Суперы

— У меня и в мыслях не было тебя унижать. Я просто хотел устроить маленькую пикировку, чтобы ты могла всем показать, что не боишься нападок и можешь отбрить любого. Мне и в голову не пришло, что ты можешь настолько растеряться. Прости, я не учел, что у тебя может быть стресс, ты ведь так спокойно на все реагировала…

— Что?!

— Со мной ты всегда вела себя смело, — пояснил он. — Поэтому я решил, что небольшая словесная дуэль со мной не составит для тебя сложности, зато другие уже не будут тебя задирать.

Я на миг спрятала лицо в руках. А ведь и правда. Я вполне могла ответить Константину что-нибудь резкое, поставить его на место и продемонстрировать, что он не прав, выставляя меня дурочкой. Но жизнь в доме Беловых давила нескончаемым стрессом, и я нервничала, поэтому просто слилась.

— Почему ты тут-то меня не предупредил? — уставилась я на парня сердито.

— По той же причине. У нас были не те отношения. К тому же я счел, что так будет более естественно. Я действительно не думал, что ты можешь растеряться.

— А обнаружив, что настроил против меня весь класс, попросил Дашу набиться мне в подруги… — теперь понятно, почему он обратился к ней с подобной просьбой.

А я все гадала…

— Я попросил ее быть с тобой дружелюбной, — пожал он плечами. — Даша не особо компанейский человек, но она отличная девчонка. Мне показалось, вы поладите.

— Ты не ошибся, — я глубоко вздохнула и покачала головой: — Выходит, все это время…

— Прости, — повторил он. — Мне жаль, что так получилось. Я определенно перегнул палку, пытаясь заставить вас уехать, и был слишком агрессивен с тобой. Ты не заслуживала такого обращения.

Признаться, извинения были приятны. Бальзам на сердце, израненное плохим обращением. Но это не значило, что я готова вот так просто его простить. Даже зная, что у Константина были причины так себя вести.

И понимая, что он никогда не желал мне вреда.

— Значит, дело вовсе не в неприязни, которую ты ко мне испытываешь? — я не могла не уточнить.

— Неприязни? — эхом повторил Костя, не пытаясь скрыть удивление. — Я никогда не испытывал к тебе неприязни.

— Просто для меня это было единственным объяснением твоего отношения, — пояснила я, чувствуя странное облегчение от мысли, что он не относится ко мне плохо.

Что, впрочем, тоже его не извиняло.

— Никакой неприязни. Даже наоборот, — он улыбнулся как-то печально. — Ты всегда была такой храброй. Такой… острой на язычок, бойкой, так уверенно справлялась со всеми неприятностями. Умела постоять за себя, не теряла чувства юмора… Ты была восхитительна, Карина. Такая живая, такая настоящая. Очень красивая. Я узнавал тебя все лучше и все больше жалел о том, как вел себя в начале знакомства, хотя убеждал себя, что иначе было нельзя. Увы, исправить я уже ничего не мог. Наши отношения были безнадежно испорчены, и ты имела полное право меня ненавидеть. И хуже всего, что ничего исправлять я не имел права.

Сказать, что я растерялась — ничего не сказать. Я совсем не ожидала таких комплиментов, особенно в исполнении Кости. Да и в целом, это выглядело, словно…

— Подожди, — до меня дошло, что он сказал напоследок. — Нет. Я, конечно, злилась на тебя, но о ненависти речи не идет.

По крайней мере, сейчас. Да, поначалу меня бесил сводный братец, но, по мере того, как он переставал давить на меня, злость уступала место совсем иному чувству.

— Правда? — Костя посмотрел на меня как-то странно.

Словно… с надеждой.

— Да, — я улыбнулась. — По инерции, конечно, я думала о тебе плохо, но… замечала и хорошее.

— Кажется, я не вполне справлялся со своими обязательствами, — пробормотал он. — Ты не должна была видеть ничего хорошего.

— Видимо, по мере знакомства тебе было все сложнее притворяться, — предположила я, чувствуя себя довольно неловко.

— Ты права, — он вздохнул. — Незнакомку третировать было куда проще. Прости.

Мне определенно потребуется время, чтобы осмыслить все услышанное, прежде чем я смогу его простить.

Все-таки по его вине я достаточно настрадалась. Для него это было игрой, а я мучилась по-настоящему.

— Кажется, я совсем тебя измотала всеми этими разговорами, а тебе нужно отдохнуть и поесть. Да и мне не помешает позавтракать.

— Конечно, — он кивнул. — Спасибо за помощь.

— Думаю, это был не последний раз, — хохотнула я.

И направилась к двери.

А когда я почти вышла из его комнаты, до меня донесся голос Кости.

— И, кстати. Я влюблен в тебя, — буднично сообщил он.

На миг я застыла, а затем резко обернулась, с изумлением глядя на него. Но Костя выглядел безмятежно, и я не заметила в нем ни намека на насмешку.

Он что, это всерьез?!

— Э… а… да? — только и нашла, что сказать, я.

— Да, — совершенно спокойно ответил он.

— Эм… ну, я пойду?

Он молча кивнул, и я пулей вылетела из комнаты.

Вот дура! Мне только что признались в любви, а все, на что меня хватило в ответ — это невнятные звуки? И бегство!

Но… это ведь Константин. Я ведь думала, что он меня терпеть не может! Из-за него я едва не заработала нервный срыв, он испортил мой последний год в школе, пугал меня, лапал, в конце концов!

А теперь признается в любви?

Но ведь он — Тень. Мой супергерой. Пусть даже у него больше нет суперсил.

У себя в комнате я упала на кровать и задумалась. И в результате раздумий я достала телефон для связи с Тенью и отправила сообщение:

«Ты мне тоже нравишься».