глаза, не поворачивая головы.
— Мне очень жаль. Ты, похоже, изо всех сил стараешься и всё такое, но, кажется, всё уже закончилось.
На мгновение он не понял, что она сказала.
Через несколько секунд до него дошёл смысл.
Не было слышно ни звука. В Церкви Бракосочетания воцарилась тишина. Все без исключения шумы полностью исчезли. Казалось, будто он один стоит посреди закрытого кинозала. Тишина оглушала и пронзала грудь.
И дело было не только в том, что они с Агнес перестали двигаться.
Снаружи…
Римские православные монахини — целых двести пятьдесят женщин — и смешанный отряд английских пуритан и амакуса, едва насчитывавший больше пятидесяти человек. Снаружи Церкви Бракосочетания должны были находиться более трёхсот бойцов, но все звуки и отголоски вокруг них совершенно исчезли.
Этот факт означал, что…
Это означало…
«…………………………………………………………………………………………»
По всему телу Камидзё вспыхнула пронзительная боль.
Словно желая навеки покончить с этой болью, Агнес Санктис сделала ещё одно заявление: — Похоже, вы решили, что они будут держаться изо всех сил в качестве приманки, пока вы победите меня, их командира… — произнесла она, насмехаясь над ним, отчитывая его и в конце концов выражая даже некоторое сочувствие. — …Но, похоже, всё закончилось гораздо прозаичнее, чем та иллюзия, за которой вы гнались.
Камидзё услышал её слова.
Он слушал их, забыв даже о дыхании.
Напряжение покинуло его сжатый кулак. Причина, по которой он сражался, исчезла. Он стоял ошеломлённый, словно хотел сказать, что у него больше нет даже повода оставаться здесь.
В глубине его сознания начали возникать лица людей.
А затем, словно раздавив их зубами, он произнёс:
— Да…
И наконец, с абсолютной уверенностью, заявил:
— Ты права. Твоя иллюзия закончилась, Агнес Санктис.
Она нахмурилась, недоумённо сморщив лицо.
Бах!! — за спиной Камидзё распахнулись обе створки дверей Церкви Бракосочетания.
Агнес Санктис, не сводившая с него глаз, увидела происходящее у него за плечом.
Робко, испуганно она увидела то, что находилось там.
Силуэты, входившие через главный вход Церкви Бракосочетания, принадлежали не знакомым ей подчинённым. Это были Индекс Запретных Книг и Стайл Магнус из английского пуританства, а также Сайдзи Татэмия из Амакусской церкви крестоверия. Он нёс на руках Орсолу Аквинас, а за ним шли его товарищи.
И ещё один человек.
Рядом со Стайлом стоял гуманоидный монстр, окутанный оранжевым пламенем.
Агнес не знала, что это за чудовище.
Но тот, кто знал его, назвал бы его следующим именем:
Король-охотник на ведьм, Инноцентиус.
Громадина из огня, пылающего при температуре более трёх тысяч градусов Цельсия. Существо, которое вновь и вновь проходило цикл взрыва и возрождения. Оно плавило и обращало в пепел любые атаки и препятствия, мешавшие уничтожить противника. Это было атакующее заклинание боевого мага, который не отступал от своего убеждения: лучшая защита — это нападение.