Освобождённый меч

"Когда-то у меня была семья", - вздохнула Берис. "Они считают меня мертвой. Я понимаю желание пощадить их, Альф. Нам невероятно повезло, нам девятерым, нас благословила судьба. Мы все похоронили друзей в пути. Мы все видели, чего стоит этот поход". Она села обратно и взяла Альфа за руку. "Знаешь, я, пожалуй, знаю Ольву лучше тебя. Мои шпионы следят за ней уже много лет. Она крутая, Альф. Черт возьми, я подумывала завербовать ее в дело, но решила не делать этого. Все наши прорицания говорили нам, что в Эрсфеле есть Заступник". Берис изучала лицо Альфа. "Но это не то. Что еще?"

"Я убил Пейра". Слова вырвались сами собой.

"Ты... о, ты имеешь в виду двадцать лет назад? Альф, ты спас нас всех. Ты убил лорда Боуна. Пейр - он знал, что делал, когда сказал нам бежать. Он удерживал Боуна на расстоянии, чтобы мы могли сбежать, а ты - разбить сосуд. Он знал, Альф".

"Он не говорил нам бежать", - сказал Альф. "Он кричал на меня. Я не мог расслышать его как следует - из-за всех этих эльфов-колдунов, кричащих на нас, и демонов, и всего остального. Я подумал, что он сказал нам бежать, и побежал. И вы все последовали за мной".

"Конечно. Мы доверяли тебе", - пробормотала Берис.

"А потом Блейз велел мне проткнуть сосуд Разрушителем Чар. Я не понимал, что это даст". Его желудок скрутило. "Во всех песнях говорится, что я спас мир этим ударом, а я даже не обратил внимания. Блейз сказал мне нанести удар, и я его нанес". Он поднял глаза на Берис. "Мне всегда было интересно, что на самом деле кричал Пейр. Раньше мне снились кошмары, что он призывает нас сражаться, сделать еще один рывок. Потом я убедил себя, что это не имеет значения, что так и должно было быть. Но теперь..."

"Теперь он снова жив. Ты спрашивал его?"

"Не знаю, насколько Дервин помнит о Пейре - может быть, это просто какая-то часть его души. Талис - дочь Турна - я видел, как она металась между собой и Смертью. В один момент она рассказывала о событиях, произошедших тысячи лет назад, а в другой - была просто ребенком".

"Если бы это был кто-то другой, кроме Пейра, Альф, я бы забеспокоилась. Но это Пейр". Она отпила еще. "Знаешь, я рассказала ему. В последнюю ночь перед тем, как мы сразились с Боуном, я призналась".

"Что ты имеешь в виду?"

"Я рассказала Пейру все. Что я была бунтарем, поклялась уничтожить лордов Саммерсвелла и свергнуть Эрлкинга. Я сказала ему, что все, что он знал с детства, было ложью, и что Лесные эльфы манипулируют всем, и что я не думаю, что наша сторона намного лучше, чем лорд Боун. Я рассказала ему все секреты, которые скрывала от всех вас". Берис, казалось, была поражена собственной смелостью. "Он был сыном лорда Бессимера - и я рассказала ему, что его семья - кровавые марионетки эльфов. Он был паладином, и я сказала ему, что все в его вере - обман. Я думала, он отвернется от меня или, по крайней мере, отправится к Лаэрлин с моими обвинениями в адрес ее отца. Но он этого не сделал".

"И что же он сказал?"

"Он сказал, что не может мне поверить, но что доверяет мне и сохранит мой секрет. И что если это правда, и Эрлкинг - тайный тиран, то он повернется и сразится с Эвервудом, как только мы победим Некрад". Таким был Пейр. Мы столкнулись с безнадежными трудностями, а он был готов взвалить на себя еще одну гору обязанностей, потому что так будет правильно". Она подняла бутылку в знак приветствия. "И ты говоришь, что он вернулся".

"В Некраде его называют Некоронованным Королем. Он послал меня найти тебя".

Берис погладила ножны Разрушителя Чар. "И он прислал нам это".

Дверь древнего храма распахнулась, и в комнату вошел огромный человек. Он был облачен в тяжелые доспехи, а лицо скрывал устрашающий шлем. На плаще был изображен знак черной птицы на белом поле, а в руке он держал черный меч.

Он был похож на Ламмергейра больше, чем Альф когда-либо в своей жизни.

Великан сорвал с себя шлем. При других обстоятельствах его можно было бы назвать красивым мужчиной с аккуратно подстриженной бородой и благородными чертами лица, но из пореза на лбу обильно текла кровь, а на губе красовался ужасный синяк.

"Армек, - поприветствовала Берис, - садись с нами. Мне не терпелось познакомить вас двоих".

"Четыре мертвеца, Берис!" - выплюнул Армек. В его акценте было что-то от жителя Западных Маршей. "В городе переполох. Они напали на убежище на Свечной улице и на таверну на Веймит. И во всем виноват этот болван!"

Армек в ярости пересек комнату, протягивая руку, чтобы схватить Альфа за шиворот, и замер, почувствовав холодный металл ножа Берис у своего горла. Может, воровка и была стара, но ее рефлексы по-прежнему были быстры, как у змеи. "Армек. Посиди с нами. Выпей".

Армех нехотя сел напротив Альфа, на его лице была написана ярость. "Четверо мертвы, Берис. И еще больше погибнут, или их заберут рейнджеры. И не наемники, как тот бедняга, которого они поймали на прошлой неделе, а наши друзья, верные слуги дела. Нам нужно переезжать".

"Я думал, в этом помещении безопасно", - сказал Альф.

"Так и есть". Берис снова села, легким движением руки заменив нож кубком с вином. "Он имеет в виду, что надо уезжать из Ардена. Мы отправляемся в другое место".

"Илавентур? Я получил сообщение от лорда Брачана с просьбой приехать на юг".

"Возможно”, - улыбнулась Берис, салютуя Альфу кубком с вином.

"Ничего ему не говори", - настаивал Армек. "Он и так уже причинил достаточно вреда".

"Альф не мог знать, что рейнджеры нашли Отроана". Берис вздохнула. "Поверь мне, когда я скажу, что он был осторожен по меркам Альфа".

"Что такое ты говоришь?" - спросил Армек, поворачиваясь к Берис. "Если бы это сделал кто-то другой, ты бы уже скормила его воронам. Но он..."

"Я не хотел причинить вреда", - сказал Альф. Он налил Армеку вина, но тот не притронулся к кубку.

"То, что ты хотел, ничего не значит. Важно лишь то, что ты сделал. Я знаю тебя, Ламмергейр. Не легенду - Берис рассказала мне все о Девяти".

"Не все", - пробормотала Берис.

"Она сказала, что на тебя нельзя положиться. Она сказала, что ты не присоединишься к нашему делу".

"Я сказала, что не осмелюсь подойти к нему, - вмешалась Берис, - пока все не будет готово. Альф, я говорила тебе в Некраде, что это последний шанс человечества восстать против Эрлкинга. Момент для удара настал. Ты с нами? Некрад с нами?"