Страница 69 из 74
— Так что не паникуй, Смирнов. Она может и сама подсказать тебе это. Слаймы гораздо умнее, чем кажутся. Ну и я тебе помогу. Мы попробуем найти её главный раздражитель. Вместе.
После этого разговора Костя заметно приободрился. Мы вместе отправились в столовую. Смирнов повеселел, уселся в общей компании, не отдельно.
Я же насыпал своим зверятам корма, переключился на то, что принёс Бурбур.
— Спасибо, здоровяк, — кивнул я ухалю.
— Бур-бур! — махнул мне хоботом тапироид, и это могло означать всё, что угодно. Начиная от «На здоровье» и заканчивая «Молчи и жри, что дают, умник».
Хотя по доброму взгляду существа я понял, что он имел в виду скорее первый вариант. По крайней мере мне так хочется думать.
Я взглянул на поднос и оценил старания Раисы Павловны. Она превзошла все мои ожидания. Суп без жировой плёнки, лишь с крапинками жира. Лапша, кусочки куриной грудки. На второе чечевичная каша с варёной говядиной. Всё по высшему разряду. И вкусно, и питательно, и не жирно, как прежде. Запил я довольно плотный обед сливово-виноградным компотом, в котором еле угадывался сахар.
Остаток тренировочного времени я решил посвятить двум основным задачам: поиску главного раздражителя Желешки и ускорению адаптации к триггерам всех питомцев, иначе называемую катализатором. И к первой задаче я собирался подключить усатого помощника.
Прошёл я по коридору, усмехнулся, замечая разбросанные пионы. На этот раз Василию досталось похлеще. Отстегала его Кира букетом по полной. Явно решила тем самым поставить жирную точку на их прошлых отношениях.
И баба Зина ещё не увидела этот бардак. Иначе бы Темников уже бы ползал на коленях, собирая поломанные цветы под мрачным взглядом уборщицы.
Пока Ветров, Савельева и Соколова разминались в центре зала, мы с Костей и Желешкой отошли в дальний угол, подальше от посторонних глаз.
— Ну что, Смирнов, — я потёр руки. — Начнём поиск. Настраивайся на канал Сопряжения. Прям вгружайся в него. Мне нужно, чтобы ты передал, если будет резкий звук, который ты ещё от неё не слышал.
Понятно, что колебания Ядра он не мог передать. Но всё же связь между ним и питомицей была довольно крепкой. Уловить посторонний шум он точно может. И если мы найдём главный раздражитель, Желешка отреагирует. Совсем иначе, нежели раньше.
Костя сосредоточенно кивнул, сделал каменное лицо и сел на корточки перед Желешкой. Затем положил ладонь на её желеобразный колыхнувшийся бок. Закрыл глаза, чтобы лучше сконцентрироваться.
Я выудил из кармана барона Сверчанского, который до этого мирно посапывал.
— Барон, просыпаемся. Теперь твой выход, — погромче обратился я к сверчку, чтобы он не пропустил ни слова. Усадил его между собой и Желешкой. — Слушай внимательно и переводи. Нам нужна любая зацепка.
Барон зевнул, деловито поправил усы, откашлялся и уставился на булькающую массу.
— Тэк-с. Желейная мадемуазель… э-э… транслирует сплошную околесицу, командир, — неуверенно застрекотал Сверчанский, наклоняя усы к слайму. — Булькает, словно бражка в початой фляге. Но суть я уловил: жалуется на акустические удары. Говорит, от резких интонаций у неё весь холодец трясётся, никакого внутреннего равновесия.
— Звуки? Отлично. Проверим, — я обернулся и махнул рукой. — Ветров! Ко мне! С телефоном!
Дэнни, который как раз пытался заставить Неона прыгнуть через барьер, радостно бросил это унылое занятие и рысцой подбежал к нам. Мажор мгновенно оценил ситуацию, плотоядно ухмыльнулся, доставая свой навороченный смартфон.
— Хе-хе, ну что, Костян. Сейчас я напугаю твоё желе, — злорадно пообещал Ветров, предвкушая процесс. — У меня тут плейлисты на все случаи жизни.
Дэнни поднёс динамик телефона к тихо забулькавшей Желешке. Врубил на полную мощность забористое техно.
Слайм пошёл мелкой рябью, пустил по телу пару зеленоватых волн, но форму холма удержал. Костя отрицательно мотнул головой. Он ничего не услышал особенного.
— Меняй, — бросил я Ветрову. — Что-то другое выбери.
Ветров переключил трек. Эмбиент. Раздался оглушительный скрежет рвущегося металла. Затем пугающие, рычащие вопли каких-то монстров. Желешка напряглась, собралась в плотный ком, но не растеклась, снова выстояла. Лишь чаще захлопала глазами, издавая удивлённо-вопросительное «БУЛЬ⁈»
— Да что ж ты непробиваемая такая! — возмутился Дэнни. Он мстительно ухмыльнулся, покопался в плейлистах, а затем включил следующий трек.
Над плацем разнеслось пронзительное, громкое, записанное в высоком качестве деревенское кукареканье.
Желешка от неожиданности громко забулькала, подпрыгнула, затем расплылась в абсолютно плоскую лужу.
— Ну вот! Я же говорил! — усмехнулся Ветров.
Костя разочарованно открыл глаза.
— Это не оно, Артур Викторович, — вздохнул он. — Просто лёгкий испуг. Она так всегда отвечает, когда пугается.
— Я так и понял, — вздохнул я в ответ, покачал головой, жестом отпуская расстроенного Дэнни обратно к Неону. — Звук мы отбрасываем. Переходим к свету.
Вновь я отправился к Родионычу, он выделили мне фонарь помощнее. Похожий на короб, со спецсигналами. Вернувшись, я направил прибор на слайма, врубил режим «SOS».
От вспышек светодиодов Желешка запаниковала. Судорожно поползла по плацу, оставляя за собой мокрый след, укрылась за Костей.
— И снова мимо кассы, командир, — прокомментировал Сверчанский, посматривая на меня поблёскивающими фасетками. — Желейная мадмуазель умоляет отступить на исходные позиции. Говорит, от ваших мигалок у неё голова кружится.
— Ладно, — я выключил фонарь. — Переходим к стихиям.
Я позвал Искорку, подстелил рядом с Желешкой кусок старого асбеста, который великодушно принёс Белов со склада. Показал крохе, куда плевать огнём.
Саламандра выпустила небольшой контролируемый сгусток пламени. Тот упал рядом с питомицей Кости, обдавая её жаром. Желешка лишь слегка сжалась в объёме.
Затем Живчик испытал на ней свою способность. Направленный, свистящий поток прохладного воздуха тоже не дал нужного эффекта. Желешка просто покрылась мелкой рябью, словно поверхность озера на ветру.
Я озадаченно почесал затылок.
— Странная ситуация, — констатировал я, глядя на булькающую Желешку, которая, кажется, уже привыкла к нашим экзекуциям и требовала ещё. — Ладно, Смирнов. Эксперименты пока сворачиваем. Мы перебрали все базовые раздражители.
— И что теперь? — печально произнёс Костя.