Освобождённый меч

"Разве мы не можем послать наших собственных шпионов на юг?" - спросила она. "К лорду Брачану возможно? Они могли бы передать сообщение Альфу..."

"Если он еще жив", - пробормотал Тредей.

"Или хотя бы узнать, что происходит?"

"Кого бы нам послать?" - спросил Блейз. "У нас на службе мало надежных людей, и ни один из них не подходит для такой задачи. Пойманного шпиона могут обратить и использовать против нас".

"А как насчет Ильдорэ?" - спросил Данвельд. Все повернулись, чтобы посмотреть на сына Дуны, и даже мальчик, казалось, был удивлен, что заговорил. Он прикрыл рот рукой.

Тредей кивнул. "Она и раньше тайно посещала южные земли и, вероятно, сможет найти Ламмергейра. Это достойная мысль".

Леди Эрдис нахмурилась. "Она искалечила моего сына и напала на мой дом. Я бы решила, что ее следует наказать, а не поручать ей такую миссию. Но, с другой стороны, вы дали ей место в этом совете, так что очевидно..." Она сглотнула. "Очевидно, что Некоронованный Король снисходителен". Ольва догадалась, что Эрдис не собиралась выступать против эльфийки-колдуньи, но статус Ильдорэ явно ее раздражал. Та завоевала доверие Альфа, потому что тоже сражалась против лорда Боуна, а Альф всегда доверял ветерану той войны больше, чем кому-либо еще.

"Где Ильдорэ?" - спросил Дервин.

"На эльфа-колдуна в Вольностях напало порождение Ям", - ответила Ольва. "Она отправилась на охоту за ним."

"Врата в Ямы должны быть запечатаны, но охотники за реликвиями подобны мышам", - фыркнул Тредей. "Они прогрызают себе путь повсюду. А без Ламмергейра и Перевертыша Лата, сдерживающих порождения Ям, мы можем ожидать новые вторжения снизу".

"Нет. Я овладел заклинаниями лорда Боуна", - сказал Блейз. "Я повелеваю порождениями Ям. Они не выйдут без моего разрешения. Так что то, что поразило эльфа, не было их созданием".

Голова Скеррис резко повернулась, чтобы посмотреть на Блейза, и воздух затрещал от какого–то невидимого магического разговора - или конфликта. Все остальные неловко зашевелились, психическая волна напоминала давление в воздухе перед бурей. Только Дервин казался невозмутимым.

"Даже заклинания лорда Боуна, - пробормотал Тредей, - не были непогрешимыми".

"А мои - да", - заметил Блейз. Он взглянул на ватлинга с такой силой, что у Тредея по коже побежали мурашки.

Настроение в комнате испортилось. Это было удручающе после победы над Вондом и известий о победе в Ардене.

"Я поговорю с Ильдорэ", - кивнула Ольва. "Что еще?"

"Церкви Заступников, - сказал лорд Бессимер, - я прошу восстановить их".

"Заступники не имеют здесь власти". В голосе Блейза звучало раздражение. "Церкви бессмысленны".

"Я знаю, - ответил Бессимер, - что молитвы и мольбы остаются неуслышанными в этом городе, и что глаза Заступников не видят темных дел, окутанных некромиазмом. Но вера - это не сделка. Мы воздаем хвалу Заступникам не только в надежде на награду. Через них мы чтим божественный свет, который находится за пределами понимания".

"Может быть, вашего понимания", - огрызнулся Блейз.

Бессимер протянул руку к Дервину. "Ты говоришь, что Некрад должен быть искуплен, превращен в нечто достойное. Уже прибыли первые из тех, кто бежал от войны в Саммерсвелле, и за ними последуют еще. Чтобы приветствовать их, чтобы они воздали благодарность по обычаям своего народа. Пусть твое имя услышат Заступники, чтобы они могли разнести весть об искуплении Некрада по всем уголкам мира".

"Дуракам и глупцам. Заступники - орудие нашего врага", - сказал Блейз. "Мы не будем..."

"Простите." Эрдис встала, ее стул заскрежетал по полу. "Мне нездоровится. Думаю, мне нужен свежий воздух". Она поспешила выйти из комнаты.

"Давайте все немного отдохнем", - сказала Ольва.

Она нашла Эрдис, вышагивающую по коридору.

"Простите меня, леди Форстер, - сказала Эрдис, - это было недостойно меня. Все эти разговоры о Заступниках и эльфийке-колдунье заставили меня вспомнить о недавних горестях. Я так много потеряла, и боюсь, что то, что осталось, тоже может ускользнуть".

"Прощать нечего". Ольва повела Эрдис к ближайшей скамье. Странно, подумала она, что проходящий мимо незнакомец мог бы счесть их похожими. Ведь и она, и Эрдис были богато одеты, хотя одежда Ольвы больше походила на одежду эльфов-колдунов: затейливые кружева и украшения вместо шерстяного плаща и мехов, окрашенных в черный цвет, которые носила Эрдис. Но они были одного возраста, обе овдовели, обе несли двойное бремя - лидерства в неопределенное время и сына, который ушел за край Серых земель и вернулся благодаря магии. Если бы судьба сложилась иначе, они могли бы стать сестрами - давным-давно ее отец, лорд Брачан, предложил Альфу руку и сердце Эрдис, но тот отказался.

Еще одно доказательство, как будто оно мне нужно, что Альф - идиот.

"Я не могу дышать в этом городе", - тихо сказала Эрдис. "Как будто невидимая рука все время сжимает мне горло. Помню, когда я впервые приехала сюда, всего через несколько недель после окончания войны, я думала, что это дым от Каменных Драконов, и что скоро все рассеется. Но этого никогда не происходит". Она взглянула на Ольву. "В Атаре воздух чист".

"Скоро вы сможете вернуться домой".

"Есть ли новости об Альфрике?" - спросила Эрдис.

"Полагаю, никаких". Что-то в голосе Ольвы выдало ее страх.

"Мой отец всегда говорил, что Альфрик самый грозный боец, которого он когда-либо видел, и это без Разрушителя Чар".

"Да."

"Я была разочарована, когда впервые встретила его. Я слышала песни и ожидала увидеть славного рыцаря, красивого и с душой поэта. Вместо этого отец показал мне этого... волосатого великана".

"С душой репы".

"Это несправедливо. Может быть, с душой пахаря. Я всегда считала, что Ламмергейр - неудачное прозвище для Альфрика. Стервятники - оппортунисты. Альф избегал возможностей". Эрдис вздохнула. "Я должна быть благодарна ему за это. Вместо него отец выдал меня замуж за Дуну, и, каковы бы ни были его прочие недостатки, Дуна знал, когда нужно опустить меч и жить. И я была рада покончить с Саммерсвеллом".

Это удивило Ольву. При всем их нынешнем сходстве они пришли сюда совершенно разными дорогами. Ольва была дочерью крестьян, Эрдис - дочерью лордов. Ольва недавно надела костюм правительницы, но Эрдис была воспитана для этой роли.