Страница 59 из 74
В какой-то момент я понял, что дышать нечем. Да к тому же Искорка тяжело пыхтела, с перерывами, а чешуя её побледнела. Верный признак переутомления.
— Так дело не пойдёт, — пробормотал я, утирая лоб рукавом. — Живчик! Ко мне!
Терьер, до этого спасавшийся от жары в коридоре, послушно подбежал, высунул язык.
— Нужен нам воздух, дружок. Холодный, — я открыл дверь в коридор, затем окно. — Давай, тяни прохладу.
Я передал мысленный приказ, указывая на приоткрытую дверь, ведущую к спуску цокольный этаж.
Живчик радостно гавкнул, понимая задачу.
Он уселся в дверном проёме, эфирные узлы на его боках, под рёбрами, слабо засветились. Затем вспыхнули. А потом терьер сгенерировал два направленных, стабильных воздушных потока. Они были небольшими, слабыми, но работали с ювелирной точностью. То, что и было нужно.
Снизу, из тёмного цоколя, потянуло спасительной прохладой. Два воздушных ручья залетали в кузню, нагревались и между тем выбрасывали перегретый воздух через окно наружу.
Чем не принудительная вентиляция?
Температура в помещении стремительно поползла вниз. Искорка довольно зафыркала, её чешуя вновь налилась оранжево-зелёным цветом.
Мы продолжили работу.
Саламандра в итоге так разошлась, что я еле успевал менять элементы брони. Передавал Василию готовое изделие, выкладывал на верстак новое.
Затем так забились мышцы, что я подключил Бурбура.
Ухалю здесь было не очень комфортно. Но он пересилил себя. Его задачей было держать увесистые щиты, пока Искорка исправляет их.
В итоге управились мы в рекордные сроки. Закончили за полчаса до оговорённого дедлайна.
Последний кинетический щит, сверкая свежим монолитным покрытием, лёг поверх аккуратно сложенной брони.
Вскоре на задний двор въехал фургон с логотипом компании «Брест».
Из кабины выскочил Олег. Суетливый, худощавый помощник Зайцева в помятом костюме. Он вооружился планшетом со сканером, принялся дотошно, деталь за деталью, проверять нашу работу. И грузчики параллельно, по мере проверки, набивали фургон готовой экипировкой.
Я стоял рядом, вытирая руки ветошью, пот катился градом. Всё же несмотря на вентиляцию Живчика, выстоять рядом с пламенем четыре часа было непросто.
Наблюдал я за тем, как округляются глаза Олега. Он явно не ожидал такого результата. Видно рассчитывал, что лишь уберём повреждения.
— Поразительно… — бормотал помощник, проводя сканером по свежему шву на титановом наплечнике. — Плотность молекулярной решётки ещё выше, чем заявлялось. На тридцать процентов!
Он закончил подсчёты, что-то быстро вбил в планшет, затем отошёл и созвонился со своим боссом.
Чуть позже он вернулся, поднял на меня взгляд.
— Сто сорок три позиции. С учётом сложности восстановления тяжёлой брони… — он нажал пару кнопок. — Пётр Ильич сказал, что переведёт всю сумму только после проверки. Сейчас аванс, тридцать процентов… Итого: сто две тысячи пятьсот рублей.
Через несколько секунд мой телефон в кармане коротко пискнул, подтверждая зачисление средств.
Ну и хитрец этот Зайцев. Хотя и его можно понять. Первая партия. Он всё же должен убедиться в качестве брони.
Я дождался, пока грузчики закинут последнюю партию восстановленной экипировки в фургон, и машина скроется за воротами базы.
Достав смартфон, я перевёл ровно сто тысяч на счёт гильдии, оставив себе скромные две с половиной на непредвиденные мелкие расходы. Следом отправил сообщение Кире:
«Плюс 100к от спонсора за ремонт брони».
Ответ от финансового директора прилетел мгновенно. Вместо депрессивного текста на экране высветился бодрый, анимированный стикер: танцующий енот с хлопушкой, под которым красовалась надпись капсом:
«ТАК!!! Ещё двести пятьдесят! Мы почти у цели, Артур! Продолжай в том же духе!»
Я усмехнулся, пряча телефон. Миллион почти собран. Задача казалась уже не такой невыполнимой, как поначалу.
В идеале завтра получить ещё брони от Зайцева, в два раза больше.
Хотя я понимал, что Искорка не вывезет. Она и так еле двигается.
Я положил на спинку крохе ладонь, чувствуя тепло, исходящее от тельца. Саламандра отдыхала и остывала. Как и положено. Медленно.
Живчик тоже притомился. Уже не так гарцевал, как прежде. Силёноок он потратил изрядно на воздушные потоки. Ещё бы. Держать почти четыре часа темп. Просто геройский поступок. Надо бы им вкусняшек прикупить за это.
Сходив на обед, я выгнал команду на плац.
Артём Сергеевич, гордо расправив плечи в своём новом спонсорском нагруднике, который, к слову, действительно сидел на нём неплохо, принялся гонять тандемы по челночному маршруту.
Минут пятнадцать я понаблюдал за процессом, сидя на скамейке в компании Наташи, которая вернулась из школы.
Девочка выглядела бледной, хотя тарахтела без умолку. Барон Сверчанский составил ей компанию, поддерживая разговор. Хотя тут же прятался завидев Василия.
Всё верно, пока он не подписал бумагу, нечего ему показываться на глаза.
Убедившись, что все заняты делом, я отправился в тренажёрный зал.
Мне тоже требовалось поддерживать форму. Тело молодого Артура было быстрым и сильным, но надо тренировать навыки ветерана Арены.
Как и прежде, я сделал несколько прогонов по полосе препятствий, до седьмого пота оттачивая перекаты, уклонения и рывки. Живчик и Искорка, как и в прошлый раз, тренировались вместе со мной, синхронизируя свои движения с моими.
На базу медленно опускался вечер.
Я вышел из зала уставший, но довольный проделанной работой. Мокрая от пота футболка липла к телу на спине. Искорка, разомлев от нагрузок, распласталась на плече, раскинув лапки и на всякий случай зафиксировав себя коготками, от случайного падения. Живчик, высунув язык, плёлся следом, смешно переваливаясь на коротких лапах.
В здании гильдии царила непривычная тишина. Видимо, команда уже в раздевалке. Хотя они сегодня задержатся на базе. Домашнее задание лучше проводить с питомцами. А никто фамильяров с базы не отпустит.
Я свернул в административный коридор, намереваясь зайти к себе в кабинет, как вдруг услышал сдавленный хрип. Затем рыдание, вновь хрип, уже более продолжительный.
Звуки доносились со стороны комнаты отдыха.
Усталость как рукой сняло. Я сорвался с места за несколько секунд преодолевая коридор и оказываясь у приоткрытой двери.
— Дыши… Наташка! Ну же! — услышал я голос Леры.
Забежал я внутрь помещения.