Страница 85 из 368
Послание комара
Некий Полевой комар познакомился, а затем и весьма подружился с комаром Домашним. Полевой комар уступил Домашнему права и звание старшего брата, сам же назвался младшим. Однажды, на закате дня, Домашний комар прилетел в поле проведать своего братца.
Полевой комар сказал:
— Вот, видите ли, какое множество буйволовых голов и козьих спин на моих обширных полях, — все они ваши, угощайтесь вволю, наедайтесь досыта, но торопитесь, так как буйволов и коз вскоре загонят в хлев, и нам только и останется, что утешаться приятной беседою.
Через некоторое время пастух угнал весь скот, а Домашний комар так и не успел насытиться: пришлось ему, однако же, принять скрепя сердце приглашение Полевого комара взлететь следом за ним на лист дерева кой и развлечься беседою. Не успели братья обменяться друг с другом первыми словами, как налетел сильный восточный ветер, и они принуждены были спасаться от него в стебле дикого сахарного тростника, проникнув туда через дыру, проточенную гнилью. Но, увы, мгновение спустя хлынул проливной дождь. Братья поспешно вылетели из своего убежища и забрались в свернувшийся лотосовый лист.
— Здесь, правда, несколько тесно, — сказал Полевой комар, — зато дождь может лить неделями, — я здесь совершенно недосягаем.
На рассвете Домашний комар собрался в обратный путь, но прежде чем откланяться, сказал своему брату:
— Отчего воззренья твои на мир, братец, столь ограниченны, а обитель твоя так низка и тесна? Возьми, к примеру, Наш дом; все у Нас устроено по-иному, не то что в твоем непросторном поле. Крыша дома высока и необозрима: дождь и ветер ей нипочем. Днем Мы обычно размышляем, прислонясь к украшеньям резной колонны, а чуть стемнеет — восседаем на затканном цветами пологе в спальне. По утрам с довольной и благостной песнею Мы отправляемся на базар развлечься, а потом играем в игры с соседями и кружимся в хороводах; когда же вновь опускаются сумерки, Мы не спеша вылетаем на промысел. В это время люди спят, неподвижные и усталые, и тут Мы насыщаемся допьяна. Ты сам понимаешь, что это еще не все: прочих Наших услад и приятностей не сосчитать, как ни старайся.
Полевой комар слушал его и приходил в восторг. Уже на следующий вечер отправился он к жилищу людей, в гости к старшему брату.
Домашний комар обрадовался, завидя его, и молвил с приветливой улыбкой:
— Уж не дергался ли у тебя сегодня, братец, указательный перст?
{171}
Ведь как раз только что явились сюда погостить две девицы из деревни, и у хозяина, слыхали мы, не хватит нынешней ночью пологов на всех. Так что ты можешь взять паутинку и препоясать чресла перед славною трапезой. Это тебе не буйволы и козы на закате дня!
И Полевой комар ощущал угрызения совести.
Едва пробило первую стражу, Домашний комар пригласил Полевого осмотреть дом, поясняя всячески, сколь величествен он и изобилен. Затем отыскали они щель и проникли сквозь нее в спальню. Само собою, комары узрели там двух девиц. Они возлежали совсем нагие. Храп их был подобен грому.
Домашний комар сказал Полевому:
— Кровь близ пупка весьма горяча, не то что в мякоти бедер и ляжек. Кожа на белых руках толстовата, щеки же приятно упруги.
Немедля вытянули они губы, выставили жала и стали вскоре весьма похожи на спелые вишни. Чувствуя сладостную тяжесть во всем теле, братья уселись на затканный цветами полог и задремали. Как вдруг слышат они, что хозяин призывает к себе слугу и говорит ему:
— Что-то сегодня много комаров налетело. Разложи-ка огонь и выкури их отсюда едким дымом.
Домашний комар сказал Полевому:
— На черепичной крыше, меж изразцов, есть щели. Летим туда и спрячемся, и сколько бы огонь ни бушевал, мы будем в безопасности.
Так они и сделали и, само собой, остались невредимы. Однако много времени не прошло, а они снова слышат голос хозяина. Призывает он слугу и говорит:
— Нет, их, как видно, обычным дымом не выкуришь. Ты возьми листья соана, свежую рыбу и панцирь речной черепахи и подожги все это вместе.
И вот клубы дыма поплыли по дому, проникая во все дыры и щели. У обоих комаров глаза от дыма распухли, словно наливные яблоки; не раз и не два побратимы чуть было не сделались добычею муравьев.
Полевой комар запинаясь спросил Домашнего:
— Как же теперь быть? Ничего не придумаем, то и выйдет, что мы, едва наполнив чрево, потеряем бессмертье души, и вы станете тварью бесчеловечной, а я — безвольной.
Домашний комар перепугался насмерть, от ужаса он даже бредил, однако собрал все же последние силы и вместе с Полевым комаром отправился на поиски свиного хлева, чтобы хоть там укрыться.
Глаза их были столь сильно изъедены дымом, что побратимы ничего толком не видели и даже два раза по ошибке залетали в паутину, из которой едва освободились. Лишь спустя час отыскали они место, где можно было спокойно присесть; теперь дурные запахи хлева нисколько их не смущали.
Внезапно с крыши сорвалась целая стая летучих мышей и закружилась над двором. Всех комариных родственников, которые, спасаясь от ядовитого дыма, вылетели из дома на воздух, постигла презлая участь, и стали они песчинками, светящимися во мраке
{172}
.
Полевой комар затрепетал от страха и впал в беспамятство, продолжавшееся более часа.
Когда он очнулся, огонь уже угас, дым рассеялся, а летучие мыши вернулись в свое жилище. Не медля более ни минуты, простился он с братом, захлопал крыльями и улетел восвояси.
Окончательно придя в себя и исцелившись, написал он письмо и со своим соседом москитом отправил его Домашнему комару. В письме было сказано:
О многочтимый старший брат!
Неужто кровью нежных щек поныне сыты вы с тех пор?
Неужто дым не отлетел от ваших воспаленных глаз?
Осмелюсь думать, что не нам, чьи пращуры — из Бао-ха
{173}
,
В атласе щеголять, в парче.
Мы слабы и легки, как пух, дрожащий в солнечных лучах.
Для нас ведь и пылинка — твердь, нам опояской — волосок.
А вы, живущие в домах, вы роем демонов ночных
Являетесь из темноты, едва светильник погася́т,
Как радостно поете вы, кружитесь в комнате пустой;
К постели девичьей тайком за тонкий полог проскользнув,
Вы свежую сосете кровь.
Но если станут вас в ночи выкуривать, тогда — беда:
Кому не выест очи дым, того огонь (о, душегуб!)
Испепелит,
А если кто-нибудь из вас днем промышлять рискнет — того
Прихлопнут, если не рукой, так опахалом, — смерть одна.
Сравню ли ваш удел с моим?