Избранная для Легионера

Глава 41

Меня вырвало из сна резко, будто током ударило.

Сознание врубилось на полную катушку, сразу, одним болезненным щелчком. И всё, что оно зафиксировало, — адский, режущий свет. Я зажмурилась, но белые пятна уже плясали у меня под веками.

Первым делом — пошевелиться. Сбросить с себя это одеяло, повернуться на бок, уйти от света. Не вышло.

Тело не слушалось.

Я рванула рукой — и ничего. Попыталась дёрнуть ногой — та же пустота. Только тупая, давящая тяжесть везде на конечностях.

Паника ударила в виски горячей и густой волной. Я открыла глаза, заставив их привыкнуть к свету, и медленно, с ужасом, опустила взгляд.

Ремни.

Широкие, чёрные, матовые. Не кожа, не ткань — какой-то мерзкий, упругий полимер. Они были туго затянуты на запястьях, прижимая их к холодной поверхности стола. На предплечьях, выше локтя. На лодыжках. На бёдрах. Я попыталась согнуть руку, хотя бы на сантиметр — и тут же поняла всю бесполезность. Хватка была абсолютной, железной. Это не было просто креплением. Это был капкан.

Дыхание перехватило. Сердце заколотилось где-то в горле, бешено, неровно. Я снова дёрнулась, уже отчаянно, всем телом, пытаясь вырваться, и только больно стянула ремни, ощутив, как они впиваются в кожу ещё сильнее.

Где я? Что происходит? Мысли неслись обрывками, не связываясь в картину. Каюта... сон... и вот это. Этот белый, стерильный ад. Эта тишина, давящая громче любого взрыва.

— Наконец-то ты проснулась. А то мне уже начало становиться скучно.

Голос. Знакомый, ровный. Он прозвучал совсем рядом, и от него по спине пробежали ледяные мурашки. Кай.

Я резко повернула голову — единственное, что ещё могла двигать. Он стоял в нескольких шагах, прислонившись к белой стене, и наблюдал за мной с видом учёного, рассматривающего интересный образец под микроскопом. Ни тени той вежливой, натянутой улыбки, что была на переговорах. Его лицо было пустым, а в глазах — лишь холодный, острый интерес.

— Что... что ты делаешь? — мой голос прозвучал хрипло и испуганно, совсем не так, как я хотела. — Зачем?

Он оттолкнулся от стены и медленно, не спеша, подошёл ко мне. Его шаги были бесшумными по гладкому полу. Он склонился надо мной, и его тень накрыла меня, принеся мнимое облегчение от света. И только сейчас я увидела устройство в его руке.

Оно было похоже на скальпель, но вместо металлического лезвия от его кончика исходило короткое, всего в пару сантиметров, лезвие из чистой энергии. Плазма. Оно не горело ярким огнём, нет. Оно было почти прозрачным, мерцающим, как марево в знойный день, и от него исходил тихий, зловещий свист, а воздух вокруг дрожал и струился, словно над раскалённым асфальтом. От одного его вида в животе всё сжалось в ледяной ком.

— Разве не об этом мы с тобой договорились? — спросил Кай, его голос был тихим, почти интимным, но в нём сквозила опасная, хищная игривость. Он поводил плазменным скальпелем в воздухе в сантиметре от моего лица, и я почувствовала исходящий от него жар, сухой и обжигающий. — Или ты забыла? Я же говорил... если у меня будет хорошее настроение, я расскажу тебе кое-что про метки.

Я ничего не ответила. Я просто лежала и смотрела на него, застывшая в ожидании того, что он скажет или сделает в следующий миг. Он сейчас даже отдалённо не напоминал того человека, которым казался раньше. Именно в эту секунду я по-настоящему начала чувствовать опасность. Даже тогда, когда он напал на нас с Рифтом и Лорой, не было так жутко и беспросветно страшно. Эта холодная, обезличенная комната, эти ремни и его абсолютно пустой, изучающий взгляд вымораживали душу.

— И что же ты молчишь? — спросил он, наклоняясь чуть ближе. — Тебе неинтересно?

Слова с трудом пробивались сквозь ком в горле.

— Интересно, — выдавила я, чувствуя, как дрожит мой голос.

— Отлично, — улыбнулся он. — Знай: всё, что касается этих меток, я ещё не до конца изучил. Но я точно знаю, что вы с Корвелом — не единственные, кого ими наделили. Кто или что это делает — не знаю.

Он медленно прошелся с другой стороны стола, водя кончиком скальпеля по воздуху, будто рисуя невидимые узоры.

— Появляться они начали неизвестно сколько времени назад, но самому старому обладателю, которого мне удалось найти, было семьдесят лет. И он рассказал мне кое-что любопытное. — Кай остановился и посмотрел на меня, оценивая эффект своих слов. — Когда ему было около пяти, произошел колоссальный выброс энергии, который, по его словам, прошелся по всей вселенной. Конечно, почувствовать такое могут лишь единицы, поэтому для большинства это событие осталось незамеченным. Но вот что интересно…

Он снова приблизился, и его тень снова накрыла меня.

— Первое: после каждого такого всплеска энергии появляются люди с метками. И второе… кто-то, возможно, эту самую энергию и выпускает. Причем в таком количестве. Как бы я хотел узнать, кто это делает… Хотя, возможно, это всего лишь необъяснимое природное явление

Он помолчал, давая мне осознать услышанное.

— Так вот, — продолжил он, и его голос стал тише, интимнее, отчего становилось еще страшнее. — Тридцать лет назад это явление повторилось. И если ты понимаешь, о чем я, то понимаешь, кто появился на свет в тот день.

«Корвел», — пронеслось у меня в голове.

— Корвел, — произнес он. — Тридцать лет назад на свет появился младенец с этой же меткой. И самое интересное — он единственный, кто с ней родился. Получается, он получил её ещё в утробе. А теперь угадай, когда произошел последний, самый свежий всплеск?

У меня похолодело внутри. Неужели…?

— Правильно, — его улыбка стала шире, почти торжествующей. — Совсем недавно. И сразу после этого… появилась ты. С меткой.

Я переваривала этот шокирующий поток информации. Выбросы энергии... Корвел... моё появление… Информация казалась обрывочной, почти бесполезной без понимания сути.

— Я, конечно, удивлена, — проговорила я, стараясь говорить максимально нейтрально, чтобы не разозлить его. — Но, если честно, толком ничего не узнала. Только то, что кто-то или что-то раздаёт эти метки. И всё.

Он улыбнулся. Хищной, растянутой улыбкой, от которой стало физически не по себе.

— Поверь, я всё узнаю. И ты мне в этом поможешь, — заявил он с ледяной уверенностью.

— Ну и как я могу тебе помочь, если сама даже того, что ты сказал, не знала до этой минуты?

— Ты сделаешь свой вклад, — его голос стал сладким и ядовитым. — Как и все, кто встречался мне с метками. Так что ты даже не представляешь, насколько он важен.