Страница 88 из 121
— Я не знаю её, никогда не видела, только слышала о ней. Когда наша девочка стала супругой Его Величества, к нам в гости пришёл министр князь Ван и за ужином сказал, что всё знает о нашей тайне. И у него есть выписка из книги, где я числюсь как кисэн, и свидетели, как господин Пак изменил мне имя. И откуда взялось тело той женщины, которую одели в мои одежды, и что господин Пак сделал со своей законной женой. И пообещал передать это её семье, а меня выдать властям, если мы не будем делать всё, что он нам прикажет.
— Пак Со Ри знала об этом?
— Он сам с ней встречался, и по его приказу мы с сестрой отдали во дворец Ким Сэ Ри. Но знала ли она всё до конца — я не знаю.
— Господин Пак знает, что девочек родила не ты, а твоя сестра?
— Нет! — она почти выкрикнула это. — Он вообще даже не знает о её существовании!
«Голливуд нервно курит в сторонке», — почему-то подумала я, слушая излияния бывшей кисэн, которая чуть было не стала настоящей тёщей правящего короля и бабушкой будущего короля. Она стояла на коленях, её руки и голова тряслись, как при болезни Альцгеймера, губы дрожали, из глаз непроизвольно лились слёзы.
Фиг с ним, с князем Ваном, но теперь всю семью ожидала лютая смертная казнь. Таковы законы Королевства.
— Кто был мужчиной, от которого зачала мальчика Ким Сэ Ри?
— Я не знаю. Её вызвали из дворца и увезли люди князя, а через неделю вернули.
— То есть с твоей племянницей сделали то, что когда-то с тобой?
Она промолчала, потом закатила глаза, как-то медленно осела и упала навзничь.
— Лекаря сюда, быстро! — закричала королева.
Я кивнула даме Чхве, и она опять выплеснула стакан воды на лежащую женщину. Та пошевелилась, потом подтянула ноги к груди и тихо, так тоненько завыла. Было ли мне её жалко? Нет, ни капельки. Она сама выбрала свою судьбу, шла по ней как королева, а теперь все вокруг вдруг стали виноватыми.
— Ваше Величество, привели служанку супруги Пак, которая постоянно ходила в город.
Девице оказалось немногим за тридцать, холёная, с умными глазами и красивым лицом. Она после поклона застыла столбом на коленях рядом с матерью своей хозяйки, показывая всем своим видом, что не понимает, по какому поводу её сюда вызвали. Королева задала ей несколько вопросов, на которые девица отвечала односложными «не знаю», «не ведаю», «первый раз слышу».
— Ты решила умереть ради своей хозяйки с высоко поднятой головой? — королева хмыкнула. Похоже, эта девица её даже немного развеселила. Потом наклонилась вперёд и спокойным деловым тоном произнесла: — Нет, ты подохнешь, захлебнувшись в собственном дерьме. Я это тебе обещаю.
— Ваше Величество, отдайте её мне, в тот самый подвал. Евнух Нам побеседует с ней один на один. С помощью раскалённого железа и прочих забавных штучек. Но сначала я прикажу кнутом содрать с неё всю одежду, да, всю, до последней нитки. Будем останавливаться, отливать водой и продолжать, пока я не получу ответы на все интересующие меня вопросы. Вы пытались меня убить, причём дважды. Так почему я должна быть с вами милосердной? Ты даже в дурном сне не можешь себе представить, что я могу сделать с человеческой плотью. Жизнь в горах меня многому научила. Ваше Величество, я забираю её?
Я видела, что ей страшно. Страшно от моих слов, страшно, что королева молчит и только постукивает пальцем по подлокотнику кресла, страшно от тонкого воя госпожи Пак, лежащей на полу рядом с ней, и от её обезумевших глаз.
— Мин Су, заткни этот вой, надоело уже, — Мин Су подошла и несколько раз сильно ударила ногой лежащую в кобчик. Вой прекратился, видимо, хозяйка кобчика поняла, что эти игры тут не проходят.
— Ты, — королева ткнула пальцем в служанку, — к кому ты бегала через десять минут после того, как Гвиин Го вышла из дворца? Кто послал стрелков на крыши? Сегодня евнух, который участвовал в убийстве сестры твоей хозяйки, геройствовал минут пять. Мне проверить, насколько хватит твоего разума и какой у тебя порог боли? Уверена, поменьше, чем у того парня. Ему раздавили ногами мужской орган, и мочиться ему теперь придётся в себя, до самой смерти, а она не за горами.
— Ваше Величество, может, всё-таки отправим её ко мне в подвал? Зачем Вам марать руки об это дерьмо? И одну, и вторую — ко мне, так как я не верю половине из того, что нам рассказала Ким На Рин. У меня нюх на враньё.
— Его Величество прибыл! — раздался на улице знакомый голос господина Лима.
Король вошёл вместе с ним в покои, мы встали и приветствовали его поклонами. Он прошёл в конец кабинета и сел в кресло, где ранее сидела королева. Она, не торопясь, подробно и обстоятельно рассказала ему всё, что нам удалось узнать.
— Значит, эта шлюха отправила во дворец даже не свою дочь, а племянницу. Её сестра спала с её же мужем, который ранее ради всего этого отравил собственную жену — он признался во всём после пяти минут пыток. Он даже не знал о том, что существует вторая близняшка, и что дочери у него две, а не одна. И берут меня большие сомнения, что так называемая супруга Пак вообще знала о наличии у неё сестры. Крутили как хотели и Паком, и его семьёй. Хотели получить трон? Обманом? А это что у нас тут такое на коленях стоит?
Король встал, подошёл к служанке, схватил её длинными пальцами за подбородок и резко поднял.
— Слушай сюда. Если расскажешь всю правду, может, и останешься жить. Может. По крайней мере, я не дам тронуть твою семью, если передумаю. Но если соврёшь хоть на капельку — прикажу сжечь твоих родителей, всех родных, на кострах живьём. А ты будешь на это смотреть. После чего тебя начнут рубить на куски, рубить, прижигать и опять рубить. Готова отвечать? Ты сейчас не думай о других, о ней, — он пнул лежащую женщину, — о той, что сидит и даже не знает, что все вокруг неё уже схвачены. Ты думай о себе, о своих родных и близких. Готова отвечать на мои вопросы?
Она сглотнула и быстро закивала головой.