Страница 29 из 90
– Почему ты просто меня не послушалась и не отдала кольцо? Ничего этого бы не случилось!
Ясин приготовился напасть на меня. Подняться и защититься я бы не успела, поэтому оставалось лишь одно: забросать его лежащей вокруг выпечкой и сладостями. Прилетая в него, пирожные оставляли на одежде следы разноцветной глазури и крема. Воздух наполнился сладким ароматом.
– Так братья себя не ведут, – крикнула я, бросив в Ясина несколько шоколадных трюфелей – они разлетелись на кусочки.
Он вдруг оторвался от земли и начал парить в воздухе.
– Ну всё, ты сама напросилась, – ухмыльнулся он.
Каким-то образом я наградила его суперспособностью, и теперь он, сжимая в руке копьё молний, летел прямо на меня. Прекрасно. Просто замечательно. Яркая вспышка со свистом неслась прямо на меня, и я, скрестив руки, закрылась от удара, ожидая, что сейчас меня поразит сильная боль. Но удар ощущался как лёгкий укол.
– Вот это да.
Я не отрывала взгляда от своих рук, по которым скользила молния. Кожа налилась светом, который создал вокруг меня невидимый барьер. Я неуязвима для электричества. Ясин в полном замешательстве. Шок на его лице – точная копия моего собственного.
– Как ты… – запнулся он.
Я вертела ладонями и следила за тем, как молния ползала по рукам. Следов на коже не было, но я ощущала, как каждый разряд оставлял микроскопический порез, который быстро затягивался, быстрее, чем когда меня преследовали теневые джинны. Наконец, молния исчезла, и я попыталась хоть как-то осмыслить увиденное.
– Как ты это делаешь? – Ясин всё ещё не мог поверить своим глазам.
– Я не знаю, – бросив на него удивлённый взгляд, я спросила: – Неужели такой способностью обладают не все джинны?
– Не может быть, чтобы тебе не было больно.
Ясин снова поднял копьё, на его острие потрескивал светящийся электрический шар. Он был готов выпустить в меня ещё одну молнию.
Судя по его реакции, моя способность к быстрой регенерации – что-то из ряда вон выходящее даже по меркам джиннов. Эта мысль невольно вызвала у меня улыбку.
– Пусть на тебя и подействовало драже невесомости, я не дам тебе разрушить лучшее кафе в городе, – крикнул Идрис.
Он прыгнул на Ясина, и они с грохотом повалились на три столика с посетителями. Двое взрослых джиннов схватили их за плечи.
– Это тебе за то, что ты пролил мой любимый напиток на мои штаны.
Идрис размазал по лицу Ясина крем, и теперь оно сияло всеми цветами радуги. Поднялся дикий шум. Ясин и Идрис попытались освободиться из цепких рук взрослых джиннов.
В дальнем конце кафе двери с грохотом распахнулись, и разъярённый мужчина в поварском колпаке, перепачканный мукой, начал тыкать в нас пальцем и вопить:
– Вон отсюда!
Взмахом руки он создал порыв ветра, который вышвырнул Идриса, Ясина и меня через вращающиеся стеклянные двери на ослепительно яркую улицу. Я упала на спину. В кармане что-то треснуло.
– Только не это. Я умоляю, пусть он будет цел.
Я за тысячи километров от дома измазана невесть чем, рядом валяется сводный брат, у которого точно проблемы с управлением гневом. Единственная моя связь с нормальным миром – это телефон, а он… разбит вдребезги.
Меня охватила ярость.
– Ты разбил мой телефон!
Я вскочила и повернулась к Ясину.
В этом телефоне была вся моя жизнь! Мои переписки с Арзу, наш групповой чат с Мадар, бабушкой и с дедушкой. Моя последняя фотография с Падаром. Теперь я действительно отрезана от своей семьи.
– Ты хоть представляешь, сколько стоит его починить? Мама меня убьёт!
– Даже если бы я знал, что это за штуковина, меня это не волнует. – Волосы Ясина торчали во все стороны, лицо исцарапано. Он оскалил острые, словно клыки, зубы. – Послушай, я сделаю всё, чтобы заполучить это кольцо. Я даже помогу тебе! Отдай кольцо, и я отпущу тебя обратно, откуда ты там прибыла. Я сам займусь спасением Бабы.
Он замотал головой и встал в боевую позу.
– Решай, полукровка. Не вынуждай меня прибегать к силе.
– Ты всё ещё хочешь драться… даже когда увидел, что твоя жалкая палочка абсолютно мне не навредила?
Уже собралась рассказать ему, что только я могу спасти отца, ведь это я загадала желание. Но меня просто распирало от злости. Я встала в точно такую же позу, как Ясин. Если ему нужно показать, на что я способна, значит, я покажу.
– Я принимаю вызов!
Осознание собственной неуязвимости перед его копьём вселяло в меня уверенность. Что-то поистине захватывающее есть в том, чтобы быть неуязвимой, непобедимой и сильной.
– Твой энтузиазм, конечно, вдохновляет, но, может, стоит немного умерить пыл? – неловко откашлялся Идрис и встал между нами, раскинув руки, как миротворец.
– Если до кого-то дойдёт новость, что двое детей короля Шамхуриша устроили полномасштабную войну, а один из них к тому же полу… вы понимаете, о чём я. Никому не будет дела до спасения вашего Бабы, когда разразится такой скандал.
Эти слова присмирили Ясина, и он успокоился.
– И что, ты предлагаешь нам… объединиться?
– Честно говоря, я бы предпочёл держаться подальше от ваших семейных разборок, – сказал Идрис. А потом обратился ко мне: – Но очевидно, что этого «няньку» прислали за тобой, и раз уж мне нужны другие штаны, лучше нам всем немного успокоиться и всё обсудить. Начать предлагаю с извинений за мои безнадёжно испорченные штаны.
– Я бы не стал говорить, что я «нянька»… – проворчал Ясин.
– Короли джиннов наняли тебя, чтобы следить за мной…
Меня только сейчас осенило. Значит, они могут быть совсем рядом. А что, если Ясин просто тянет время?
– Ладно, ты меня раскусила, – нахмурился он, скрестив руки на груди. – Короли не могли бросить свои государственные дела. И без того уже начался переполох после пропажи двух королей. Поэтому они и послали меня – убедиться, что ты не натворишь дел с этим кольцом. Но я не собираюсь возиться с тобой, просто отдай мне…
– Я не могу!
– Почему же?
– Потому что если ты хочешь освободить нашего отца, то без меня тебе не справиться, – объяснила я. – Или твои начальники-джинны забыли это упомянуть? Желание загадала я, значит, отменить его могу тоже только я.
Всё осознав, Ясин тяжело вздохнул.
– Только не говори, что нам придётся…
– Действовать сообща, – перебил Идрис. – И, если вы не хотите, чтобы на нас таращились все кому не лень, советую признать: мы можем помочь друг другу. Так что давайте-ка побыстрее отсюда убираться.