Страница 58 из 74
— Христофор Родионович, процесс надо ускорить. Семён боевая единица, а не грузчик. Подключите к разгрузке Бурбура. У тапироида дури на троих хватит, пусть отрабатывает свой рацион.
— Так Раиска его сейчас как раз кормит! — в динамике раздался характерный сиплый смешок охранника. — Жрёт как не в себя эта слоняра! Третью кастрюлю макарон по-флотски наворачивает, аж за ушами трещит. Но я скажу, да. Оторвём от корыта. Поможет.
Через пять минут, убедившись, что разгрузка спонсорского металла идёт полным ходом, а подключившийся Бурбур успешно заменяет собой вилочный автопогрузчик, я сделал то, что нужно было сделать ещё утром. Перевёл Кире сто тысяч рублей. Короткий свайп по экрану — и сумма отправилась адресату.
— Артур, зайди ко мне, пожалуйста, — услышал я голос Воронцовой из коридорного динамика.
В кабинете Киры пахло кофе и безнадёжностью.
Владелица гильдии сидела за столом, обложившись распечатками, тетрадями, жёлтыми корешками смет. Рядом с ней, скрестив руки на груди, восседал на кресле Артём Сергеевич, который в кои-то веки выглядел сосредоточенным.
Кира растерянно смотрела на экран своего смартфона, словно не веря своим глазам.
— Сто тысяч? — она подняла на меня изумлённый взгляд. — Артур, это откуда?
— Пятьдесят тысяч — это… скажем так, добровольное пожертвование от одного раскаявшегося человека, который осознал свои ошибки, — туманно пояснил я, не вдаваясь в подробности встречи с Анатолием. Уселся в кресло, рядом с Беловым. — А вторые пятьдесят — мои личные сбережения, из недавней премии.
Белов уважительно взглянул на меня. Кира сглотнула, в её глазах мелькнула искренняя благодарность.
— Артур, ты не обязан… Это всё же твои кровные, — напряжённо произнесла Воронцова. — Тебе экипировка нужна, на корм ты явно тратишься, жить на что-то надо…
— Я вкладываюсь в свою команду, Кира, — спокойно оборвал я её. — Всё нормально. Гильдия должна выйти в Бронзу. Это приоритет. Итак, что у нас получается в сухом остатке?
Кира тяжело вздохнула.
— Это несложно, Артур. Прибавляем твои сто тысяч. Итого: восемьсот пятьдесят тысяч рублей. Всё равно нужно ещё триста пятьдесят.
Кира подняла на меня глаза, полные безысходной тоски.
— Ты же понимаешь, вольеры, пока что… Придётся держать зверей в старых клетках. И прощай нормальная экипировка для бойцов, — она горько усмехнулась.
— Искорка ещё заработает, — констатировал я.
— Это хорошо, — кивнула Кира. — Будем надеяться, что Зайцев выплаит всё по полной.
В этот момент Белов ожил, поправил свой неизменный спортивный костюм.
— Я могу вкинуть, — заявил он. — У меня заначка есть. Двадцать тысяч отложены. Берите, Кира Евгеньевна, мне тоже для гильдии ничего не жалко.
Кира посмотрела на него долгим, уставшим взглядом и бессильно отмахнулась, словно от назойливой мухи.
— Ой, уймись, Артём, — она потёрла воспалённые глаза. — Спасибо, что переживаешь о гильдии. Но эти копейки лучше потрать на свои… вон, грецкие орехи и клей. Двадцать тысяч нас не спасут.
Помощник тренера обиженно насупился, но спорить не стал, затих.
— В общем, надо понять, откуда взять деньги, — Кира откинулась в кресле, глядя в потолок. — Блин. Скоро появится комиссия, а у нас бардак. Здания в залоге, контура нет, денег нет.
— Насчёт контура решим. Главное, снять обременение. Подумай, Кира, — я вгляделся в неё. — Где ещё можно взять эту сумму? Перетряси все старые контракты, может, кто-то должен нам по мелким договорам.
Кира нервно, почти истерично хихикнула.
— Где взять? Ещё один кредит оформить? Так мне его никто не даст! На мне уже висит этот злосчастный миллион двести. У меня кредитная история сейчас такая, что даже микрозайм до зарплаты не одобрят.
Она бессильно уронила руки на стол.
— Мы в… в тупике, в общем мы, Артур. Глухом, беспросветном тупике.
— Мы подумаем, — произнёс Белов. — Да, Артур Викторыч? Хорошо подумаем, и выкрутимся.
Точней я подумаю. Белов это имел в виду, стараясь тем самым меня подстегнуть, напоминая о важности задачи. Будто я и сам не понимаю это.
Оставив Киру в раздумьях, я вытащил Белова, напоминая о том, что команда скучает. В зале нужно провести ещё несколько прогонов по полосе препятствий.
Сам же спустился в смежное со складом помещение, которое приметил для кузни. Дверь общая есть, лишних сгораемых предметов нет. Вообще ничего нет, а значит и загораться нечему. Лишь массивный верстак у стены.
Именно сюда Василий и Семён вместе с Бурбуром свалили большинство привезённой от спонсора повреждённой экипировки.
Гора помятых элементов композитной брони, треснувших кинетических щитов выглядела внушительно. Зайцев не шутил, когда говорил про большое количество материала.
Я снял куртку, оставаясь в футболке, аккуратно выпустил Искорку на металлический верстак
— Ну что, кроха, твой выход, — обратился я к ней, встречаясь с умным поблёскивающим взглядом питомицы. — Давай покажем им, на что мы способны.
Живчик заливисто затявкал у моих ног, подбадривая свою подругу.
Искорка между тем размяла лапки, деловито поползла к первому нагруднику, который я расположил вмятиной к крохе. Затем взял старые и разболтанные кузнечные клещи, зафиксировал элемент брони.
Саламандра прицелилась, затем я заметил как по её тельцу пробежала зелёная волна. Она выпустила ровную тонкую струю зелёного пламени, прямо в глубокую трещину композита.
На глазах композит менял цвет на светло синий, вмятины слегка выправились, края нескольких трещин мягко, словно кисель, стягивались. В итоге вместо пары вмятин лишь небольшие неровности, а трещин как не бывало.
А главное, сталь класса В под пламенем крохи приобрела синий оттенок закалённого сплава.
Первый элемент готов. И всего за полминуты.
Работа закипела.
Искорка трудилась как настоящий стахановец, переходя от одной детали к другой. Я работал в тандеме: подавал щиты, постукивал молоточком, выгибая слишком глубокие вмятины, пока металл был горячим. Также внимательно следил за состоянием крохи. Важно было не допустить перегрева её терморегуляционных узлов, которые активно принимали участие в процессе перековки.
Спустя сорок минут складское помещение превратилось в филиал ада. Температура взлетела до сорока градусов. От раскалённого металла и дыхания саламандры воздух стал сухим и тяжёлым. Вентиляция не спасала положения.