Страница 98 из 368
— Почтенные гости, сидящие слева от Нас, — вот кто победил в состязании Феникса, Оба они из прекрасного рода и искусны превыше всяких похвал. Поистине им нет равных во всей вселенной. Если не они — избранники, достойные восседать на восточном ложе
{208}
, то кто, спрашиваю я тебя? Да и что ты умеешь сам, коли дерзаешь соперничать с ними? Слов нет, изрядно ты поразвлек Нас своим скудоумием!
Человек с достоинством поднялся и сказал:
— Вы не правы, Ваше величество. Духи, повелевающие горами и водами, сильны и всемогущи в пределах своих владений, но не более того. Чем иным, как не хитростью и хвастовством, добились они столь лестного о себе мнения? Сколь ни высока гора, люди восходят по ней до вершины; сколь ни велико море, но корабельщики, соревнуясь друг с другом, переплывают его от берега и до берега: Познанья и ум, царящие во вселенной, суть познанья и ум единого властелина. Горы беспрекословно исполняют назначенный им долг; реки не смеют нарушить предначертанное им течение. Если недруг притаился, как заяц, в горах или скрылся, подобно киту, в отдаленном море, против него посылают умудренного науками мужа либо полководца, славного ратным искусством. Войска ныне строят в боевой порядок, наподобие змея с горы Чаншань
{209}
, а движение армий могуче, словно течение рек Цзян и Хань
{210}
. Горы могут стать вровень с землей, а хребты — превратиться в долины; разбушевавшуюся воду можно утихомирить, бурливым речным потокам преградить путь. Оглянитесь: реки смиренны, горы невозмутимы, повсюду царит покой. Река Хуанхэ подобна поясу, а гора Тайшань — точильному камню
{211}
. Пять вершин и Четыре реки
{212}
хранят вассальную верность. Кто посмеет противиться восходящему на вершину гор, одолевающему пучину моря, дабы выразить преданность Небу?! Император, Сын Неба, владеет всем видимым миром, Императрице подвластны душа и нутро всего сущего, им — все плоды земли и дары моря, все вкуснейшее, сладчайшее, драгоценнейшее. Кто ж после этого станет слушать черпак, кричащий, что он бездонен, или камень, объявивший себя великаном?
Император Нефрита, возликовав в душе, поднял руку и объявил:
— Воистину, ты — Наш зять! Не будь тебя, лжецы и пустоболты непременно обманули бы Нас.
Видя и слыша все это, оба гостя, сидевшие по левую руку Императора, на мгновение оцепенели, а затем втихомолку скрылись, не посмев и заикнуться более о сватовстве и тем паче о женитьбе.
Нравоучение мужа с южных гор.
Дол покрывается травою, словно черепаха облекается в свой панцирь; глубокая расселина в горной пещере — будто раковина, таящая прекрасную жемчужину. О, всякая девица подобна своим сестрам! Повелитель же гор, похвалявшийся своей мудростью, и Повелитель вод, превозносивший свои таланты, — оба остались ни с чем, потому что прибегли к искусству своему единственно ради обмана. Внимая речам человека, постигаешь, насколько он благороднее, насколько выше Повелителей обеих стихий; об этом говорят и заключительные слова его: «Император, Сын Неба, владеет всем видимым миром, Императрице подвластны душа и нутро всего сущего; им — все плоды земли и дары моря, все вкуснейшее, сладчайшее, драгоценнейшее». Именно эти его слова определили выбор Императора Нефрита, провозгласившего человека своим зятем. «В поисках мест, очертаньем похожих на жилы Дракона, люди проходят тысячи замов, ибо земля в тех местах благодатна для погребенья; а ведь могила мала и так неприметна». Вот изречение, передающее истинный смысл сего рассказа.